Чтение онлайн

— Поумнел ты сильно за последние два дня, — комментирует. — Ладно. Ты давай в деревню, солнце садится. Нечего у рощи разгуливать. И на Курочкино поле не ходи, там, похоже, приспешник разгуливает.

— Что за приспешник?

— Ах да, я и забыла, что ты память потерял. Это слуга нечисти, обычно упыря прихвостень. Такой наделён силами от хозяина и может днём свои злые дела творить.

Твою мать, тут ещё и упыри — вампиры что ли?

— Что такое? Видел его? — Встрепенулась Дарья.

— Нет, просто… а не важно, забудь, — затушевался.

За два дня я узнал, что здесь обитают оборотни, вампиры, гигантские пауки и зомбаки! Какие ещё сюрпризы ждут?

Дарья до просёлочной дороги довела, где указатель. Весь путь, пока шли вместе, то на яйцо, то на меня посматривала. Пыталась выведать, кому я его несу, плутовка.

На развилке и распрощались. В сторону Академии пошла спешной походкой. Интересно, а она там живёт? Или учится?

По дороге в деревню подумал, что жаль мне такое драгоценное яйцо какому–то пацану отдавать. Он его в академию отнести хочет, чтобы его заметили и зачислили? А если и так? Будет магии обучаться? Я бы тоже не прочь.

Надо было два брать.

А ещё эта брошка. Точно бабкина. Вообще сомнений никаких.

Перед входом в деревню Яйцо под рубаху сунул и впервые подумал, что оно может и вылупиться! И не очень–то хочется, чтоб тварь в брюхо вцепилась. А если вытащу на обозрение, вся деревня в горло вцепится. Я помню, как горели глаза у Дарьи. Она и обдурить была готова, лишь бы себе его прикарманить. Но надо отдать должное, силой не стала забирать. То есть право добывшего уважила.

Вечереет. На подходе к деревне ноги стали заплетаться. Снова я — развалина. Есть хочется, пить хочется. Скорее бы просто упасть костьми на койку. Тот ещё работник! Две сотки дух за меня скосил, а я вообще косу профукал. Надеюсь, никто не утащит до завтра. Тем более она с зазубринами вряд ли кому нужна.

По деревне ковыляю. Топот позади стремительно приближается. Всадник едва не сшиб, еле успел.

— Посторонись! — Кричит на скаку. — Тульский князь идёт! Посторонись, простой люд! Дорогу его сиятельству!!

Промчал, и только хуже сделал. Народ из домов стал вылезать, на дорогу выходя и вдоль неё выстраиваясь. Я тоже на обочину встал, как дурак. Деревенские даже не дразнятся, все с раскрытыми ртами озираются в сторону Академии, откуда и примчал всадник, да унёсся в сторону замка нашего орловского князя.

Минут десять ждём. А затем земля начинает дрожать от целого табуна. А вместе с этим вскоре едва ли не дневной свет озаряет нашу деревушку.

Всадники в две колонны рысью идут, как на параде. Стучат копыта, позвякивают шпоры, бьётся металл о металл. Впереди мужчины статные с прямыми спинами и гордо поднятыми подбородками, доспехи и блестят, и пестрят одновременно. Кто в шляпах с хвостом пушистым, кто шлем на боку лошади прицепил. И в сплошном металле, и наполовину, где только вставки. Мечи, шпаги, арбалеты, даже копья у некоторых есть. У всех на щитах красный герб, как и на трёх знамёнах в колонне. Только на полотнах ещё и золотая вышивка.

— Князь, князь, — прокатилось по толпе зевак. — Юрий, Юрий, сам Юрий…

Люд шапки снимает, кланяется. А я пытаюсь рассмотреть этого Юрия, дед чернобровый, нос горбинкой, хмурый, важный. Рядом с ним рыцарь в доспехах матовых синих, мощный, лицо бородатое убийцы, всё в шрамах. Меч здоровенный, метра под два висит.

