Чтение онлайн

За мной никто не погнался. Но высовываться я не стал, пока не стихло шествие.

Стоило колонне выйти из деревни с другой стороны, как сплетни по селению полились песней.

Вскоре стало ясно, что это князь тульский со своим семейством к князю орловскому решил наведаться. Вроде как приём светский у нашего по случаю празднования совершеннолетия сына.

— Вот бы на бал попасть, — слышу с одного двора от молоденьких девиц, собравшихся вместе поворковать, пока до избы Олега иду.

— И кому мы нужны? Вон какие там…

— Я бы в фрейлины к княгине пошла, — слышу мечтательное.

— Да кому ты нужна, безродная.

— А ты на себя посмотри, нос картошкой.

— Чья бы корова мычала. Корова!

Склоки миновал. Дальше с другого двора женщин слушаю.

— Да отвергнет и эту, — шепчутся. — Красив у князя сынок, но с башкой не дружит. Сколько уже обратно дочерей знатных уехало? Из Рязани графини были, из Великого Новгорода целых две княжны. А польская иностранка чем ему не угодила? Всё не милы. И эта уедет, помяните моё слово, девчат.

Так, понятно. Похоже, здесь наоборот. Не мужчина едет свататься, а к нему. Или это частный случай? Может, зависит от самого княжества, чьё богаче то и выбирает женихов да невест.

— Все нашу Академию хотят прибрать к рукам, — слышу ещё сплетни уже от мужиков. — Обойдутся, наш князь не дурак. Всех в кулаке держит.

— А что император?

— А ему есть дело до куска земли, каких под его милостью сотни?..

Про слепую дочь нашего князя обмолвились Василису. Мол, красавица, что глаз не оторвать. А никому не нужная. Поэтому князь Академию озадачил найти средство от недуга. И молится на тамошних учёных. Только я не понял, с детства она такая или со временем зрение потеряла?

Значит, у орловского князя есть сын красавец, который жениться не хочет, и дочка прекрасная, которая не может, потому что слепая.

Прогрел уши, так до дома Олега быстро и дошёл. Избу, из окна которой он кричал я помню, почти на входе в деревню с южной стороны. И действительно, не ошибся.

Сидит перед крыльцом вся банда в полумраке. Большинство весёлые, один Олег грустный. Его по плечу боров Борис хлопает:

— Да ты не расстраивайся так. Вот в Академию возьмут, поймёт она, кого потеряла.

— Да, да, — поддакивает рыжий. — Ты у нас парень видный. А эти… Ну эти. Сам понимаешь.

— Прекрасно понимаю, — шипит Олег, замахиваясь на рыжего. — Отвали, Колян.

— Ты бы ещё дольше тянул, — посмеивается один из мелких. — Марьяна, она ж птица высокого полёта.

— Курица, — прошипел Олег. — Тупая курица. Кому она нужна там? Перья все выщиплют и бросят. А я бы… Эх.

— Может и курица, — подключается ещё один товарищ. — А может и нет. Раз тот витязь её приметил и платок забрал.

— Я слышал, он вернуться к ней обещал на днях, — снова подключается Коля.

— Пусть только попробует, — пробурчал Олег.

Хм, похоже, красавицу на деревне наконец заметил кто–то знатный из тульского княжества? Вопрос второй. Олег что? Тоже сохнет по ней, как и мой несчастный Ярик?

— Всё, не кисни, братец, — обнимает друга Борис и на меня взгляд поднимает.

Я как раз у калитки встаю.

— О, дурачок наш пришёл, — комментирует боров.

— Меня зовут Ярослав, — поправляю его. — Вежливо прошу вас, друзья, звать меня именно так.

— Друзья? — Смеются.

Борис поднимается и идёт к калитке.

— Чего тебе, ирод? Что, не видишь, не до тебя сейчас.

— Невеста от женишка ушла, — посмеиваются мелкие, похоже, вообще взрослых не боятся.

— Я обещанное принёс, но как хотите, — отвечаю и демонстративно ухожу.

— Стой, стой! — Восклицает Олег. — Пусти его!

— Да брешет он, — бурчат товарищи.

Пустили. Вынул из–за пазухи добычу. Хулиганьё дар речи потеряло.

— Дай, дай сюда, — потянулся рыжий.

— Лапы! — Рявкнул Олег, подскочил и сам вырвал у меня яйцо, а затем ахнул: — Настоящее…

— Дуракам везёт, — буркнул Рыжий.

— Как ты его достал, признавайся? — Взял меня сзади за шею боров.

Вывернулся, отступил.

— Чего рыпаешься? Строптивый какой стал, — возмутился Борис и на меня пошёл.

А я уже прицелился его выстегнуть, кулак сжав и чуть корпус повернув для размаха. На один точный удар сил хватит, пусть я, скорее всего, и выбью себе пальцы или кисть. Но этого урода положу демонстративно.

— Придержи коней, — окликнул товарища Олег в самый последний момент.

— Никуда ты от меня не денешься, хмырь, — бросил боров и, плечом толкнув, в сторону пошёл надутый, как индюк.

— Обещанное выполнил? — Спрашиваю Олега.

— Соглашусь, — отвечает вальяжно, сидя на ступеньках.

— Не должен ничего больше? — Продолжаю.

— Вроде бы нет.

— Без «вроде», — настаиваю. Главное, чтоб при пацанах своих озвучил, дальше за слово подтянем, если придётся.

— Олежка, дай я ему всажу в нос уже, — простонал Борис, быстро теряя терпение.

Олег отмахнулся и кивнул:

— Хорошо, в расчёте.

— Доброй ночи, ребята, главное не хворайте и по ночам не гуляйте, — выпалил я с оскалом, развернулся и пошёл поскорее прочь.

Несколько ошарашенные хулиганы уже в след прокричали всякие гадости. Но Олег промолчал.

Ладно, одной проблемой меньше. С этой мыслью вернулся домой к Нюре. А она во дворе хлопочет, доит корову. Стал помогать, курей загоняя. Затем ведро с молоком перехватил, чтоб не надрывалась. Прослезилась аж.

Помню бабушку свою, она мне роднее матери была.

— Внучок, как же ты переменился, — шепчет. — Видел бы тебя барон наш покойный.

Молчу. Вздыхаю, думая о своём родном отце.

— Куры эти совсем негодные стали, — жалуется дальше. — Нестись перестали.

Ой, а это уже я их подставил.

— Не плачь, ба, всё наладится у нас. Ещё заживём, — утешаю, решив, что в ближайшее время наведаюсь в наше поместье. Только сил наберусь.

— Да где ж там, старая я совсем стала, никчёмная. Скоро и твою землю отберут. У князя руки просто не дошли, там поборов накопилась тьма.