Чтение онлайн

– Так я тебе и поверила!
– воскликнула полукровка.
– Расспросить расспросишь, а сам...

– Я Древесный маг, - холодно напомнил Матиас.
– Мы не лжем. Итак. Почему скалка?

Пленница сердито сверкнула глазами, но все-таки сочла за лучшее ответить.

– Ха! А как еще прикажешь бороться с Демонами Обжорства?! И кроме того, скалка - это мое профессиональное орудие! Ты видишь перед собой лучшую повариху Варроны, юноша!

– Демоны обжорства?
– уточнил Матиас.
– Вы считаете своим долгом бороться именно с этими демонами?

– Ну да!
– злобно окрысилась Присцилла.
– Ведь моя матушка, чтоб ей на том свете икалось, была демоном обжорства! А всякий полукровка должен бороться либо с теми, либо с другими, так в Законах прописано. Ну, поскольку на убийствах людей денег в Варроне не сделаешь, пришлось браться за демонов.

– А кто платит за демонов?
– спросил Матиас. Он надеялся, что ответ на этот вопрос выведет его на постоянных клиентов Присциллы, а там и на заказчиков убийства короля.

– Никто!
– надменно воскликнула Присцилла.
– Держи карман шире. Просто я не всех убиваю. Некоторых заставляю работать на себя. У меня, в конце концов, сеть кафе по всему городу. Чем больше мои клиенты будут есть...

– Понятно, - кивнул Матиас.
– А кто же заказал вам убийство короля?

– Никто, - горько сказала Присцилла.
– Никто мне за него ни медяка не заплатит! Но у меня тоже есть свои принципы.

– Поясните, - потребовал Матиас.

– Ну так матушку я убила, как полагается по законам демонов, - охотно пояснила Присцилла.
– Теперь отцу насолить теперь сами боги велели!

– И кто ваш отец?
– спросил Матиас.

– А вы не знаете?
– искренне удивилась Присцилла.
– Каждая собака знает. Рютгер Марофилл.

Матиас почувствовал легкий озноб. И он сам, сам пообещал оставить в живых эту женщину! Кровного врага!

Воистину, ничего нет тяжелее жизни честного человека.

Глава 29. Четвертое покушение

Мати, я немного обеспокоен тем, что ты почти не принимаешь участие в компанейских посиделках. Так у тебя совсем не будет друзей... Запомни, мой дорогой ученик: 'тусоваться', как говорят в Унтитледе, - это важно!

Из наставлений учителя К.Аустаушена

Когда Матиас вышел из астрала в ту самую комнату перед королевским кабинетом, он застал странную картину. Король приплясывал от радости прямо на изящном столике красного дерева, в то время как его старый учитель, прижимавший к груди папку с бумагами, почему-то даже не делал попытки объяснить его беспокойному величеству вопиющую неправильность подобного поведения, а просто затравленными глазами взирал на происходящее.

А посмотреть было на что.

Подбоченясь, Мэри и Сью стояли друг напротив друга. Мэри держала в руках свои знаменитые пистолеты с неиссякаемыми патронами, Сью приготовила к атаке огрызок меча.

– Бери свои слова обратно!
– воскликнула Мэри.

– Это ты бери свои слова обратно!
– не согласилась с сестрой рыжая Сью.

– Котик!
– гордо вскинула подбородок Мэри и прищурилась, будто собираясь целиться.

– Песик!
– решительно заявила Сью, опуская голову, и ехидно усмехнулась.

– Они дворец разнесут!
– простонал королевский учитель.

– Стойте!
– Юлия кинулась между ними, размахивая руками.
– Стойте, девочки! Не так все страшно.

– Да, принцесса?
– они с некоторой неохотой опустили оружие, поглядывая на Юлию.

– Предлагаю вам компромиссный вариант, - твердо сказала девочка.
– Зайка.

– О!
– воскликнула Сью.

– Ах!
– выдохнула Мэри.

Сестры с приязнью посмотрели друг на друга, потом на Юлию и, наконец, на Матиаса. Дружно произнесли в унисон:

– Зайка!

– Моя, - добавила Юлия обреченно.

– Сегодня я поймаю его, - сказал Матиас мрачно, глядя в пространство.
– Того, кто покушается на короля каждую ночь.

Сестры-побратимы переглянулись, не понимая, к чему Матиас это сказал. И только Юлия осознала со всей полнотой: честь Матиаса казалась ему замаранной после поединка с такой особой, как Присцилла Полански, и древесный маг хотел немедленно оправдать себя в собственных глаза.

– Будет хорошо, - твердо сказала Юлия.
– Это ведь четвертое покушение, не так ли? Тогда пророчество будет исполнено.

Как ученица жреца, она прекрасно знала, что верным всегда оказывается то пророчество, для исполнения которого приложат больше усилий.

Эта ночь для Дворца-на-Куче выдалась на удивление спокойной. Куча почти не оседала - ну так, не больше обычного - и привычные змеящиеся трещины в стенах никого не беспокоили. Гигантские жуки, в обязанность которых вменялось перетаскивать замок на более безопасное место по мере необходимости, неподвижно сидели на портьерах, время от времени о чем-то трескуче переговариваясь друг с другом. Их перламутрово-зеленые спины загадочно мерцали в свете ущербной луны.

На полу Зеленой галереи лежали разрезанные оконными рамами голубоватые квадраты лунного света. Луна серебрила похабные, освященные временем узоры на высоких вазах, стоящих в простенках, затачивала складки бархатных, малахитового цвета портьер, зажигала тусклым молочным светом пылинки в воздухе. Кто-то крался по коридору; кто-то неуловимый. Ловко скользил из тени в тень, почти не тревожа сонный воздух...

– Убийца!
– яркая надпись вспыхнула в полутора метрах над полом посреди коридора, запылала всеми цветами радуги, постепенно меняя их.
– Убийца пришел!

Черная фигура быстро рванулась вперед, пробежав под надписью, однако пестрые буквы по-прежнему надрывались ей вслед в безмолвном крике: 'Да здравствует господин убийца!'

Неизвестный сделал еще несколько шагов - и тут же мраморная плитка пола вспучилась у него под ногами. Каменные квадратики рассыпались двумя или тремя хороводами и затанцевали вокруг несчастного, напевая звенящими голосами:

– Сегодня праздник во дворце,

С утра до поздней ночи!