Чтение онлайн

– А ведь раньше все это твой отец делал.

– Знаю я. От этого еще сильнее злюсь. Больше его сюда ни ногой не подпущу. Сам буду работать.

В это время из окна первого этажа показался Бородач и махнул мне рукой, зазывая в дом.

Не успел я зайти, как меня тут же затолкали в кладовую.

– Нечего тебе по дому шляться. Здесь жди, – грубо сказал он и захлопнул дверь.

Я огляделся. На многочисленных полках стояли коробки с макаронами, печеньем и конфетами, банки с соленьями и сладкими фруктовыми компотами, на полу лежали мешки. Столько разнообразной еды я даже у торговцев не видел. И куда ему столько, если семьи нет?

Через пару минут явился Бородач вместе с наместником.

– Зачем ты его здесь запер? – недовольно спросил наместник у Бородача. Тот с виноватым видом развел руками. – Лучше б на крыльце оставил подождать. Иди за мной, – это он уже обратился ко мне и сморщился, неудачно наступив на больную ногу.

Я вышел из кладовой, прикрыл за собой дверь и тут увидел на поясе Бородача большой нож в ножнах.

– А вот это мне тоже понадобится, – сказал и выхватил его нож.

Наместник и Бородач испуганно воззрились, переводя взгляд с моего лица на сверкающее острое лезвие.

Наместник и Бородач настороженно смотрели на меня, не зная, что ожидать.

– Э-э, парень, не дури. Отдай нож, – сказал Бородач и осторожно вытянул руку. – Сам же порежешься.

Тут я догадался, что они неверно меня поняли, и быстро пояснил:

– Мне нужен нож, чтобы немного уколоть сверху рану. Надо, чтобы лекарство проникло внутрь.

Похлопал себя по карману, в котором лежала бутылочка из-под лекарств Анны. Туда я переложил травяную гущу, чтобы удобнее было.

– А-а, – с облегчением выдохнул наместник и сразу же разразился гневной тирадой: – Что ж ты хватаешь без спросу?! Не научили, что чужое брать нельзя?

Я лишь пожал плечами. Все равно Бородач бы не отказал, ведь речь идет о лечении его хозяина.

Меня провели по коридору до лестницы на второй этаж. По пути с интересом осматривался, заглядывая в комнаты. Дом наместника был обставлен красивой мебелью, на стенах висели картины, под ногами – длинный ковер с мягким ворсом. Все говорило о достатке.

Но больше всего меня привлекли запахи, доносящиеся из кухни. Мы как раз возле нее свернули к лестнице. Мельком заглянув в открытый дверной проем, я увидел дородную краснощекую матрону, шинкующую кочан капусты. Рядом на плите что-то шипело и шкворчало. По запаху определил мясной костный бульон и свиные шкварки. Вкусно, наверное. И хотя я был сыт, рот наполнился слюной. Нестерпимо захотелось попробовать поджаристую шкварку. А еще пахло ванильной выпечкой. Я даже представил, какой может быть на вкус эта сдоба.

– Поднимайся, – грубо подтолкнул меня Бородач, когда я застыл у лестницы, вдыхая ароматы кухни.

Наместник почти добрался до самого верха, хотя поднимался медленно, стараясь беречь больную ногу.

Сдержав разочарованный вздох, быстро взлетел вверх по лестнице и оказался у двери.

– Заходи, – наместник прошел вперед.

За дверью оказалась спальня. Здесь было довольно уютно и чисто. Из мебели стояли кровать, шкаф, комод, кресло у окна и стул с высокой спинкой.

В воздухе витал запах, какой исходит от сумки с лекарствами Анны: стерильная прохлада стеклянных пузырьков со спиртом и горькая тяжесть таблеток. Также уловил терпкий след йода и сладость сиропов. Все это многообразие исходило от коробки, стоящей на комоде. Она была закрыта, но, уверен, забита украденными у общины лекарствами.

Наместник опустился в кресло, снял домашние тапочки и поднял ногу на стул.

– Ну давай, лечи. Посмотрим, что из этого получится, – выдохнув ответил он и размотал тряпку. – Кстати, мы не обсудили, что будет, если ты не вылечишь мою ногу.

– Не получу навоз, – ответил я, отметив, что нога еще сильнее раздулась.

– Не-е, давай по-другому, – мотнул головой наместник и уставился на меня своим холодным, презрительным взглядом, каким смотрел на всех общинников, кроме тех, с кем был близок. – Если за два дня не станет лучше, ты месяц работаешь в моем саду бесплатно. Договорились?

– Месяц бесплатно? Это много.

– Значит, ты не уверен, что сможешь вылечить и уже заранее проиграл? – прищурившись, спросил он и подался вперед.

– Нет. Я уверен, что получу навоз и ни дня не проработаю в вашем саду. Просто сделка, которую вы предлагаете, несправедлива.

Бородач, стоящий у двери, хмыкнул, будто я сказал какую-то глупость.

– В чем же несправедливость? – заинтересовался наместник. – Все честно: ты – мне, я – тебе.

– Я не для себя, а для всей общины стараюсь. В том числе для вас, ведь вы, как я уже говорил, забираете часть овощей себе. А вот вы, наоборот, только о себе печетесь, хотя должны думать о людях, над которыми вас поставили наместником.

– Слышь, ты, умник, рот прикрой, – угрюмо сказал Бородач.

Наместника же мой ответ лишь развеселил.

– Да ладно тебе, Игнат. Он ведь еще совсем сосунок и даже не представляет, как жизнь устроена. Запомни, Державин, все думают только о себе! – Он вытянул руку и потряс пальцем у моего носа. – Есть такая поговорка: своя рубашка ближе к телу. Собственные интересы всегда важнее. Заруби себе на носу.

Я понимал, что этих людей не переспорить и не застыдить, поэтому не стал продолжать, а кивнул и наклонился над раной, осматривая ее. За прошедший час она слегка изменилась, став более выпуклой. Возможно, гной накопился. Первым делом надо очистить рану, сделав надрез и выпустив наружу содержимое. Хорошо бы обработать нож, но спирта у Анны больше не осталось, поэтому обратился к Бородачу.

– Принесите крепкое спиртное – надо нож облить и ногу.

Однако тот даже с места не сдвинулся, бросив вопросительный взгляд на наместника. И только после того, как наместник кивнул, вышел за дверь.

– Ты когда-нибудь это делал? – спросил он, настороженно глядя на острие кинжала.

– Много раз, – ответил я и не соврал.

В прошлой жизни я бесчисленное количество раз лечил животных. Бывало, какая-нибудь косуля смогла убежать от тигра, но получила раны, которые воспалились. Или забился зоб птицы, отчего она начала задыхаться. В копыто мустанга впивалась щепа от поваленного дерева, и он не мог на ногу наступать, становясь легкой добычей. В общем, много разного происходило, и я всегда приходил на помощь.

– Врешь небось, – хмыкнул наместник.

– Нет. – Я выдержал его долгий испытывающий взгляд.

– Ну ладно. Но если мне станет еще хуже – твоя мать будет моей круглосуточной сиделкой. Понял?

– Такого уговора не было, – быстро ответил я.

– Причем здесь уговор? За свои действия отвечать надо. Вылечишь – навоз твой, а если нет – работаешь в саду. Но ведь кто-то же должен будет вылечить меня. Кроме твоей матери, некому.

Я продолжительно выдохнул, чтобы не наговорить лишнего. Он ведь уже понял, что тема с матерью меня задевает, поэтому нарочно такое говорит.