Чтение онлайн

— Раньше ты так не переживала за внешнюю политику. И мои успехи в целом.

— Раньше я и не думала, что остепенюсь в твоём городе. Но речь не о том, что ратью одолеешь. Ты небось решил лично с ним разобраться, как мы тогда с Кремлёвскими лордами.

— Имеются такие мысли, — признался.

Белка усмехнулась. Но тут же посерьёзнела и подалась даже вперёд с заговорческим видом.

— Сигизмунд давно правит, он мудрее и умнее тебя, — зашептала. — Почти тридцать лет он у власти, пережил много смут, войн и покушений. Мало того, что он обладает могущественными артефактами защиты, которые собирал годами со всех проклятых мест мира, так ещё и окружил себя сильнейшими магами. Или ты думаешь, что человек, покоривший всю Европу будет слабеньким простофилей? Даже не рассчитывай на это.

Хм. Что–то Зорина в несвойственной ей манере решила меня наставить. Хотя я и сам понимаю — польский император опасен, и он, возможно, изучает меня. Зная бы некоего выскочку, который не скрывает, что уничтожил тысячи курий и волотов, я бы и сам готовился встречать его, как полагается. Учёл бы все его сильные стороны и нашёл слабости.

— И откуда ты столько знаешь о Сигизмунде? — Этот вопрос всплыл у меня попутно.

Белка замотала головой с укором. А затем выпалила шёпотом:

— Думаешь, самая большая сокровищница была у нашего императора? Да по сравнению с залежами добра у Сигизмунда, казна у Златозара — что заначка оборванца.

— Подожди, дорогуша. А что там с сокровищницей Златозара? — Подловил, но сам забеспокоился.

— Ты хотел сказать мёртвого Златозара? — Поправила и, улыбнувшись хищно, продолжила: — Ой, да брось. Ты ж его прикончил и обчистил, или я не права?

В груди похолодело, ибо она попала в точку!

— С чего так решила? — Пытаюсь юлить.

— Как–то совсем юной, — заговорила с полуулыбкой мечтательно. — Я с папенькой была на приёме в Кремле, где случайно залюбовалась украшениями нашего покойного монарха. И одно колечко на жирной лапке Златозара всё никак не выходило у меня из головы. Очень редкое, а точнее сделанное в единственном экземпляре. Так вот оно и ещё парочка с руки императора для полного совпадения теперь красуются в лавке нашего общего друга Еси. Нельзя оставлять без внимания и каменья с золотыми монетами особой коллекции императора, которыми наш славный Ярослав стал разбрасываться направо и налево после падения Кремля.

— Всё уходит на дело, — проворчал. — Не надо ля–ля.

— То есть уже не отрицаешь? — Подловила.

— Не понимаю о чём ты, — строю из себя дурака.

— Ты мне лучше вот что скажи: как умудрился столько добра оттуда вынесли? А то это моя главная проблема на промысле — никогда не получается утащить всё. И это раздражает.

Ну и хитрая же зараза. О магическом кармане Стрижа она явно догадывается! Я ж при ней и получил от него последнюю часть секретного слова. Она была свидетельницей, как тот доставал из неоткуда всякое. Похоже, задавалась вопросом. И вот теперь мне стоит проявить больше осторожности, когда при Белке достаю оттуда что–то.

В свете нашего разговора вопрос один назревает интересный.

— Я так понимаю, ты успела в Кремлёвские руины заглянуть?

Белка с прищуром откинулась на спинку стула, который отчаянно заскрипел. Вместо ответа увела недовольный взгляд, и я всё понял! Слазила, сучка такая. И когда успела? Впрочем, со своими делами я потерял её из виду на пару недель — этого времени вполне бы хватило. Может, портал у неё там был где–то поблизости. Но это уже не важно.

Воровка, которая гонится за величайшим грабежом всех времён, осталась с носом. Я её облапошил.

— Ученик превзошёл своего учителя? — Выпалил, потому что не смог уже сдержаться.

— Ой, да я такое таскала, тебе и не снилось, понял? — Покривилась.

Похоже, задел за живое. И решил дальше не развивать тему. Одно отметил для себя, о чём прежде и не думал. Сигизмунд и вправду может быть опасен. Не стоит недооценивать его особые возможности в мире, где процветает магия. И существует уйма способов уничтожения.

Пока шептались, народ на нас стал коситься с подозрением. Особенно поляки.

Расплатившись серебряной монетой, вышел морозным воздухом подышать. Чуть задержавшись, показалась и Белка.

— Есть один купец, торгующий лошадьми, — заявила она, догоняя. — Но хороших мы не найдём. Всех годных твои поляки раскупили.

— А что сразу мои? — Возмутился.

— Ты о них больше других думаешь. И смотришь, будто убить хочешь. Лучше перестань так делать, а то нарвёмся.

— Слишком много заботы об интервентах, — подметил.

— Ой да ладно, никого они не трогают, вон какие крестьяне счастливые ходят, — а этой всё смешно.

Хотя действительно, пока поляки ничего не разоряют, не жгут, никого не насилуют, не бесчинствуют. Просто осматриваются. Но когда им дадут команду наступать — будет всё совсем по–другому.

До перекрёстка дошли, где небольшая площадь, затем уже подружка повела к купцу. Быстро же она ориентируется и знает у кого что спросить, не вызывая подозрений. Хотя какие тут подозрения, если село, стоящее на главной магистрали, как проходной двор. То всадник пронесётся, то повозка, то группа странных мужчин пройдёт. Крестьяне разгуливают, ну и мои любимые иностранцы пестрят своими гербами, вообще не стесняясь.

Прогулялись до барского дома с конюшней, где нас встретил толстяк с недовольной рожей. Пришлось отдать целую горсть серебра за двух кляч и сёдла, попутно выслушать, как мы их тут все достали.

Выдвинулись верхом из села. Вдоль поля проскакали, объезжая застрявшие телеги. Затем нырнули в сосновый лес. Сперва реденький, а дальше всё гуще и гуще. Местами белоснежные шапки свисают на дорогу, а то и полностью закрывают нам небо. Быстро скакать не получается, особенно, когда Белке вдруг вздумалось с основной трассы свернуть на узкую колею. Дорога хоть и езженная, но вся в ямах да местами с сугробами.

Около часа скачем по безлюдному лесу, весело болтая. И вот он первый польский пост, о каких мне из донесений уже известно. Этот состоит из нескольких сараев, по протоптанным дорожкам меж деревьев можно вычислить и пару–тройку землянок. Сверху всё замаскировано ветвями, заваленными снегом, ещё и кронами закрыто от неба. В общем, с воздуха не вычислишь даже самым орлиным глазом. Интересно, с чего им так маскироваться?

Только два поляка в тулупах дежурят на дороге, остальные по обе стороны сидят у костров или в землянках. По первому впечатлению тут человек двадцать пять. Вооружены луками и мечами, ничего особенного.

Когда мы подъезжали, они телегу досматривали, тыкая мечами меж дров. Мужичок с пацаном сидят смирно, ждут, когда пропустят. Поляки периодически между собой обмениваются на своём, на басурманском. Духи под сердцем быстро помогают мне распознать речь.

Вскоре постовые обратили внимание и на нас, отпустив транспорт.

— Кто такие? Куда путь держите? — Докопался один из них на русском языке, выдавая сильный акцент.

К этому времени я прикинул, что мне надо около минуты, чтоб всех тут положить. Как раз телега с гражданскими удаляется и не попадёт под огонь. Но вот незадача, позади трое залётных всадников подпирают, взявшиеся невесть откуда.