Чтение онлайн

– И кто конкретно заинтересовался?

Ещё одна пауза. На этот раз – деловая.

– Многие, но, дорогой друг, понимаю, куда вы клоните, – так он намекнул, что понимает – я ищу статусных гостей. – Есть одна дама, – продолжил Нефёдов осторожно. – Анна Михайловна Корнилова. Жена Павла Андреевича Корнилова, если это имя вам о чём-то говорит.

Ещё бы мне не говорило. Оно довольно часто всплывало, когда я пытался разобраться с законами этого мира.

Корнилов – заместитель директора департамента земельных и сословных дел. Человек, через чей стол проходит каждый крупный имущественный спор в западной половине Империи. Если бы я составлял список идеальных покровителей, Корнилов стоял бы в первой тройке.

– Говорит, – ответил я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. – Что с его женой?

– Суставы. Обе руки – кисти, запястья. Артрит, который прогрессирует уже несколько лет. Лучшие лекари Петербурга перепробовали всё – мази, ванны, даже магическое воздействие. Ничего не помогает. Руки болят постоянно, она с трудом держит перо. Для женщины, которая играла на клавесине и вела всю корреспонденцию мужа – это, сами понимаете, приговор.

Хроническое воспаление. Именно то, с чем источник справился у самого Нефёдова за один сеанс. Если артрит не зашёл слишком далеко – шансы отличные. Но даже если случай тяжелее – Лиза сможет подобрать индивидуальный курс.

– Где сейчас Корнилова? – спросил я.

– В том-то и дело, Всеволод Сергеевич! – в голосе Нефёдова зазвенело оживление. – Анна Михайловна сейчас гостит у родственников в Волгине. Приехала на три недели, отдыхает от столичного климата. Я случайно столкнулся с ней на ужине у Прохоровых, и она сама – сама, заметьте! – спросила, правда ли, что я вылечил ногу. Видимо, кто-то из общих знакомых проболтался.

Она в Волгине прямо сейчас. Это несказанное везение. Или же правда Нефёдов успел разболтать о санатории всем и, просто поняв меня, назвал самого влиятельного человека. Ух, такими темпами от гостей не должно быть отбоя.

– Николай Семёнович, – сказал я, и голос мой звучал так, как звучит голос человека, увидевшего на горизонте парус спасательного корабля. – Мне нужно, чтобы вы организовали встречу с Корниловой. Как можно скорее.

– Я могу попробовать, – Нефёдов помолчал. – Но учтите, Всеволод Сергеевич: Анна Михайловна – не провинциальная помещица. Она жена одного из самых влиятельных чиновников Империи. Если что-то пойдёт не так – если лечение не подействует или, не дай боги, навредит – последствия будут… масштабными.

– Понимаю.

– Нет, вы не понимаете, – голос Нефёдова стал жёстче. – Корнилов – это не Шатунов, которого можно скрутить и сдать врачам. Это человек, который одним росчерком пера может лишить вас земли, титула и свободы. Если его жена пострадает…

– Николай Семёнович, – перебил я. – Ваша нога болела двадцать лет. Сейчас она здорова. Вы доверяете мне или нет?

Длинная пауза. Я слышал, как потрескивает линия, как где-то далеко, в другом городе, Нефёдов принимает решение, от которого зависит не только моя судьба, но и его собственная репутация.

– Доверяю, – наконец произнёс он. – Чёрт бы вас побрал, Дубровский, доверяю. Дайте мне два дня. Я поговорю с Анной Михайловной и, если она согласится, привезу её к вам лично.

– Благодарю, Николай Семёнович.

– Не благодарите, – буркнул он. – Лучше скажите вашей Елизавете, чтобы приготовила что-нибудь менее отвратительное на вкус, чем тот отвар. Анна Михайловна – дама утончённая.

– Передам.

– И ещё, Всеволод Сергеевич…

– Да?

– Двенадцать процентов. Не забудьте!

Я не сомневался, что Нефёдов пошёл навстречу не только из-за нашей дружбы, но и потому, что хотел хорошо заработать. А потому сейчас речи о долгах не шло. Мы уже договорились о взаимовыгодном сотрудничестве.

Повесил трубку и вышел из конторы. На улице ничего не изменилось. Но мысли роились в голове с новой силой.

Когда я вылечу Анну Михайловну, Астахов получит свой конфликт интересов. Озёров лишится юриста. А я получу необходимое покровительство.

Обратная дорога пролетела быстрее, чем туда. Конь, отдохнувший у коновязи, шёл бодро, и к полудню я уже видел знакомые очертания поместья.

Работа у санатория кипела: рабочие таскали ящики, Архип командовал с видом полководца на поле боя, а из лечебницы доносился стук молотков.

Лизу я нашёл внутри – она стояла посреди главного зала, скрестив руки на груди, и критически разглядывала только что установленные медные трубы. Они тоже начали течь, и я вчера принял решение их заменить.

На самом деле поместье требовало капитального ремонта, но сейчас мы решали самые необходимые вопросы. Чтобы в скором времени не остаться без воды и света.

– Вот эту переделать, – бросила Лиза рабочему, указывая на стык. – Криво стоит. Вода будет скапливаться в изгибе.

– Елизавета, – позвал я.

Она обернулась. По моему лицу, видимо, сразу прочитала, что разговор будет серьёзным.

– Пойдём, – кивнул я в сторону выхода.

Мы вышли на крыльцо. Я коротко пересказал встречу с Астаховым – всё, без утайки. Лиза слушала молча, не перебивая. Когда я дошёл до фамилии, она чуть прищурилась.

– Корнилов, – повторила она. – Департамент земельных и сословных дел?

– Ты его знаешь? – в очередной раз мне показалось, что Лиза осведомлена куда больше, чем обычная целительница.

– Имя слышала. Мой отец упоминал его однажды, давно. Сказал, что Корнилов – из тех людей, которых лучше иметь в друзьях, чем во врагах, – она помолчала. – Значит, его жена. Артрит кистей и запястий?

– Прогрессирующий. Уже несколько лет. Столичные лекари бессильны.

– Если артрит не перешёл в деструктивную фазу, источник справится, – сказала она. Голос был ровным, но я заметил, как она сжала пальцы. Видимо, нервничала. – Но мне нужно увидеть её руки, прежде чем обещать что-то. Разные виды артрита могут отреагировать по-разному.

– Можешь подготовить несколько вариантов? На разные случаи?

Лиза посмотрела на меня – тем самым взглядом, который означал «не учи целителя лечить».

– Уже считаю в голове, – сказала она. – Мне нужны свежие корни аира, кора ивы и маточное молочко. Корни и кора есть, молочко – нет. Успеешь достать за два дня?

– Достану.

Мы ещё обсудили некоторые детали касательно ремонта, Лиза ушла обратно к рабочим, а я остался на крыльце, прикидывая, где раздобыть маточное молочко в глуши Саратовской губернии. В Волгине, скорее всего. Или у пасечника в соседней деревне, если повезёт. Нужно будет отправить Архипа.