Чтение онлайн

Чиновники, получающие награду от царя. Фрагмент гробницы Харемхета

Царь обязан был всячески заботиться об уровне жизни служащих государства. Если чиновник остро нуждается, он неизбежно начнет преследовать свой материальный интерес, тут же забывая о благе страны и управляемого народа. И тогда все государевы законы не будут стоить даже стебля папируса.

Большим грехом считалось преследование невинных. Смерти следует придавать лишь злостных преступников. Особое внимание следует уделять воспитанию молодежи. Защитники страны должны уметь владеть оружием и обучаться военной науке. Надо заботиться не только о живых, но и об умерших, сохраняя в целости и порядке кладбища (о гробокопателях и ворошителях могил сказано резко – «мерзостное дело»). Правитель обязан сохранять храмы, принося богам дары, подобающие их рангу и значению. Но и тут надо знать меру. Главное же, к чему должен стремиться справедливый государь, – внушать любовь и уважение подданных. Надо не разрушать, а созидать! Нет пользы и славы в разорении и разрушении созданного твоими предшественниками. Таких людей ждет позор и проклятие…

Развалины храмов и специальных помещений

Надо сказать, что в истории Египта, конечно же, были правители, чье правление было действительно благодетельным для страны. Таким царем был Аменемхет III, фараон XII династии, чье правление начинается с 1849 года до н. э. Уже его отец, Сенурсет III, управлял в течение 38 лет огромным царством, лежавшим на протяжении тысячи миль вдоль всей долины Нила. Он поднял производство сырья, создал прекрасно оборудованную колонию в Сарбут-Эль-Хадеме (хотя условия работы в «злое летнее время» были там очень и очень тяжкими), проявлял заботу о состоянии ирригационных систем, расширил систему орошения за счет Фаюмской долины. Страбон видел особые приспособления для урегулирования вод, которые наполняли озеро во время разлива Нила. Подсчеты ученых говорят, что с помощью этих вод можно было удвоить количество воды в реке вниз от Фаюма, в продолжение ста дней низкого стояния Нила, начиная с первого апреля. Эта богатая провинция, отвоеванная у озера, стала царской собственностью и любимым местом пребывания царей XII династии. Возник цветущий город, известный грекам под названием Крокодилополя, с храмом в честь бога-крокодила Себека. Тут же возвышался обелиск Сенусерта I и две колоссальные статуи Аменемхета III. Неподалеку, в лощине, т. е. на северной стороне водного канала, возвышалось огромное здание площадью 800 ґ 1000 футов, религиозно-административный центр Египта. В здании размещалось тогда правительство страны. Это было одно из самых ярких чудес Древнего Египта. Среди путешественников и историков греко-римского мира оно получило название Лабиринт.

Стела вельможи Сенбефа из Абидоса

Страбон описал постройку: «Удивительная вещь, что потолок каждой комнаты состоит из единого камня, а также, что проходы покрыты равным образом сплошными плитами необычайных размеров, причем ни дерево, ни другой строительный материал не употреблялись». В нынешнее время от этого великолепия не осталось и следа. В течение полувека Аменемхету III удавалось поддерживать мир и благоденствие. Народ пел о нем песни:

К сожалению, ревность и завистливость других фараонов, их желание создать себе славу на руинах былой славы предков (что часто встречается в истории) привели к тому, что многие строения фараонов XII династии или значительно пострадали, или попросту были снесены. Как отмечают Брестед и Тураев, вандализм XIX династии, в особенности в эпоху Рамсеса II, уничтожил бесценные летописи Среднего царства. Причина – безрассудное использование памятников в качестве строительного материала. Надежды Сенусерта I, заявлявшего: «О моей красоте будут помнить в этом доме, мое имя – вершина обелиска, и мое имя – озеро», не осуществились. Исчезли и храмы, и окружавший их город, и озеро.

