Чтение онлайн

— Готова? — спрашивает он, зарываясь пальцами в мои волосы.

Я просто киваю. А потом он входит. Сразу глубоко, заполняя до последнего сантиметра. Я теряю голову. Задыхаюсь. Внутренний голос тут же вопит:

"Вот он, наш главный тренажёр!"

Я сжимаю его плечи, ногтями впиваюсь в кожу, но мне уже плевать. Потому что он начинает двигаться. Медленно. Осторожно. Но с каждым новым толчком глубже, жёстче.

Я выгибаюсь, спина прижимается к холодной поверхности стола. Я слышу, как падают документы, что-то ещё с глухим стуком падает на пол. Но мне уже плевать. Потому что Артём заставляет меня сходить с ума. Его движения сбиваются, становятся быстрее.

— Идеальная… — его голос срывается.

Я чувствую, как внутри всё сжимается, как нарастает напряжение. Я близко. Он тоже.

— Ещё… — выдыхаю.

Гордеев не останавливается. Ещё толчок. Ещё. Я срываюсь. Волна накрывает меня с головой, дыхание сбивается. Я сжимаю его крепче. Гордеев тут же достигает предела. Его тело напрягается, он хрипит мне в шею. По ногам стекает горячая сперма.

Мы остаёмся так, вцепившись друг в друга, тяжело дыша. Я чувствую, как бешено колотится его сердце. Как пальцы сжимают мои бёдра. Как его дыхание горячей волной накатывает на мою кожу.

Мы медленно приходим в себя.

****

Пот стекает по виску, мышцы приятно ноют, а сердце гулко колотится в груди. Я смахиваю капли пота со лба, делаю глубокий вдох, пытаясь замедлить дыхание.

— Вот это уже другое дело, — голос Марьи Ивановны звучит одобрительно. — Если продолжишь в том же духе, то сделаешь всех на соревнованиях.

Выпрямляюсь, оглядываю тренера, и, несмотря на усталость, улыбаюсь.

— Значит, заявляем тебя? — она вопросительно приподнимает бровь.

Я киваю, делая большой глоток воды. Ловлю полотенце и протираю шею.

— Да, соревнования я точно не пропущу.

Марья Ивановна довольно кивает.

— Молодец. Всё, дуй в душ и отдыхай. Сегодня хорошая работа.

Я морщусь, но молча плетусь в раздевалку. Тело приятно расслаблено, но внутри всё ещё какой-то нервный осадок. Может, усталость. А может что-то ещё. Но ненадолго. Лечу в офис Гордеева. Я предупреждала, что опоздаю, но уже опаздываю и на то время, что обещала опоздать.

Быстро залетаю в уборную. Сбрасываю спортивную кофту, переодеваюсь в рубашку, ловлю своё отражение в зеркале. Вроде всё норм. Убираю волосы в хвост, хватаю папку с документами и выхожу.

Перевожу дыхание, и тут же замечаю его. Мужчина. Сидит в приёмной, спокойно пьёт кофе, но… что-то в нём настораживает.

"Может то, что кофе мы ему не делали? И он, между прочим, нашу чашечку взял! Что за наглость?"

Я машинально замедляю шаг, осматриваю мужчину внимательнее. Лет пятьдесят, дорогой костюм. Лицо жёсткое, глаза… холодные. Нет, не просто холодные. В них есть что-то ещё. Что-то, отчего по коже пробегает неприятный холодок. Я сглатываю. И мне это не нравится.

Мужчина смотрит прямо на меня, будто оценивает. Я чувствую его взгляд на себе, и от этого становится не по себе.

"Наглый какой-то, может сказать ему, что мы уже Гордеевым заняты. А чего он пялится?"

— Добрый день, вам назначена встреча? — произношу с улыбкой, но внутри что-то неприятно сворачивается в тугой узел.

— Нет, но Артём Юрьевич меня примет.

Я вопросительно бровь приподнимаю. Это он с чего вдруг такой уверенный то? К Гордееву очередь на месяцы расписана.

"Может он просто кофейку выпить зашёл? Нужно будет чашку после него продезинфицировать"

— Простите, но у Артёма Юрьевича расписана каждая секунда. Приём только по записи. Могу посмотреть, когда у него ближайшая свободная дата, но это будет точно нескоро.

— Это особый случай, — он слегка улыбается, делает глоток кофе и кивает в сторону двери кабинета. — Сообщите Гордееву, что Жданов здесь.

Сканирую его взглядом. Он мне и до этого не нравился, сейчас и подавно.

— Имя-отчество?

Он не отвечает сразу.

— Фамилии достаточно.

— Послушайте...

— Просто скажите ему, что Жданов хочет поговорить.

Я сжимаю пальцы в кулак, раздумываю секунду, но всё же стучу в дверь кабинета и заглядываю внутрь.

— Артём Юрьевич, к вам мужчина… говорит, что вы его примете. Его фамилия Жданов.

Гордеев отрывается от документов, поднимает на меня взгляд. И вот тут я реально напрягаюсь. Потому что я этот взгляд знаю. Цепкий. Злой. Лицо напрягается, осанка становится жёстче.

— Пусть заходит.

Я моргаю. Открываю рот. Закрываю. Гордеев не принимает никого вне очереди.

— У тебя клиент через двадцать минут…

— Перенеси всех клиентов на завтра. Извинись.

Я замираю.

— Всех?

— Всех, Тая.

В воздухе резко нарастает напряжение. Я чувствую, что что-то не так. Но не понимаю, что именно. Кто этот мужчина?

— Хорошо… - Я молча киваю и жестом показываю мужчине, что он может пройти.

Он медленно поднимается, отставляет чашку с кофе, бросает на меня очередной взгляд — изучающий, цепкий и скрывается за дверью.

Как только дверь закрывается, я медленно выдыхаю. Почему он так меня разглядывал?

Проходит больше часа. Я уже успеваю ответить на письма, поковыряться в документах. Прохожу несколько вариантов экзаменационных тестов. Отец ещё не знает, но Артём пообещал мне, что сможет договориться о сдаче экзаменов до нового года. Чтобы я смогла уже на второй семестр перевестись и не ждать лета. Но для этого мне нужно хорошо подготовиться. Потому что Гордеев договорится только о самом экзамене. Всё остальное я должна сама. И я очень активно готовлюсь. И в больнице тем же занималась.

Я бросаю взгляд на часы. Уже девять вечера. Рабочий день давно должен был закончиться. Но этот мужчина всё ещё в кабинете.

Проходит ещё пятнадцать минут. Я уже дважды проверила, все ли письма отправила, убрала свой стол, даже переложила документы Артёма так, чтобы он ничего не потерял, но этот мужчина всё ещё там.

Я нервно постукиваю ногтями по столу и бросаю взгляд на дверь кабинета Гордеева. Час. Полтора. Почти два. Кто, чёрт возьми, этот Жданов и о чём они так долго говорят? Меня раздражает не то, что рабочий день уже давно закончился, но и то, как себя вёл этот тип.