Чтение онлайн

— Выходит Ратобор пришёл к чародейке Евдокию выручать? А Силантий просто под руку ему подвернулся? Вот и увёл его, чтобы чародейке насолить! — догадалась Арония. — А какие у них были дела с Явдохой? Расскажи-ка, Михалап! — потребовала Арония. — Батько Фома говорил: чтобы врага одолеть, надо всё про него знать.

— Батько твой правду казав — енто так. Но я ить подзабыл ужо про их дела-то — давненько было, — почесал в макушке домовой, раздумывая. — Как бы не напутать чего… Вот што! — радостно стуканул он по полу рукой. — Надоть мне чичас в лес податься! С одним древнючим домовым Старинушкой встренуться и погуторить! Он ить то времечко исчо хорошо помнит! И прошедши века знат! Помнилка у него больно крепкая, не то шо моя. Хотя чичас он уж на покое — в лесной избушке вместе с лешим живёт. Не ближний свет, конешно — итить к ему. Но я чичас скоренько зберуся — плюшек прихвачу, и смотаюсь до него. От хаты к домику, от домика к дачке — подземными ходами. Жаль, што пуртала там и их нету — а то б дело вышло швидче. Я опосля я всё до тонкостев тебе про Ратоборовы дела и расскажу, Аронеюшка. Как вернуся — к ночи, аль завтрева. Тогда и совет с тобой сызнова держать будем! — важно заключил он.

— Договорились, — солидно кивнула Арония. — Сбегай, Михалапушка, на разведку к Старинушке. Разузнай о Ратоборе, — наказала она. — И что б я без тебя делала? — подольстилась она — домовые ведь натура сложная.

— Дык — чо? Пропадала б! — гордо расправил грудь мохнатый спасатель.

— Ну, не сразу ж! Помахала б кулачками сперва, — хмыкнула девушка и поёжилась. — Ух, озябла я! Спать пора! Хоть и светает, но пару часиков ещё вздремну.

— Давай, Аронея, спочивай! — согласился домовой. — А я — в дорогу отправлюся! — и взмыл к потолку.

— Удачи! — зевнула ему вслед Арония и, укутавшись, вскоре задремала.

Самое время для сна, как она с детства привыкла — Луна побледнела и повисла в окне выгоревшим едва различимым пятном, Солнце взобралось ещё не высоко, зацепившись краем за горизонт. Новый день нарождался…

И вот этот немного сумасшедший день прошёл и закончился. Наступал новый…

Алая Ауди под утро остановилась возле дома Аронии, но из неё никто не вышел.

— Всё? Покидаешь меня? — спросил сидевший за рулём машины капитан страдающим голосом.

— Надо, — вздохнула девушка и кивнула в бок — на светящиеся окна своего дома: — Бабуля вон ждёт, хоть я её и предупредила, что буду поздно.

— А я своё начальство — нет! — посетовал капитан. И спохватился: — Планёрка! — воскликнул он, схватившись за голову. — Выезд на ограбление ювелирного! — Видно, только теперь вспомнив об этом. И уверенно проговорил: — Ничего, лейтенант Тимошенко меня прикроет! У меня ж выходных накопилось — чёртова прорва, на полгода. И отпуск я в том и в этом году не отгуливал! — оправдывался он, наверное, перед собой — Арония ведь и так была на его стороне. — Могу я хоть раз в жизни забыть о службе и уставе!

— А ты забыл? — рассмеялась девушка.

— Ну, почти, — заверил капитан, притягивая её к себе и обнимая. — Разве я могу соображать своей мозгой, когда ты рядом?

— Всё. Сейчас уже ухожу, — пообещала Арония, ещё крепче к нему прижимаясь.

— Уходишь? А как я буду без тебя выживать? — отозвался капитан, зарываясь лицом в её пышные волосы. — Может, вообще переберёшься ко мне жить? — сказал он глухо.

— Ты серьёзно? — отстранилась девушка. — Безумец! Мы знакомы только два дня!

— А мне кажется — всю жизнь. И я очень серьёзно, — глядя на неё честными и влюблёнными глазами, заявил капитан. — Впервые в жизни говорю такое девушке.

— Так мы тоже с тобой Ромео и Джульетта? — улыбнулась ему Арония, чувствуя примерно то же. — Как моя подруга Таня и её Ромео — любовь с первого взгляда?

