Чтение онлайн

– Меня зовут Усто, мальчик, – донеслось им вслед. – И… Удачи вам!

Часть первая. Горт. Глава 5.

Кассетто и Стого молча вышли из дома и через несколько минут были в таверне. Сейчас Багряный не боялся оставлять Усто и Заву с Кандексом. Старик доверял трактирщику, а на его суждения можно положиться. Зава будет в особняке в безопасности, а им нужна информация. Сейчас таверна – единственное известное им место, куда точно нагрянет «Драксон».

Вошли они снова через черный ход. Повара собирались домой, а их помощник домывал посуду, все посетители уже разошлись. Кухарь, оставленный Кандексом за главного, посмотрел на странную парочку исподлобья, но ничего не сказал, ушел последним и закрыл за собой дверь. Стого направился в зал таверны, легко перемахнул через высокую трактирную стойку, гордо прошествовал в центр помещения и растянулся на одном из столов. Кассетто не стал красоваться и прибегать к акробатическим трюкам. Он не торопясь обошел стойку и один за другим задул огни. Наконец, когда зал погрузился в приятный полумрак, а зажженными остались лишь несколько ламп, он удовлетворенно кивнул и прислонился спиной к стойке, закрыл глаза и приготовился ждать. Они провели в тишине следующие несколько минут, выдержать больше неунывающий Стого не смог. Столсену быстро наскучило лежать на столе, покачивая ногами, и смотреть в потолок. Юноше хотелось поговорить.

– Эй, Багряный, – начал он тихо, чтобы их не услышали с улицы. – Так я не понял, что тебя с этим дедом связывает?

После томительного молчания, Кассетто, явно не хотевший отвечать, устало вздохнул и принялся объяснять.

– Он поселился на сеновале соседнего дома, когда мне было лет шесть, – пробурчал он также тихо, чтобы слышал только Стого. – Сначала все его сторонились – пришлый, как-никак, но потом попривыкли. На вторую неделю после его появления я сильно заболел. Родители перепробовали все средства, но ничего не помогло. Знахарка сказала, что спасет меня только чудо. И вот, на третью ночь, моя семья оставила меня и пошла в местных храм молиться за выздоровление. И тогда, когда я в бреду стонал и метался, Усто прокрался в мою комнату. Он сел на кровать, поколдовал, делая странные пассы, и в итоге вылечил. Родители приняли это за милость Сора, но я все видел и знал, кому обязан, но другим не сказал – старик просил не выдавать его. С тех пор я стал навещать Усто. Слово за слово, визит за визитом, так и сошлись…

– И какой смысл Светлому скрываться? От кого он прятался, не знаешь?

– Я спрашивал об этом, но он лишь улыбался, хлопал меня по плечу и говорил, что так нужно, а пояснять не хотел. Не забывай, мне было всего шесть лет, с чего бы ему со мной откровенничать?

Снова пауза, Стого обдумывал услышанное, а Кассетто погрузился в воспоминания.

– А кто такой этот Повар, о котором говорил Устин? – настала очередь Багряного задавать вопросы. Сквозь обычно холодное и невозмутимое выражение лица даже пробилось любопытство.

Стого сначала скривился, но потом заулыбался, давая понять, что воспоминания у него с этим связаны двоякие.

– Это папка мой, а заодно и наставник… по мордобитию. Брат мой к Луноходцам в орден сбежал, хоть батя и против был. Вот и пришлось ему меня обучать, а я ведь с детства считался негодным бездарем… Прилетало мне знатно, но толк вышел, сам все увидишь, как эти крысеныши повылазят!

– Учил, говоришь? А откуда он всему научился-то? И чем занимался?

– Ну, раньше он охотился на всяких чудовищ по лесам и болотам, людям помогал, а, вообще, шатался как какой-то нищий от деревни к деревне. Он принципиально не брал денег за труды, ничего не просил, жил только за счет милости тех, кому помогал. И вот, в один момент ему все надоело, он осел и завел нас с братом…

На этом месте Стого осекся, вспомнив про рану Горо, и весь его энтузиазм угас. Кассетто этого не заметил, он обдумывал услышанное.

– Ну, хоть кормили тебя хорошо! – с легкой завистью заметил Багряный.

– С чего ты это взял? – в удивлении Стого вышел из задумчивости и всем телом повернулся к собеседнику. – А, это с того, что Усто его Поваром назвал? Да не бери в голову, готовит он так паршиво, что… Псака, даже сравнить не с чем!

