Чтение онлайн

Суверенитет Дагестана? А мы решили что ли, что такое Дагестан? А не поползет ли, как нитка с распустившейся вязки, суверенитет ниже структуры Дагестана? Давайте прежде всего внутренние вопросы решим. Давайте поймем, что наряду с суверенитетом, государство, на мой взгляд, обязано принимать и Закон о единстве и неделимости своей территории. Давайте решим: идти ли на суверенитеты -- по сути -- районов Дагестана, с неизбежными тогда, на мой взгляд, муками территориального раздела.

Я считаю, что такую единицу государственности как Дагестан, необходимо сохранить. Быть может, пойти на федеративный, кантональный принцип строения, но сохранить... Я бы хотел, чтобы Дагестан поднялся над межнациональной рознью, межплеменным соперничеством, над племенным мышлением, подразумевающим привилегии людям своего племени. Если этого можно добиваться только разделившись на кантоны, давайте делиться. Вообще, должен быть продуман тот идеальный образ Дагестана, к которому следует стремиться в течение ближайшей пары десятков лет. Надо на чем-то сойтись -- без этого общего взгляда на будущее разговоры о суверенитете бессмысленны, прежде всего надо решить наши внутренние проблемы, которые никто за нас не решит, не собирается решать и не мешает решать нам.

Почему сначала надо решить внутренние проблемы? А потому, что нерешенность внутренних проблем -- с суверенитетом Дагестана перейдет в неразрешимость их -- на ближайшие годы.

Ведь в условиях нестабильности общества и человек не- свободен. А необходимым условием стабильной демократии, на мой взгляд, является превышение обществом некоей критической величины.

На мой взгляд, суверенитет сел неизбежно обернется воцарением в них стабильного режима уголовной диктатуры. Это внутренняя опасность для малых сообществ.

Внешнюю можно было бы назвать "кувейтом": провинция, становясь самостоятельным государством, оказывается легкой добычей соседей.

СТОЯТЬ НА ИСТИНЕ, НЕ УСТУПАТЬ ПРЕДРАССУДКАМ НАРОДОВ

"Другое небо", No2, 1992 г.

Сегодня, в связи с событиями в Грузии, текст моего выступления в Хасавюрте обретает смысл сбывшегося предсказания.

Два года назад Гамсахурдиа еще не был даже депутатом Верховного Совета. Как рвались на встречу с ним претенденты в вожди аварского народа. Как отговаривали меня от резкой оценки Гамсахурдиа работники Совмина Дагестана: "За него 90% населения, он станет президентом..."

– - Как станет, так и перестанет, -- отвечал я. Как уговаривали и убеждали меня смягчить позицию ученые филиала АН подлаживавшиеся к тогдашнему "сильному человеку" Грузии из-за боязни разорвать научные связи. Какие громы призывала сессия Верховного Совета Дагестана на головы редактора газеты "Комсомолец Дагестана" Татьяны Ворониной и корреспондента этой газеты Шарапудина Магомедова, осмелившихся опубликовать мои тезисы к телевыступлению по ситуации в Кварелии. Как заигрывали с Гамсахурдиа советские и западные средства массовой информации, как подобострастно титуловала его международная демократия "известным правозащитником", приглашая на конгресс демократов в сентябре 1990 года. За него проголосовало более 90% избирателей Грузии.

Их было много, меня (в количественном отношении) меньше. Но прав оказался я, а не большинство.

Я видел увлажненные слезой обиды глаза аварца в селе Тиви Кварельского района: его подвергли экзамену на знание грузинского языка, признали, что языком он владеет в совершенстве, и все равно уволили с работы за то, что он аварец. Гамсахурдиа надо было сплотить народ, а сплачивать легче всего на ненависти к не таким как ты, к негрузинам, объявив их причиной всех бед Грузии. Это после его выступления в соседнем с Тиви селе Ахалцопели началась блокада аварских селений и поджоги домов в них. А простые виноградари и овцеводы -- аварцы -- все не понимали: откуда свалилось на них это стихийное бедствие -- ненависть соседей.