— Ага, любовь! — кивнул капитан. — Может и свадьбу заодно с ними сыграем? В Италию потом вместе съездим — в свадебное путешествие?

— О, как далеко идущие планы! Уже и свадьбу? И Италию! — растаяла от его слов девушка. — Тогда, по итальянским традициям, нам нужен балкон — чтобы неприступная невеста Джульетта стояла наверху, а умоляющий её о браке жених Ромео — внизу, — пошутила она. — Это так романтично!

— Есть балкон! У меня в квартире! — обрадовано воскликнул капитан. — Предлагаю отправиться туда! И я сделаю тебе официальное предложение согласно итальянским традициям! При соседях — вот и готовые свидетели! Ты, моя королева, будешь стоять на балконе на пятом этаже, а я — твой рыцарь, распевать внизу серенады про любовь! Под гитару — у меня есть! Представляешь?

Арония и, действительно, вдруг представила эту картину: тёмная ночь, лёгкий морозец — как сейчас, и снег, и громкое фальшивое пение во дворе многоэтажки. Затем — возмущённые крики разбуженных и совсем не готовых к этому соседей-свидетелей, вызов полиции… А далее — оправдывающийся капитан Чуров, сующий ребятам в форме своё удостоверение. И она, прячущаяся от ареста за высокой дверью лоджии…

Арония звонко рассмеялась. Капитан понял это, как одобрение.

— Поехали? Будешь кидать в меня розами, а я… Розы! — вдруг вскричал он.

И, развернувшись, принялся лихорадочно шарить на заднем сидении машины, чем-то шурша.

— Вот! На! — заявил он, вытянув оттуда слегка помятый огромный букет алых роз. — Будет чем бросать в меня с балкона! — И виновато предложил: — Можешь целенаправленно попадать колючками мне в лицо! Заслужил! Совсем забыл про них!

— Как? Сразу же бросать? Вниз? Тебе? Да я сама ещё ими не на любовалась! — ворчливо проговорила девушка, которой — вот незадача, ни разу таких огромных букетов роз не дарили. — Как ты мог забыть о такой красоте? — вдохнула она их аромат. — От же ж вы, гражданин капитан Борисыч! Чем вы думаете?

— В основном — мозгой, конечно. Но в твоём присутствии она у меня в полном отсутствии! — виновато рассмеялся тот. — Да и как тут помнить? Ты же гораздо красивее их! — заявил он. И склонил голову: — Извини, моя царица! Ну, с тупил я в очередной раз! Купил ещё перед тем, как позвонил тебе, и оставил в машине — нечего Тимошенке в мои личные дела свой длинный нос совать! — заметил он, но тут же махнул рукой: — Хотя от него ничего не скроешь! Надеюсь, он, всё же, прикрыл меня от начальства, а то получит по первое число!

— Какой ты рассеянный, Борисыч! — вздохнула девушка. — Случайно в профессора не собираешься? Тебя примут!

Ей, правда, было жаль, что такая красота валялась в машине. Она бы сильно украсила этот счастливый день! Хотя… Что эти розы могли изменить?

— Выноват, товарыщь Ароныя Выкторовна! — голосом артиста Папанова заявил Владислав. — Обязуюся исправица! Прямо с обеда! — козырнул он, видя, что Арония уже улыбается. — Ну, что ты хочешь от солдафона! — склонил он перед ней повинную голову. — Наказывайте меня, моя царыца Джоконда… М-м-м, Джульетта Капулетти! Всё стерплю!

— Так! Вот вам мой наказ, гражданин товарищ капитан Монтекии Ромео Борисыч! — сурово сдвинула Арония брови — наподобие героини одной советской комедии: — Езжайте немедленно домой! И не звоните мне до самого обеда! — грозно сказала она, сдвинув брови и с трудом занося над его склонённой головой букет.

— О! Жестокая! Но я всё стерплю! — изобразив рыдание, воскликнул капитан, обнимая и целуя розы, а потом и саму «царыцу». — Каюся, исправлюся! — И заявил, влюблённо глядя на неё: — Но предупреждаю: если в обед не ответишь на мой звонок — мне хана! Прошу — не зависай больше в своём астрале, Дж…! В общем — бери телефон сразу!