Статуи Верховного жреца и полководца Рахотепа и Нофрет

О положении Египта в эпоху Среднего царства можно судить по так называемому Лейденскому папирусу или по папирусу из Эрмитажа. Любопытно «Обличение Ипувера». Описанные там события египтологи нарекли «социальной революцией». В 1919 году по поручению Государственного института искусств В. В. Струве прочитал доклад о социальной революции в Египте. Он считал, что крупный социальный переворот имел там место в конце Среднего царства (1750 г. до н. э.). Тогда же в Германии вышло в свет исследование Эрмана «Mahnworte eines agyptischen Propheten». Крупнейший немецкий египтолог рассматривал Лейденский папирус как свидетельство о восстании низов, случившееся в конце Старого царства. В труде Б. А. Тураева «Египетская литература» (его печатали в Москве фактически в те самые дни, когда стало известно о смерти великого ученого) было сказано: «Картина, описанная… (в Лейденском папирусе) напоминает нашу современность и, вероятно, отражает происшедший в Египте …после крушения Древнего царства или перед эпохой Хиксосов (гиксосов) грандиозный социальный переворот. Война не прекращается внутри и вне, в связи с этим развивается анархия и падает общественная безопасность, искусства и ремесла в упадке, социальный и политический порядок нарушен, даже к богам исчезает почтение (говорят «если бы я знал, где бог, я, пожалуй, принес бы ему жертвы»), не действуют магические заклинания. Всюду печаль; скорбит вся природа. Небезопасны и дворцы, и гробницы царей. Но сам царь виноват во всем, и это безбоязненно и в форме иронии говорит ему в глаза Ипувер». Можно говорить о том, что на мнения известных ученых повлияли грандиозные, роковые события, связанные с Октябрьской социалистической революцией. Однако даже без учета этих обстоятельств то, что происходило в Египте, действительно очень походило на «восстание масс».

Молитва под пальмой. Роспись гробницы Амоннахта в Фивах

Начало XIII династии было ознаменовано жестокими смутами. В стране обострились соперничество за власть и противоречия. Речи о созидательной работе не было. Прекратилось строительство каналов, дворцов, ирригационных сооружений. На Египет обрушивались все новые напасти. В тексте говорится: «Люди чужой страны будут пить из реки Египта… Страна будет разграблена… Возьмутся за оружие ужаса, в стране будут мятежи… Все хорошее улетит. Страна погибнет, как ей предопределено. Будет разрушено все находящееся (в ней). Страна пребудет в несчастии. Я сделаю нижнее верхним… Бедный будет собирать сокровища, вельможи сделаются ничтожными. Явится царь с юга (державы) – Амери имя его. Злоумыслители опустят свои лица из страха перед ним. Азиаты падут от меча его, ливийцы – перед его пламенем…, бунтовщики перед его силой. Правда снова займет подобающее ей место, а ложь будет изгнана. Будет радоваться этому всякий входящий, находящийся в свите царя…»

Рай египтян (в царстве Иалу). Оба супруга пашут, сеют и собирают урожай

Ипувер, обращаясь к царю, описывает происходящее. «Воистину: лица свирепы… то, что было предсказано, происходит. Лучшая земля оказалась в руках банд. Человек идет пахать со щитом… Грабители всюду. Раб тащит похищенное… Нил орошает, (но) никто не пашет… Люди говорят: «Мы не понимаем, что происходит в стране»… Женщины бесплодны, не беременеют. Не творит больше Хнум из-за состояния страны… И тот, который не мог изготовить себе и сандалий, стал теперь собственником богатств. Сердца людей жестоки, мор по всей стране, кровь повсюду. Многие мертвецы погребены в Ниле. Река (превратилась) в гробницу. Благородные – в горе, простолюдины – в радости. Каждый город говорит: «Будем бить сильных (т. е. знатных) среди нас». Люди подобны птицам, ищущим падаль. Грязь – во всей стране… Земля повернулась, подобно гончарному кругу. Разбойник стал владельцем богатств. Богач стал грабителем… Пустыней стала страна, номы разграблены, варвары извне пришли в Египет. Вскрыты архивы. Похищены податные декларации. Чиновники убиты. Взяты документы. Зерно Египта стало общим достоянием. Свитки законов судебной палаты выброшены на улицу. (По ним) ходят и их топчут… Бедные ломают печати на улицах… Бедные свободно выходят и входят в великие дворцы». Перед нами картина народной революции.

