Чтение онлайн

– Не дружат это мягко сказано, – ответила Дина. – Господин Рорик хочет пропихнуть своего сына на место грандмастера, да только он человек. А как человеку быть грандмастером драконьей больницы? Известное дело, никак. Но он не сдается.

Понятно. Буду искать у него помощи и поддержки.

Я привела себя в порядок, вымыла волосы душистым мылом и, завернувшись в огромное белое полотенце, с удовольствием отправила лохмотья в мусорное ведро. Лина принесла одежду: белье, штаны, рубашку и сандалии, все одинакового нежно-зеленого цвета. Когда я переоделась, Дина посоветовала:

– Раз господин Рорик обещал, он тебе заплатит. Так ты денежки не трать, прибереги. Крыша над головой есть, в столовой кормят хорошо, а дукаты банк любят, особенно, если их двадцать.

Я прикинула сумму: на эти деньги можно было бы снять квартирку и держаться подальше от грандмастера Магерана. Но гномки были правы: деньги лучше сохранить.

Что-то подсказывало, что грандмастер опутает меня такой системой штрафов, что я дышать буду через раз.

И если у тебя есть враг, то лучше держаться к нему поближе.

Потом мы спустились в подвал. Место было мрачное, но в целом уютное: стены были выложены темно-коричневым камнем, в глубине стояли печи, разинув пасти, и в них трепетал огонь. Рядом с печами суетились мелкие растрепанные существа в кожаных комбинезонах и фуражках, похожие на котов – подбрасывали что-то в огонь и обменивались такими репликами, что невольно зачесались уши.

– Вот, – Дина провела меня в какой-то отнорок и похлопала в ладоши: вспыхнул свет, разгоняя темноту, и я увидела некое подобие комнаты без окон. – Сейчас скажем домовым, они койку притащат и белье. Ничего, жить можно!

Это точно. Гномы вообще очень неприхотливы. При всей их любви к драгоценностям и золоту, они способны спать на голой земле и питаться сухой коркой.

– Спасибо, что поддержали, – искренне сказала я. Лина только рукой махнула.

– Да не за что. Пойдем, солнце еще высоко, до ужина далеко. А работу работать надо.

Мы поднялись из подвала и снова оказались в сверкающем царстве коридоров и палат. Дина толкнула неприметную дверь, и я увидела швабры, щетки и бутылки с разноцветным содержимым.

– На тебе весь третий этаж, отделение сердечных болезней, – объяснила гномка. – Надо вымыть пол в коридоре и палатах, почистить уборные и вынести мусор. Как раз к ужину успеешь. Тележки поднимаются из столовой в лифте, – Дина кивнула в сторону других дверей. – Всем больным разнесешь, там уже подписано, что и кому. А господин Юнгерс очень слабый, его надо покормить. Минна это умеет, но не любит, а у тебя знания есть. Потом соберешь посуду и…

– И спи-отдыхай, – вырвалось у меня, и гномки рассмеялись.

– Точно! А до этого постели на ночь переменишь, инструменты на обработку отнесешь, господина Юргенса переоденешь и вечерние лекарства всем раздашь! Ну давай, за дело. Если что, вон Минна сидит на посту, она подскажет.

Впереди я увидела пост дежурной сестры-помощницы, за которым сидела третья гномка и заполняла какие-то бумаги.

– Вы близнецы? – поинтересовалась я, и Дина с Линой рассмеялись.

– Нет, мы погодки! Удачи! И с щетками осторожнее, новые выпишут только через неделю.

Минна подняла голову, заинтересованно глядя на меня. Я кивнула ей, взялась за ведро и пошла набирать воду.

Шейл всегда была лучшей, чем бы ни занималась. Ирина Кузнецова тоже. И раз уж выпала судьба мыть полы и менять штаны на лежачих, я буду в этом лучшей.

Надо же утереть нос этому грандмастеру Магерану.

– Вон там пылинка, – сухо сообщила Минна.

В отличие от сестер, она была сдержанной и молчаливой. Заговорила со мной только тогда, когда потребовалось сделать замечание. Я послушно провела тряпкой по идеально вымытому полу, и Минна кивнула.

– Хорошо. Работайте немного побыстрее. Займитесь уборными.

Наверно, она очень гордилась, что работает целой сестрой-помощницей, когда Дина и Лина всего лишь санитарки.

В первой палате меня ждал сюрприз. Молодой мужчина с огненно-рыжими волосами открыл окно и со вкусом и знанием дела курил самокрутку с чар-травой. Эйфория, разговорчивость, повышенный аппетит и усиление рецепторов глазной сетчатки – цвета становятся яркими и насыщенными.

– Ну здравствуйте, – сказала я. – Ваш целитель знает про чар-траву?

Рыжий ослепительно улыбнулся, спрыгнул с подоконника и, подойдя ко мне, молниеносным движением запустил монетку в нагрудный карман рубашки.

– Нет. И ты ему ничего не скажешь.

– Скажу, – ответила я и покосилась на сопровождающий лист на стене. – Обязательно скажу, господин Глиссон, потому что с вашим сердцем чар-трава это путь на тот свет.

– С того света меня уже вытащили, – улыбка Глиссона сделалась шире. – И я имею полное право это отпраздновать.

Я не стала спорить. Прошла в уборную и принялась за работу, сердито приговаривая:

– Вы бы лучше стульчак не уделывали, господин дракон. Большой вроде мальчик.

Глиссон со свирепым видом заглянул в уборную.

– Поговори мне тут еще! Чисть давай, чтоб все сверкало!

– И поговорю! – ответила я, заливая все жидкостью для уборки и свирепо орудуя тряпками. – Я не ваша рабыня, чтоб вы мне рот закрывали.

– Шашлык бы из тебя сделать, – процедил Глиссон.

– Уже пытались, не получилось, – усмехнулась я.

Через десять минут уборка подошла к концу. Я вышла из палаты, закрыла за собой дверь и прошла к посту Минны. Та подняла голову от карт пациентов и устало посмотрела на меня.

– Что?

– Глиссон курит чар-траву, – ответила я и положила перед ней монетку в два дуката. – Дал мне это за молчание.

– Хорошо, – кивнула Минна. – Целитель поговорит с ним. Работайте дальше.

В другой палате лежал немолодой седовласый дракон. Судя по сопровождающему листу, его звали Майлз Шеридан и в клинику он попал с грудной жабой.

– Добрый день! – приветствовал он меня с легким поклоном. – Спасибо, что пришли.

– Здравствуйте, господин Шеридан, – улыбнулась я. – Конечно, пришла, это же моя работа. Как вы себя чувствуете?