Чтение онлайн

"Конечно! А чего же нормальному парню в нашем вкусе быть? Вот козёл горный за нашей спиной - вот это то самое! То, что заказывали!"

Ведущий объявляет условия конкурса. Шутливо напоминает, что детей отправили в детскую комнату, так что у нас конкурс 18+. Самый соблазнительный танец получает победу.

"Давай свалим, а? Пока делов не натворили..."

Первая пара приступает к танцу, а все остальные пока сходят со сцены и в сторону отходят. Я случайно кого-то бедром задеваю.

— Простите...
– Поворачиваюсь и Гордеева вижу. Я думала это ветерок подул, а нет, мои волосы развиваются от его яростного дыхания. Прямо как носорог дышит. Ещё немного и пар из ушей повалит. Так переживает, что соблазнительного танца не выйдет? Ну да, Фрося, как бревно двигается.

— Не помню, чтобы я тебе разрешал от работы отлучаться, Таисия.
– Рычит так, что я зубы стискиваю сильнее.

— Артём Юрьевич, побойтесь Бога, ну какая работа в воскресенье. Папочки я охраняла. Но после начались дополнительные часы, а вы, помнится, оплачивать их отказались. Так что я решила потанцевать.

"С-с-с-сука"

Нет, он это не произносит. В его глазах всё прочитать можно.

— Не буди во мне зверя, Таисия.
– Рявкает. Ух какой грозный.

— Пускай ваш тушканчик спокойно отдыхает, — губы в улыбке растягиваю, — и, кстати, Артём Юрьевич, очень хочу посмотреть на то, как вы двигаетесь.

Гордеев щурится, хочет мне что-то в ответ сказать. А я жду. Наши словесные перепалки стали моим любимым хобби. Но тут я вижу красные ноготки на его пиджаке, а после появляется сама Фрося.

— Я так волнуюсь, но уверена, что мы оттожем по полной программе.

Резко разворачиваюсь, надеюсь, что волосами задела сучку. Наклоняюсь к Борису, опираясь на его плечо, как будто обсуждаю что-то важное. Гордеев же клацает недовольно зубами за моей спиной.

Следующий выход наш. Музыка начинается, и я выкладываюсь по полной. Танцую как боженька. Борис подхватывает мой темп, не теряет возможности меня сжать за талию. Притянуть к себе. Осознаю ли я сейчас, что провоцирую планомерно Гордеева? Вряд ли. У меня от ревности шторы на глаза упали. Я мало себе отчёт отдаю. Но в голове только одно - хочу, чтобы он смотрел. Чтобы он закипал ещё сильнее.

Каждое прикосновение Бориса, каждый мой смешок, каждый поворот бёдрами... Борис меня раскручивает, я успеваю выхватить в толпе взгляд Гордеева. И судя по тому, как темнеют его глаза, я добиваюсь нужного эффекта.

Когда Борис слегка прижимает меня к себе, я слышу, как что-то со свистом взрывается.

"Это терпение Гордеева, зуб даю!"

Танец заканчивается.

— Борис, спасибо за танец, — благодарю парня. Волосы назад откидываю. Даже дыхание восстановить не успеваю как тут... Гордеев хватает меня за запястье, дёргает на себя с такой силой, что я еле равновесие удерживаю.

— Пошли.
– Рявкает так, что на коже морозные мурашки появляются.

Гордеев тащит меня за руку, а я едва успеваю переставлять ноги, чтобы не споткнуться и не упасть.

— Артём Юрьевич, я, конечно, понимаю, что вы привыкли командовать, но что это за методы?!

Ноль реакции. Мужику плевать на мои возмущения. Тащит меня целенаправленно прямо в сторону какого-то бокового коридора.

"Ну всё, убьёт"

Я дёргаюсь, чтобы вырваться, но куда там. Его хватка железная.

— Эй! Артём Юрьевич! — повышаю голос. — Это похищением в народе называется!

— Заткнись, Таисия, — рычит, даже не оглядываясь.

— А может, я вообще не хочу затыкаться?! — бросаю ему в спину.

