Чтение онлайн

В Месопотамии: на сороковой день правления последнего царя захватчиков-гутиев, его войско было разбито армией "черноголовых" правителя Урука.

Сорок лет было Иевосфею, сыну Саулову, при воцарении. Угодные Богу цари Давид, Соломон, Аса и Иоас (Иоахаз) правили по сорок лет.

7. Правление.

"Если будет тяжба... и если виновный достоин будет побоев... сорок ударов можно дать ему, а не более". "Пусть грешника накажут сорока ударами плетью, и это освободит его от карэта".

8. Битвы.

Филистимлянин Голиаф вызывал на единоборство кого-либо из евреев сорок дней под-ряд. В Танахе размеры всевозможных воинств часто определены в 40 тысяч человек.

9. Похороны.

По египетским обычаям "столько дней (сорок) употребляется на бальзамирование". В христианской ритуальной традиции принято поминовение усопших в продолжение трёх, девяти (три по три) и сорока дней (сорокоуст). Погребальные (хтонические) обычаи, упомянутые в Ветхом Завете (Танахе), соотнесены преимущественно с продолжительностью траурного периода в семь (Быт. 50.10) и тридцать дней (Числа 20.20; Втор. 34.9), что, возможно, обусловлено представлением о двух душах (у христиан, как и у евреев, тоже иногда дают человеку два имени): одна из них, "растительная", через семь дней после смерти человека у ходит в землю (в Шеол), а другая "небесная" - "дух божий", через тридцать дней восходит на Небо (возвращается к Богу).

В Древнем мире повсеместно бытовало представление о том, что всё связанное с мертвецом или захоронением (хтоническим миром) - ритуально нечисто и посему опасно, и, видимо, поэтому у евреев во время еды нельзя дотрагиваться до волос. После же стрижки или мытья головы следует обязательно вымыть (очистить водой) руки (57.). Выше означенные обычаи указывают на представление о перманентной ритуальной нечистоте волос, на их "хтоничость" (у евреев, по-видимому, сохранились рудименты представления о связи Инанны/Иштар с захоронениями). Как известно, у многих народов волосы вырывались мужчинами в знак траура, как погребальное жертвоприношение. Женщины (и плакальщицы) же во время похорон обычно распускали волосы. Существует мнение (57,), что распущенные длинные волосы женщин символизировали струи дождя (у плакальщиц - слёзы), т.е. соотносились с Великой богиней.

Воспользуемся сакральным содержанием, связываемым с символикой (определёнными знаками), со стереотипно (традиционно) выражаемым ею понятиям и представлениям. Попытаемся "прочесть" одну шумерскую фреску сер. III тыс. до н.э. (31.), на которой показана сцена жертвоприношения некоему божеству, но где участники этого сакрального действа не идентифицированы.

Итак, головной убор бога-жертвополучателя, показанный в виде узкого серпа на плоском, расположенном в горизонтальной плоскости диске (возродившаяся Луна - на небосводе, в новолуние), однозначно указывает, что жертвополучатель - бог Луны Наннар. Очевидно, что жертвоприношение происходит (судя по длинной волнистой полосе вверху фрески (высокая, небесная вода), а также и другим сакральным знакам (в частности, у основания фрески четыре светлых (незакрашенных) квадрата (явно не возделанная земля). Характерно, что в "платформе" (в основании) фрески эти четыре светлых квадрата слиты в единый орнамент с пятью тёмными квадратами (хтоническая символика, уазывающая на то, что речь идёт о преисподней, куда периодически уходит Луна - амбиполярное божество: он и в небе, и в преисподней (в Куре), а посему квадраты слиты в единый орнамент), и в сумме составляют число девять (как три по три), что подтвержает то, что действо, изображённое на фреске, происходит на небосводе. На фреске представлено три персонажа. Одеяние двух из них (стоят лицом к сидящему перед ними шум. богу Луны Наннару) - восьмирядное (носит астральную окраску (соотносится с планетой Венера)). Бог Луны также одет в однотонную, светлую (небесную) одежду и сидит на трёхъярусном (три ступени) престоле (видимо, на третьем небе), сделанном из светлых и тёмных овальных колец (дневной и ночной небосвод), уложенных в десять (хтонических, ибо бог Луны периодически "умирает") рядов, перед светлым (небесным) алтарём, на котором стоит ваза с тремя изогнутыми "лучами" (света). Две другие вазы поставлены у алтаря. Возлияние, совершаемое одним из богов (мужчиной), растекается в три струи (на невысокий алтарь и в две напольные вазы). Второе божество (без бороды, с длинными волосами, - женщина, стоящая позади бога-мужчины) с поднятием рук возносит моление Наннару. Её шея украшена пятью светлыми кольцами (очевидно, что это - дочь Наннара богиня Неба Инанна (здесь Инанна в Небе, однако на её шею надето пять колец (т.е. и она периодически умипает, подобно планете Венера, соотносимой со всеми богинями Неба)), на каждой её руке - по три светлых кольца-браслета (она - богиня Неба). Головной убор небесного бога-мужчины, совершающего возлияние, изображен без рогов ("сияния"), в виде половины "солнечного" диска (поскольку лунный серп - у Наннара). Следовательно, это - бог Солнца Уту, сын Наннара (пантеон Ниппура), участие которого в представленной на фреске сцене жертвоприношения происходит в русле культа предков, - непременного участия сына в обряде отправлении культа почившего отца (здесь в новолуние), и происходит на небесах (а не на земле или в преисподней, куда и Солнце-Уту спускается каждую ночь как биполярное божество).