Египтянка, просящая милости у бога

Эти длинные, порой бессвязные речи напоминают обличения Давида пророком Нафаном. Тут описаны бедствия, постигшие Египет после крушения Древнего царства или перед эпохой гиксосов. Произошел грандиозный социальный переворот. Война внутри и извне не прекращается, растет анархия, призрачна безопасность, не действуют никакие заклинания. Всюду печаль и скорбь. Привести все в норму мог бы один бог Ра или его наместник на земле – премудрый царь. Только в его силах «искоренить зло» и навести порядок. Мудрец рисует идеалистическую картину, когда в стране водворятся мир и спокойствие. Все заняты производительным трудом, а не убийствами и грабежами, не забывают о своем долге и обязанностях, все веселы и довольны. Не вполне ясно, как автор представлял эти лучшие времена, ждал ли он их наступления на земле или на небе. Во всяком случае, Брестед назвал сей текст проявлением «социального идеализма, который у евреев мы называем мессианством». Тураев же разделяет точку зрения Гардинера, видя в идеальном царе бога Ра.

Дом знатного египетского вельможи – с садом и слугами

Но был ли тот благой бог, что готов вступиться за бедняка? Дошли молитвы к египетскому богу Амону эпохи Нового царства (Амону-Ра): «Большие взывают к тебе, Амон, и маленькие ищут тебя». Однако земные законы, словно в насмешку над правдой и справедливостью, нещадно попирались. Маленьким людям оставалось уповать на милость божью. Но тот не спешил прийти на помощь. С воцарением частной собственности в сознании людей образ злого божества персонифицировался в облике богача и крупного феодала-чиновника. Египтяне видели, как боги служат всем этим обманщикам, лжецам и ворам, а потому они, не стесняясь, награждали бога эпитетом «владыка лжи, князь обмана».

Вельможа Хеви у чаши для возлияния. Берлин. Египетский музей

Усилились скептические настроения и в религии. Не потому ли Гермес Трисмегист, пророчествуя, предсказал приход тяжких времен для богов. Боги не принесли счастья людям: «О, Египет, Египет! Одни только предания останутся о святости твоей, одни слова уцелеют на камнях твоих, свидетелях благочестия твоего… Наступят дни, когда будет казаться, что египтяне тщетно служили богам так усердно и ревностно и в религии, потому что боги уйдут на небо, и люди на земле погибнут. Ты плачешь, Асклепий? Но придут еще горше бедствия: сам Египет, некогда светлая земля, станет примером несчастия, впадет в отступничество. Земля, любимая богами за ее набожность, станет вертепом разврата, мир перестанет внушать им благоговение… Потоки крови осквернят твои божественные воды и зальют берега; число мертвых превысит число живых, а уцелевшие лишь по языку будут считаться египтянами, …превратившись в чужеземцев, подавая пример жестокости».

Смута могла возникнуть и в ходе борьбы за престолонаследие. У фараонов были сыновья, и иногда очень много сыновей. Между ними нередко возникала смертельная вражда (особенно если они от разных матерей). В основе соперничества лежали вопросы власти, материальные интересы. В «Царевиче, не помнящем зла» рассказывается, как молодого царя соперники отстранили от власти. Отец решил наследником сделать сына от наложницы. Пересказывать страдания и беды законного принца не будем. Финал же истории таков. После долгих злоключений на его сторону переходят армия и гвардия. Царевич врывается в покои самозванца и видит того, напуганного до смерти, «бледного от страха и потного, как женщина после сношения». В гневе он хочет заколоть мерзавца, но сдерживает свои эмоции и прекращает резню во дворце. Однако виновник не избежал заслуженного наказания. Предателя бросают в кишащую крокодилами реку. Победитель милостиво говорит внутренней оппозиции: «Вот – первая и последняя казнь среди приближенных моих, ибо не помню зла». И враги якобы восхваляли его. Эта замечательная история более походит на сказку.