Гордеев резко открывает дверь, заталкивает меня внутрь и захлопывает её за собой. Хочу что-то остроумное ляпнуть. Но его взгляд заставляет меня замереть. Тёмный, злой, такой, от которого внутри всё сжимается. Мурашки по коже бегут паровозиком.

— Сумасшедшая сука, — чеканит зло, делая шаг ко мне.

— Эй! Выражения выбирайте, Артём Юрьевич!

— Нужно было трахнуть тебя ещё в гостинице, — выпаливает холодно, и на секунду я теряю дар речи.

"Ох ты ж ёлки-палки..."

— Между прочим... — начинаю, но договорить не успеваю.

— Заткнись.

Он приближается. Его губы накрывают мои, резкие, жёсткие. Ногтями в его плечи впиваюсь. Оттолкнуть хочу. Но где там. Лось такой огромный. Его фиг с места сдвинешь. Его пальцы мою талию сжимают. Грубо притягивают к себе. Я чувствую, как он сжимает мои бёдра, почти до боли.

— Ты за это ответишь...
– Шиплю, когда он даёт мне возможность глотнуть кислорода.

— Захлопнись, Таисия, — его голос хриплый, низкий.

Я не успеваю ничего сказать, потому что он толкает меня к стене, задирает мою юбку, та по швам трещит... Пальцы скользят по моим ногам.

— Я предупреждал не доводить, Таисия, пеняй на себя. Выебу так, что все слова забудешь.

— Тебе нужно ознакомиться со словом "кастрация", потому что...
– Закончить я не успеваю. Весь мой гневный монолог тонет в его горле. Потому что Гордеев сжимает пальцами мой подбородок. Фиксирует. И целует! Гадёныш! Пользуется тем, чего у меня в меньшинстве - своей силой!

Я же пытаюсь не допустить этой катастрофы. Царапаюсь. Сопротивляюсь. Пинаюсь. Но его язык нагло проникает в мой рот.

"Пиздеть нужно было меньше и рот закрывать! Вот он между твоими речами и вписался!"

Конечно, я пытаюсь его вытолкать из моего рта. Но что-то идёт не так. Вместо ярого сопротивления я лишь всё ухудшаю. Наши языки сплетаются. Внутренний голос заглушают звуки взрывающихся салютиков у меня в животе. И не только его. Работу мозга тоже нарушают. Иначе как объяснить то, что вместо того, чтобы рожу ему расцарапывать, я разрешаю себя целовать. Нет. Всё даже хуже. Потому что я целую в ответ! У меня всё притупилось! Понимание и ощущение того, что он в наглую мою задницу тискает, приходят с опозданием. Только когда кожа вспыхивает. Как будто на ней с десяток стейков в этот момент жарят.

— Не смей! — Шиплю, когда Гордеев наконец-то мне воздуха вдохнуть разрешает. Я тут же на него с угрозами накидываюсь. Ну а как иначе?! Не позволять же ему всё вот это!

Озвучить успеваю лишь парочку угроз. Про кастрацию. Про то, что дальше придётся пойти в монахи и всем рассказывать басни про то, что раньше он членом деревья рубил, а теперь...

Воздух из лёгких вылетает, когда он меня к столу толкает. Животом впечатываюсь. Распластываюсь на нём от неожиданности. Встать даже не могу сразу, потому что стол хлюпенький. Шатается во все стороны.

Моя бедная юбка гармошкой собирается на талии. Только вдох успеваю сделать, как тут же Гордеева чувствую. Он сзади подходит. Сжимает мои ягодицы. На себя меня дёргает так, чтобы я прочувствовала, насколько у него твёрдый стояк.

"Ох..." - Только от внутреннего голоса слышу. Ничего не могу поделать с реакцией моего тела. У меня на этого ублюдка какой-то личный радар настроен. Я моментально влажной становлюсь. Тело горит. Воздуха не хватает.

Пока я баланс кислорода пытаюсь восстановить, Гордеев там вовсю охреневает позади меня! Бряцанье пряжки ремня меня очень сильно отрезвляет. Я только рот открываю, чтобы возмутиться, как Гордеев меня от стола отрывает. Вот я спиной снова в стену вжимаюсь. Он в меня. Одно движение. Резкий рывок. И пуговицы от моей рубашки уже скачут по полу как ненормальные.