Драконья Пыль. Проклятие Ирвеона
Шрифт:
Дракона больше интересовало содержание письма. Но на все расспросы Арон коротко бросил:
— Я убью этого Егара, — и, пошатываясь, принялся ковыряться в кучах мусора.
— Давно пора! — азартно подхватил дракон. — Так что там было?
Властелин не ответил. Из одной большой мусорной кучи образовалось две маленькие, и на свет, наконец, явился сапог. Второй нашелся под кроватью. Если не ошибаюсь, именно в этих сапогах он был при нашей первой встрече. Каким образом на одном из них всего за два дня успела вырасти куча мусора — загадка. Дракон взирал на действия хозяина с плохо скрываемой досадой. А вот, кажется, и разгадка.
— Собирайся, летим в Вассу, — скомандовал Арон, перекапывая постель.
— Отличная идея, — радостно поддержал его дракон, — только не получится. Я до сих пор не могу летать.
— Пешком пойдем, — постановил Властелин, извлекая из-под подушек тщательно измятую куртку. — Ходить ты, надеюсь, не разучился? За пару дней оживут твои крылья, а нет — возьмем в попутной деревне лошадей!
Я зажала рот, чтоб не засмеяться вслух. Гарцующий на лошади дракон — слишком сюрреалистичная картина. Черный идею тоже не оценил, но спорить не стал.
— Хорошо, только сначала нам всем придется сброситься с вершины твоей Башни. Ну да, не смотри на меня. Ты, видно, пропустил этот момент, но нижнего выхода у нас больше нет. И не я один приложил к этому свое… пламя!..
Дракон скрылся на балконе, опасаясь вновь узреть мощь властелинского гнева, но Арон только шумно выдохнул и вернулся на кровать. Уставился сквозь меня, в пространство до того тяжелым невидящим взглядом, что я поспешила отползти в сторону, пока он не прожег во мне дыру. Он отмер, удивленно поднял брови, будто впервые видел.
— Черный, накрывай на стол. Будем завтракать. Или обедать, — он покосился на потолок, словно сквозь толщу камней мог разглядеть положение солнца на небе.
***
Арон к обеду не торопился. Обстоятельно изучил содержимое шкафа. Нашел чистую и почти не мятую одежду. Чинно удалился в соседнюю комнату, долго плескался и, наконец, вышел посвежевший, но по-прежнему хмурый.
Я все это время просидела на краешке единственного не занятого хламом стула, не решаясь выйти в коридор. Дракон, как всегда, уполз через балкон, и последовать за ним я, понятное дело, не могла. Так и сидела, наблюдая за передвижениями местной живности.
Пылевые комочки, растеряв остатки осторожности, шныряли в мусорных каньонах, плесень на стенах буйно колосилась. Обыкновенная, не светящаяся. Похоже, кое-кто ее специально подкармливал остатками еды.
Пока Его Темнейшество собиралось, дракон притащил мои сапоги и успел наготовить сырных лепешек, зажарить половину небольшого бычка, двух гигантских куриц, запечь гору овощей с мясом и наварить яблочного компота (свежее молоко закончилось, а кислое ушло на лепешки).
Столовая располагалась этажом ниже и сама я ее ни за что бы не отыскала, впрочем, тут я немного хитрю. Умопомрачительный запах жареного мяса почти материальными волнами струился сквозь щель под дверью, а стоило дверь распахнуть, едва не сбил меня с ног.
Столовая сияла чистотой, особенно в сравнении с хозяйской спальней. Длинный обеденный стол был накрыт только с одной, ближайшей к окну стороны, зато щедро уставлен подсвечниками. Как и в других комнатах, тут было огромное окно с выходом на балкон, облюбованное хвостатым поваром. Последний умиленно наблюдал, как я нагребаю себе на тарелку всего и побольше, и нахваливал мой аппетит, ставя Арону в пример. Властелин вяло ковырялся в тарелке, и только курил сигареты — одну за другой, пока не завесил столовую вонючими облаками.
Дракон жевал жареную говяжью тушу, прихлебывал из ведра компот и безостановочно нудил на тему неуважения к повару и пустого перевода продуктов. Властелин не выдержал, демонстративно съел тарелку овощей с мясом, залпом выпил компот, поморщился и запил вином, но дракону только того и надо было. Сытый хозяин подобрел, и на сотый раз заданный вопрос: «Так что там было?», наконец ответил:
— Да все то же самое.
— Так чего ты взбеленился? — Дракон разочарованно выронил говяжью ногу.
— А еще он, оказывается, знает про Ренатор, — Арон поднес спичку к очередной сигарете, но заметил мое позеленевшее лицо и курить передумал. Употреблял он такую несусветную дрянь, что мне уже по углам мерещились танцующие дракончики, верхом на розовых единорогах.
— Ну и что? Про него много кто знает, — Черный заметил характерные изменения в моей внешности, сдвинул штору, и принялся лапами разгонять дым. — Тоже мне, тайна мирового масштаба. Было бы из-за чего переживать.
Дракончики с гиканьем ускакали в темноту, в голове прояснилось. Про Ренатор знала даже я. Именно так называли пресловутые Врата Демонов, расположенные где-то посреди безжизненной пустыни. Добраться до них через пышущие ядовитыми испарениями пески было невозможно.
— Он знает, как туда попасть, — продолжил Арон и на очередное фырканье добавил: — без дракона.
— Он блефует, — не поверил Черный.
— У него и «ключ» есть. Можешь не начинать. Рисунок был донельзя детальным. И да, я до сих пор его помню, хоть и видел последний раз двадцать лет назад. У меня с памятью все в порядке.
— Вот, не надо! — надулся дракон. — Будь у него хоть двадцать ключей — а я сомневаюсь, что у него есть хотя бы один — он все равно ничего не сделает. Человек не сможет им воспользоваться. Кому, как не тебе об этом знать? Не верь ему. Он лживая мелочная гнида.
— Ключ можно обмануть, — Арон, развалившись на стуле, пальцем выводил на столешнице пентаграммы. От переполненной пепельницы к потолку поднимался дым, закручивался в кольцо, таинственно золотое в свете свечей. Казалось еще немного и Властелина утянет в какой-нибудь местный ад.
— Как? Притвориться темным? Ключ не человек, его запросто не обманешь.
— Можно влезть в шкуру темного, выпить его кровь, или искупаться в ней, например, — Арон долго, пристально смотрел на дракона.
— Гадость какая.
— И гадость бессмысленная. Сил у него все равно не хватит. Другой уровень. И он об этом знает.
Я слушала, затаив дыхание. Разговор принимал совсем непонятный и неприятный оборот. Я не хотела знать ничего ни про ключи, ни про купание в крови. А хотела я выползти незаметно из комнаты и убежать как можно дальше, но сидела, как приклеенная, не решаясь пошевелиться. В воздухе висел вопрос, и я не хотела знать ответ на него.
— Зачем тогда он вообще про ключ писал?
— Он может воспользоваться тем, у кого сил хватит.