Подобный же концептуальный сакральный подход иллюстрируются изображением Уту (Шемеша) на рельефе стелы Законов Хаммурапи, где Шемеш, как бог правосудия, вручает царю Вавилонии Кодекс земных законов (отметим, что супруга Шемеша богиня Айя родила праведность - "Китту", а также законность (правосудие) и справедливость - "Мишару"). Характерно, что на рельефе данной стелы показано, что на шапку-колпак солярного бога нанизано четыре кольца, на его груди висит (кольцами) тройное ожерелье (т.е. Уту/Шамаш - божество, генетически связанное с Небом). Однако одет бог (как биполярное божество) в пятирядное (хтоническое) одеяние (юбку) и сидит на сидении, составленном из пяти вложенных друг в друга прямоугольников (символика глубин преисподней бога-отца). Нередко подобное сидение изнутри украшалось и десятью (в горизонтальный ряд) "шарами" (фреска из (51.с227), т.е. Уту и в преисподней - небесное божество). Подставка же для ног Уту/Шемеша состоит из трёх горизонтальных рядов длинных круглых "валиков" (на каком бы небе ни находился Уту/Шемеш, он везде - астральное божество). Символика стелы также свидетельствует и о том, что бог Солнца обычно пребывает (располагается) на третьей, верхней, небесной сфере.

Следовательно, содержание графемы "Сцена жертвоприношения Наннару" может быть "прочитано" так: в небесной обители (доме) бога Луны (на третьем Небе) бог Солнца Уту и его сестра, богиня Неба Инанна, в знак почтения к своему отцу (в русле культа предков), каждое новолуние возносят ему ритуальную молитву и совершают жертвенное возлияние на семейном (домашнем) алтаре Наннара (т.е. у "черноголовых" (и нетолько у них) подобный обычай - регулярный ритуал). Судя по мифологии сюжета этой фрески (31.), она сработана в эпоху империи III династии Ура.

В "Сцене жертвоприношения Наннару" (примерно сер. III тыс. до н.э.), в изображении "платформы" (основания) фрески, слиты в едином контексте 4 светлых (незакрашенных) квадрата орнамента с 5 тёмными (закрашенными), которые соотносят этот контекст не только с небосводом (где в небесном жилище Наннара и совершается возлияние), но и с миром преисподней", а их сумма - число 9 (как 3 и 3), связывает всю совокупность квадратов с небосводом (наделяет астральными свойствами (в частности, присущими Луне)).

Так (57.; Рис.156-1), орнамент сосуда эгейской культуры (III тыс. до н.э) состоит из замкнутого круга больших, соединённых противоположными углами (т.е. повёрнутых на 45 град.), квадратов на шарообразном тулове, широкой линии между туловом и шейкой сосуда (короткий цилиндр), а над этой полосой, на самом верху шейки, помещён круг из неболь-ших треугольников (их высота равна ширине полосы), не соединённых между собой (остры-ми углами вниз). Примечательно, что каждый из квадратов покрыт сеткой прямоугольников (в количестве 9 на 12 шт. (символика астральная)). Поскольку, как представляется, круг из треугольников символизирует беспредельное (бесконечных габаритов) чрево-небо Великой матери, то широкая полоса с примыкающими к ней (вероятно, через один) квадратами сим-волизирует всю землю, возделанную (вскопанную или вспаханную) по воле и при содейст-вии бога-отца (куда богиня-мать ниспошлёт с небес порождённую ею разнообразную расти-тельность в виде зародышей).