Предвестьем многих бед Союза были эти ничем не спровоцированные гонения на несколько тысяч аварцев. Сказал я: "Преступные политики, шагающие к власти по людским судьбам, могут выиграть --достичь власти, а проигрывает народ: десятилетиями придется ему расплачиваться за посеянную теми, кому он сегодня отдает голоса, вражду между народами" и "В конечном итоге моя позиция окажется благом и для народа Грузии тоже", и оказалось по слову моему. Слова эти относятся не только к Гамсахурдиа, но и к сегодняшним национальным лидерам, цинично играющим судьбами людей, спекулирующим на предрассудках и заблуждениях народов -- на национальной идее.

ТЕЗИСЫ ВЫСТУПЛЕНИЯ НА МИТИНГЕ

5 АВГУСТА 1990г. В ГОРОДЕ ХАСАВЮРТЕ

"Другое небо", No2, 1992год.

Уважаемое собрание.

Начну с того, что президиум митинга предложил мне говорить только о событиях в Кварелии и не говорить о ситуации в Дагестане. Опять кто-то считает себя испытывающим большую ответственность за произнесенное слово и порождаемую им ситуацию, чем я. Я, конечно, скажу все, что собирался.

1) Мы главную задачу не решили -- власть не избрали (а позволили партаппарату по-уголовному поставить к власти своих людей), и теперь пытаемся решать задачи, которые без решения этой главной -- неразрешимы.

2) Выборов в Дагестане не было. Необходимо "выборы" в Дагестане признать недействительными и провести новые выборы. Мы отдали власть не избранным народом, а поставленным предыдущей властью людям и ходим теперь, чего-то "решаем". Власть надо менять! Всю власть: и законодательную, и исполнительную, и судебную, и самое главное -- информационную.

3) Я сторонник территориального самоуправления: земля должна иметь хозяина. Я противник национально-территориального самоуправления: "национально" -- значит в законе будет закреплено различение в правах по национальному признаку. Это противоречит идее человека.

4) Решение проблем Дагестана будет достигнуто не войной национальных фронтов, а созданием демократических структур безразличных к национальному признаку. И земельный вопрос будет решен не распределением и перераспределением, а введением частной собственности на землю, продажей земли, обеспечивающей на каждом участке земли достижение максимума эффективности ее использования.

5) Сейчас же все решается властями и предлагается решать фронтами РАСПРЕДЕЛИТЕЛЬНО: выпрашиванием должностей, земель. Сломать этот распределительный образ жизни обком и совмин не только не смогут, но и не захотят, ибо только этой распределительной функцией своей они и кормятся.

6) Мы привыкли делать ставку на насилие. Но насилие не созидает, не создает -- оно отбирает, т. е. перераспределяет уже созданное. Нам надо учиться создавать, делить нам уже нечего.

7) Национальное должно быть (язык, история, культура, формы общения), но оно не должно быть на первом месте. Национальная идея -- идея глубоко личная, интимная. Национальное -- это история вашей семьи, вашего рода, вашего племени, вашего народа. Это ваше личное, у другого это личное другое. На первом месте должно быть общее всем нам -- идея человека.

8) Национальная культура? Но культура неагрессивна. Ее выживание в условиях соревнования с другими культурами обеспечивается не административными, не милицейскими мерами, а внутренней силой культуры.

9) Это не случайно, что выставление национальной идеи на первое место ведет к фашизму: гитлеровская партия называлась национал-социалистской рабочей партией, русское национальное общество "Память" выродилось в русский фашизм, грузинская национал-демократия с национал-лидером Гамсахурдиа так же неизбежно выродилась в фашизм. Причина? Нарушение человеческих заповедей даром не проходит: нарушающий расчеловечивается. Перестать быть человеком легко -- трудно человеком быть. Но выжить мы сможем только оставшись людьми. Человечество спасет только соблюдение выработанных его же историей запретов.