Дальше ещё три шеренги бравых воинов. Потом самое интересное начинается. Женщины–магички в красочных кофтах, в штанишках и с плащами, покрывающими наполовину лошадь, скачут, через каждые три–четыре шеренги по одной. Вот они свет яркий и дают на всю округу, который у них из посохов лучится.

Магички явно уже не молодые, но ухоженные тётки. Одна совсем старая, но есть и молоденькая чёрненькая девочка, самая сосредоточенная.

— Ох, а витязи, витязи, — шепчется люд. — Тульские витязи. Вон тот, а вот этот…

В общем, не рыцари тут, а витязи. Понял, не дурак.

— Ну красавцы, удальцы, — слышу от бабулек. — Защитники наши. Это не наши, старая, это тульские.

— Да все они наши, богатыри русские…

Пронеслась голова колонны. Дальше лучники пошли в лёгких доспехах, почти на взвод набралось. Потом снова витязи. Парочка вообще огромных! За ними сразу и кареты потянулись. Целых четыре штуки! Все красиво расписаны, но первая самая красочная, голубой орнамент на золоте, лошади запряжены белоснежные. Рядом, чуть впереди шествует и странная охрана: худощавая женщина в чёрной мантии, со смольно чёрными волосами в каре, глаза карие — дикие и злющие, судя по всему, тоже магичка. И витязь на белом коне за ней плетётся. О втором сперва подумал, что тоже женщина из–за длинных распущенных волос. Но слишком уж крепкая фигура с широкими плечами, да и стала бы носить дамочка сплошную броню.

Злющая магичка в чёрной мантии, которой на вид примерно лет сорок, поравнявшись, на меня вдруг посмотрела недобро и с подозрением. Аж в груди похолодело и сердце затрепетало.

— Боюсь, боюсь, — взвыл дух. — Отойди, отойди. Не смотри на неё. Не смотри…

Опустил взгляд, мимо проехала. Похоже, усмехнулась! Фух, миновало. Даже не знаю, отчего я так затрясся.

Пыль поднялась знатно. И с копыт грязь в лицо полетела. А люди стоят с раскрытыми ртами, им хоть бы что. Лучше всякого кинофильма.

Успеваю уловить, как в окошке первого экипажа занавеска дёрнулась. Сперва брюнеточка промелькнула совсем молоденькая, и успел я оценить, насколько она прекрасна. Аж дыхание перехватило. А затем тётка недовольная сунулась и шторку задвинула, драгоценными камнями на украшениях блеснув, что звёздами на небе.

Две следующие кареты наглухо зашторены. А вот из последней даже через массовый топот доносятся хихиканья.

Шторы на распашку, и идёт игривая борьба за окошко. Внутри девиц штук пять накрашенных и милых. Рассматривают всех, машут кому попало.

— О! Беременный! — Воскликнула одна, на меня указав. И рассмеялась.

— Скоро рожу! — Отвечаю и реверанс исполняю лёгкий.

Смеются.

— Как звать тебя, мальчик? — Слышу от другой, самой взрослой на вид среди хохотушек. Лет тридцать ей, ухоженная, обворожительная брюнетка.

Спешно иду за каретой, чтоб ответить.

— Ярослав!

— Славный ты мальчишка, Ярослав. Лови, — говорит женщина и платок выбрасывает.

Подаюсь за ним, чтоб поймать и не дать ему на землю упасть. А позади всадник.

— Посторонись, холоп! — Прогремел мужчина с седла.

Отпрыгнул, и копыто лошадиное прямо на платок и наступило.

Но я не бросил его. Дождавшись, поднял быстро и снова отскочил, ибо второй всадник уже летит. Отряхнул кремовый платок с цветной вышивкой и убрал в карман штанов. Определённо его стоит постирать.

Как кареты с охраной проехали, спустя пару минут обозы потянулись, а за ними копейщики пешие пошли все в пыли, человек сорок, замыкают колонну мужички с собаками на поводках. Целая стая гончих. Идут смирно, некоторые носами в землю, обнюхивают тщательно. Одна с дороги отклонилась и прямо на меня, потянув за собой хозяина, загавкала! Пришлось в толпе раствориться и поскорее ретироваться меж дворов.