Кассетто хотел спросить о чем-то еще, но закрыл рот, так ничего и не сказав. Кулаки его сжались, и он осторожно направился от стойки к входной двери. Стого тоже услышал неладное, по-кошачьи быстро и ловко сел на столе и опустил руки к поясу под полы плаща. И вовремя – дверь заскрипела, приоткрылась, и в таверну пожаловало трое незваных гостей. Сектанты не таились. Подходя к трактиру, они что-то громко обсуждали и гоготали. Бандиты считали, что идут позабавиться и засады не ждали.

Кассетто и Стого отреагировали мгновенно. Вошедшие даже не заметили, как у них перед носом оказался противник. Багряный с размаху врезал в челюсть тому, что справа. Бандит, так и не сообразив, что произошло, отлетел к стене и безжизненно сполз с проломленным черепом. Второму повезло больше – Стого был дальше и лишь встал со стола, поэтому его противник успел достать меч, но это его не спасло. Столсен бросился на бандита, тот только этого и ждал и замахнулся, собираясь разрубить юнца пополам. Но меч застрял между зубьев вилки, появившейся в левой руке Стого, а зажатый в правой нож оказался в сердце замешкавшегося сектанта. Последний из «Драксона» успел сделать не больше товарищей – Кассетто одной рукой схватил его меч, а второй ударил в правое плечо, послышался хруст. Стого воткнул вилку в левое бедро субъекта, а заодно прикрыл ему рот, чтоб не визжал. Конечно, смысла в этом не было – жест был скорее привычкой, чем необходимостью.

Стого и Кассетто первый раз сражались бок о бок, заранее не сговаривались, тем не менее, все выглядело слажено. Багряный схватил противника, который теперь не мог ни бежать, ни драться, и бросил его на один из ближайших столов. Сектант завизжал от боли, но жалости это ни у кого не вызвало.

– Кто вы такие, загрызи вас жакор? – ругнулся бандит, но тут же пожалел об этом, так как рядом с его головой просвистел кулак Кассетто, пробивший дерево стола.

– Не смей говорить мне о жакорах, ты, ублюдок! – прошипел он.

– Кассетто из Багряных, парень, – с толикой доброжелательности пояснил Стого, снова удобно усаживаясь на соседний стол и болтая ногами, как маленький ребенок на высокой лавке. – Так что не советовал бы говорить про этих монстров. И дружками нас пугать не надо, мы как раз за их головами.

– Да вы хоть знаете…

– Знаем, знаем, не переживай за нас, о себе лучше подумай, – перебил пленника Стого совсем уж доброжелательным и беззаботным тоном. – Если в дружках так уверен, думаю, не откажешься сказать нам, где они?

– А какой мне…

– Живым останешься, – сурово пояснил Кассетто, сверкая глазами, ему надоела игра Стого, он хотел все побыстрей закончить.

От холода в голосе Багряного пленник поежился. Он понял, что шутки плохи.

– Ладно, ладно, все равно вы им ничего не сделаете. И не говорите потом, что не предупреждал! Постоялый двор на улице Зари, третий дом, мы заняли весь второй этаж.

– Сколько вас?

– Два десятка, так что вам двоим…

– Какая лапа?

– Лапа? Не понимаю…

– Лапа?!! – кулак Багряного пробил стол с другой стороны от головы бандита.

– Восьмая лапа, Лапа Волка! – буквально заверещал сектант.

– Цель?

– Не знаю, спросите нашего командира, если до него доберетесь!

Кассетто ударил о стол под правой рукой пленника, на этот раз нарочно задевая раненую руку бандита. Тут нервы сектанта не выдержали, и он затараторил высоким голосом, выкладывая все, что, по его мнению, могло заинтересовать Багряного. Рассказ сводился к тому, что им с парнями поручили допросить хозяина этой таверны и выяснить, где находится старик по имени Усто. Больше ничего полезного они не услышали. Закончив говорить, бандит зарыдал в страхе за свою жизнь. Кассетто опять замахнулся, но Стого перехватил его руку.

– Погоди, он правду говорит, лучше потолкуем с его командиром. Не думаю, что с него получится вытрясти что-то еще. Кстати, плакса, кто твой начальник?

– Мизинец, его превосходительство Красковец! – оскалился бандит. – Сами теперь должны понимать, что вам ничего не светит…

– Пойдем, – кивнул Багряному Стого, спрыгивая со стола. – Чего с ним время терять? Поспешим к Мизинцу! И оставь этого крысеныша, неприятностей он больше не доставит. Я ведь прав?

Бандит проникновенно закивал, а Багряный пожал плечами и первым покинул таверну. Стого немного задержался, повернулся к пленнику и хмуро добавил: