Друг отца. Под запретом
Шрифт:
Его пальцы продолжают скользить вдоль моего позвоночника, вызывая волну мурашек.
— Если именно это ты собираешь сказать отцу, то всё закончится не в самом позитивном ключе. Может...
Секунда. Господи. Всего секунда и я уже под ним оказываюсь. Артём меня под себя подминает. Обнимаю ногами его за спину. Его возбуждённый член скользит по моим складочкам. Головкой упирается в клитор. Запрокидываю голову назад, и громкий стон из горла вылетает.
— Я сам разберусь с этим вопросом, Таисия, — на ухо мне хрипит, — или я похож на пацана, который будет в кустах прятаться?
— Нет, но живой ты мне нравишься намного больше.
— Это ты мне сейчас тонко намекнула, что совсем в меня не веришь?
Он входит в меня одним резким толчком, я губу закусываю, но это не помогает сдержать новый стон.
— Я верю. Очень верю.
Руками его за шею обхватываю. К себе притягиваю.
"Ну вот что за дурная девка? Любая другая бы от счастья прыгала, что мужик сразу заявляет, что хочет серьёзных отношений, а ты... "
А я боюсь того, какими методами папуля вопросы свои решает. Гордеев-то привык обсуждать проблемы. Нужно сделать так, чтобы они где-то в людном месте это обговаривали. Потому что дома у папули в сейфе пистолет есть. Дома точно нельзя.
Глава 17
На часах семь утра. Через двадцать минут мне нужно идти в душ, а потом бежать на пары в университет. И что я делаю вместо того, чтобы провести эти драгоценные двадцать минут, ритмично посапывая и досматривая свой сон? Я лежу на боку, тихо, стараясь почти не дышать, и рассматриваю Гордеева. Он дышит ровно, грудь ритмично поднимается и опускается. Волосы слегка растрёпаны, а челюсть, обычно напряжённая, расслаблена. Я говорила, что он ужасно милый, когда спит?
"Зубами к стенке?" - саркастически шипит внутренний голос. Я мысленно отмахиваюсь от него. И продолжаю разглядывать лицо Артёма, запоминая каждую черту.
Внутри разливается что-то настолько тёплое и нежное, что я даже боюсь пошевелиться, чтобы не спугнуть это ощущение. Я не анализирую, что именно это такое. Потому что... Потому что слишком сложно. Слишком страшно. Я трусливо выбираю жить здесь и сейчас. Никогда трусихой не была, а сейчас... Так страшно, что всё это может рухнуть.
Прикусываю губу и осторожно засовываю руку под подушку, нащупывая телефон. Хочу сделать фото. Поставлю на звонок. Мысленно хихикаю, стоит только представить реакцию Гордеева, когда он это увидит.
"Опять будет бубнить и глаза закатывать"
Ага, именно так.
Тихонько нажимаю кнопку, и телефон издаёт почти неслышный щелчок. И в следующую же секунду меня ловят на месте преступления.
— И кто это здесь нарушает закон? — раздаётся хриплый голос Артёма.
"Нас спалили"
Гордеев открывает глаза, и его взгляд тут же находит меня. Я же обворожительно улыбаюсь в ответ.
— Ану быстро сюда, нарушительница.
Я даже взвизгнуть не успеваю, как он меня под себя подминает.
— Эй-эй! — протестую, когда он самым наглым образом меня тискать начинает. — Утренний секс ещё нужно заслужить, — капризно произношу в ответ.
— У тебя отработка штрафа за нарушение, — произносит хриплым голосом, и его губы касаются моей шеи.
— А если я не хочу?
— А я спрашивал? — усмехается засранец, и его руки начинают скользить вниз, заставляя моё тело предательски сдаться. Кожа вспыхивает под его умелыми пальцами, а внизу живота всё сводит приятной судорогой.
— Гордеев, мне через пятнадцать минут нужно идти в душ и...
— Успеешь, — рычит и тут же с меня трусики стягивает. Его дыхание обжигает мою шею, заставляя мурашки пробежать по всему телу.
Я даже не успеваю осознать, что происходит, как он одной рукой мягко, но настойчиво переворачивает меня на живот.
— Эй, что ты делаешь? — выдыхаю, чувствуя, как его горячие ладони скользят по моей спине, заставляя выгнуться.
— Доверься, — хрипит.
Его руки ложатся на мои бёдра, слегка приподнимая их. Я невольно подаюсь вперёд, чувствуя, как вспыхивает кожа под его прикосновениями.
— Гордеев...
— Тихо, — шепчет, касаясь губами моего плеча.
Его пальцы сжимают мои ягодицы, слегка раздвигая их. Воздух вокруг кажется раскалённым, и внизу живота всё сжимается от предвкушения.
Скользит губами по моей спине, оставляя горячий след.
— Артём... — выдыхаю, когда он пальцем скользит между моих половинок. После надавливает на клитор и из горла вырывается тихий стон.
— Мне нравится, когда ты хрипишь моё имя, — на ухо рычит и заполняет меня одним резким толчком.
Я резко вдыхаю, впиваясь пальцами в простыни. Он заполняет меня полностью. Его движения медленные, размеренные, но с каждым толчком я теряю контроль.
Гордеев двигается всё быстрее, глубже, заставляя моё тело полностью подчиниться его ритму. Я могу только стонать.
Его ладони обхватывают мои бёдра, он притягивает меня ближе, чтобы каждый его толчок был ещё сильнее.
— Гордеев, — хриплю я, когда жар внутри становится невыносимым.
— Имя, Таисия, — хрипит, прикусывая мочку моего уха.
Я выкрикиваю его имя, когда оргазм накрывает меня с головой, лишая сил. Всё тело дрожит, мышцы пульсируют вокруг него.
Гордеев делает ещё несколько резких движений, прежде чем я слышу его хриплый стон.
Несколько мгновений никто из нас не шевелится, пытаясь восстановить дыхание. Его губы касаются моего плеча, а руки мягко гладят мои бёдра.
— Теперь можешь идти в душ, — усмехается этот засранец, слегка сжав мою талию.
— Когда-нибудь я тебя убью, — фыркаю в ответ.
***
Выхожу из универа, смотрю на экран телефона и громко вздыхаю. От Егора пять пропущенных. Да что он сегодня такой неугомонный?
Отхожу в сторону, собираюсь перезвонить Егору. Может, случилось что, а я его здесь вовсю игнорю.
"Ага, случилось. Это несчастье придумало новый план по твоему завоеванию".
Автомат с кофе привлекает моё внимание. И я переношу звонок Егорке на попозже. А сейчас.... выпью вкусный горячий шоколад. Всё равно Ирку ждать минут двадцать. Она пошла вымаливать тройку за свой реферат, а после мы собирались пойти пообедать. Гордеев сегодня разрешил мне прийти на работу попозже.