На сосуде (VI-V тыс. до н.э.) же из Малой Азии (57.; Рис.154-2), на широкой круговой полосе в верхней части его тулова, расположены подобные описанным выше, но не соеди-нённые между собой и без сетки, квадраты (подчеркнём, что это - не ромбы, поскольку они (и широкая полоса под ними) символизируют землю и возделанные участки (небосвод же изображён (символически) на шейке сосуда)), внутри каждого из которых показано по 4 точки (расположенных тоже скошенным квадратом, видимо, посев), - зародыши растительности, уже ниспосланной (опущенной) с небес на землю Великой матерью.

В орнаменте эпохи неолита (57.; Рис.163-5, Франция), часть которого сохранилась, предположительно, на керамическом черепке (почти три горизонтальных ряда небольших квадратов), содержатся (в каждом из рядов) по 4 светлых (незакрашенных) квадрата и сто-лько же (по 4) квадратов, покрытых изнутри сеткой прямых линий (квадраты чередуются), которые образуют в каждом из рядов по два квадрата, содержащих (расположенных нутри) по 3х3 (2 шт.) и по 4х4 (2 шт.) маленьких квадратика. В свете сакральной символики все эти 8 квадратов ряда соотносятся исключительно с небосводом, т.е. как представляется, изобра-жены как "возделанные" (сакрально подготовленные) и "засеянные" (с сеткой квадртиков либо с рядами из точек (будущих всходов (зародышей) растительности, выбранной по усмотрению Великой матери)), так и невозделанные ("белые"), но, вероятно, сакрально подготовленные богом-отцом "участи земли" небосвода (квадратные - т.е. относящиеся к культу бога-отца). Поскольку, как представляется, возделывали и засевали землю ещё исключительно женщины (см. ниже) и в IV/V тыс. до н.э. (наиболее поздняя датировка рассмотренных графем, то, следовательно, и участки "земли" небосвода сакрально "обрабатывала и засевала" (в том числе и окультуренными растениями) Великая богиня. "Земля" небосвода (Неба) была, по всей вероятности, в ведении Великой богини, поскольку земля (и её недра) на Земле принадлежали богу-отцу. Так, Великая богиня Аматэрасу "разбила величественные рисовые поля на Небесных полях... риса" ("Нихонги", I, 40-45).

Эмблема подобного же свойства (Рис.8, Р. Генон "Символы священной науки") найдена и много позднее - в Шиноне. Здесь в "белом" квадрате проведено четыре диагонали, разде-лившие квадрат на восемь равных треугольников, т.е. демонстрируется, что "земля" небо-свода разделена Великой богиней на порождающие зоны.

Как известно, древние египтяне находили в небесах истоки (прототипы) всего того, что существует на земле (таковой была их вера). Страна, в которой они жили, являлась лишь отражением, неким подобием Небесного Египта. В небе текли и великие реки - Небесный Нил (Большой гимн Атону), Ганга (заметим, что у египтян был ещё один Нил, "который идёт из преисподней, - для Египта", небесный же Нил - "для чужеземцев и всех дикихживотных, ходящих на ногах"). У шумеров институт "царской власти" возник на небесах, и лишь потом был "опущен" на Землю. Во время потопа Энлиля ануннаки поднимаются на небо и пережидают у стен города богов-игигов (Эпос о Гильгамеше, XI). В Упанишаде говорится: "То, что существует здесь, существует и там, то, что там, имеется и здесь". В частности, в небесном граде Асгарде, посреди необъятной поляны, стоял "Дворец павших", окружённый рощей и тремя многоводными реками. "Амаравати", град бога Индры находился на "сварге", - одном (вероятно, верхнем) из трёх небесных миров. Уместно отметить и рассказы североамериканских индейцев о том, "как земные люди ходили в гости к небесным" (М.И. Шахнович. 1971). Подобная же вера существовала и у австралийского племени "аранда" (отправлялись на охоту на небо, поднимаясь туда по высокой горе).