Чтение онлайн

— Мне не понравилось врать, — только и сказала друидка. — Я теперь чувствую себя… не очень хорошо.

— Иногда приходится идти на жертвы, — пожав плечами, честно ответил Стрэйб. — Зато теперь у нас есть язык.

— Язык? — переспросила девушка с тенью ужаса на лице. — Тебе нужен её язык?

— Нет, — ухмыльнувшись, ответил гвардеец. — Язык — это человек, который что-то знает. В нашем случае ведьма расскажет о двух своих сёстрах.

Ведьма со злобой посмотрела вначале на друидку, потом на капитана, а после попыталась отвернуться, но рука Авивы и корни не дали ей сделать этой в полной мере.

— Итак, — подойдя к своей спутнице и её пленнице, Атон посмотрел на ведьму смиряющим взглядом. — Ты же понимаешь, что деваться тебе некуда? — ведьма отвела глаза в сторону, игнорируя вопросы. — Ты понимаешь, что тебе никто не поможет? Попытаешься ворожить — мы убьём тебя раньше. Попытаешься кричать — тот же исход.

Ведьма наконец обратила взгляд в сторону гвардейца и с ненавистью уставилась на него. Она начала что-то говорить, но из-за прижатой ладони Авивы слов было не разобрать.

— Кричать не будешь? — спросил Атон и, получив утвердительный кивок, попросил друидку убрать руку.

— Вам тоже отсюда не выбраться, — едва освободившись, заговорила ведьма. — Мои сестры вас настигнут и разорвут, как ветер сухую листву.

— Ну это ещё неизвестно, кто из вас ветром будет, — с самоуверенной ухмылкой ответил Атон. — Вы с трудом справились с владыкой втроём, а смогут лишь две твои сестры справиться с чёрным козлом?

На несколько секунд глаза ведьмы округлились — видимо, она прекрасно знала о бывшем страже, но после всё же взяла себя в руки и ухмыльнулась.

— Ниггур не поможет вам, — ведьма тихо рассмеялась. — Он не помог раньше, не поможет и сейчас. У нас с ним договор.

— Вот так, — поднял брови Атон и тоже улыбнулся. — Вы предложили ему занять место владыки?

Стрэйб бил наугад, стараясь исходить из логики, но судя по тому, как побелело лицо ведьмы, он попал в самую точку.

“Так вот почему этот всесильный х… козёл отказался помочь. Обиделся на владыку за то, что тот лишил его титула, и решил, что сам станет лучшим правителем”.

— Вы говорили с ним? — одними губами проговорила ведьма.

— Да, и как видишь, мы здесь и поймали тебя, — Атон вновь натянул улыбку превосходства и всеобъемлющего понимания. — Ниггур и впрямь поначалу отказывался, — Стрэйб коснулся своего меча, — но перерубив его потомство, мы нашли с ним точки соприкосновения.

Ведьма быстро опустила глаза к ножнам, недолго в них вглядывалась, а после подняла глаза и смотрела на мужчину уже не надменно, а настороженно.

— В мече сила ветра, — начала ведьма, — в щите сила льда, в ноже, что за спиной — сила камня, а на душе три печати, — губы ведьмы мелко задрожали. — Ты необычный человек. Ты силён, но не равен ей.

— Ей? — переспросил гвардеец.

— Та, что повела нас, — вновь гадкая надменная улыбка, — та, что открыла нам глаза, дала силу и привела нас к этому дню, когда мы наконец обрели силу владыки, несмотря на то, что мы лишь слабые людишки.

— Дивина, — прошипела Авива. — Стоило догадаться, что без неё вы бы не справились.

— Первая ведьма, — припомнил Атон, — та, что первая сошла с ума и других утянула.

— Да как ты… — заверещала ведьма, но Стрэйб быстро зажал её рот и посмотрел на неё исподлобья.

— Тихо, — прошипел гвардеец. — Так значит, ваша главная тут? Они охраняют владыку? — ведьма молчала, только глаза метали искры. — Они в центре этих болот?

Ведьма вновь промолчала, и Атон, не желая затягивать допрос, кивнул Авиве, на что та вновь сжала руку в кулак, и корни ещё сильнее сдавили тело ведьмы. Кровавая ворожея выпучила глаза, замычала, и Стрэйб тут же убрал руку от её рта.

— Да, — захрипела она, с трудом втягивая воздух. — Мы сковали владыку в центре болот, где он отдыхал. Дивина и Амест возле него. Они наблюдают, берут кровь, чтобы он не вырвался…

— Вот так бы сразу, — кивнул гвардеец и, отвернувшись от ведьмы, посмотрел на свою спутницу. — Ты сама?

— Сама, — сквозь зубы процедила друидка и добела сжала оба кулака.

Атон не видел, но слышал, как хрустят кости, как ведьма издаёт последний безмолвный крик, как жизнь в считанные секунды покидает её тело. Стрэйб понимал, что так всё и должно было закончиться: отпускать ту, что убивает ради силы — немыслимая глупость. Но гвардеец всё же надеялся, что всё это закончится менее… жестоко. Когда Атон обернулся, всё было уже кончено, ведьма бездыханной куклой висела в деревянном коконе, а Авива стряхивала с себя остатки грязи, что остались после её засады в трясине.

— Легче? — только и спросил Стрэйб.

— Нет, — покачала головой друидка. — Легче не станет, но так, по крайней мере, правильно. Хотя, может, и не совсем милосердно. Их уже не спасти, а давать им и дальше творить что вздумается, я не могу. Владыка Адэхи не просил меня убивать их, но я чувствую, что это мой долг перед ним, плата за всю его доброту и заботу.

Атон ничего не ответил на это. Сейчас, по прошествии многих лет он понимал, что убийство мало что способно решить, и даже хороший мордобой не всегда выручает. Но раньше, когда он был моложе и намного глупее, он думал иначе.

Ему было лет шестнадцать, когда он поссорился с первым задирой и главарём небольшой банды дворовых ребят. Ссора началась с обыденного: долговязый Зейн — именно так звали того парня — ради забавы избил тогдашних приятелей Атона, да еще и помочился на них, когда те были уже без сознания. Такого скотства Стрэйб стерпеть, конечно, не смог и по всем дворовым правилам вызвал долговязого на бой — как и положено, один на один. Зейн был выше Атона, старше и куда сильнее, но юный Стрэйб не испугался выйти в круг и под улюлюканье шпаны сойтись в кулачной драке. Стычка, само собой, закончилась не в пользу защитника обиженных, Зейн разделал героя под орех и с довольной ухмылкой уже собирался покинуть поле боя, но Атон в пылу гнева и разочарования совершил страшное и непоправимое. Он схватил острый камень, что валялся недалеко от него, и что было силы швырнул в спину долговязому. Камень пробил Зейну голову, проломив череп, отчего победитель драки упал лицом в грязь и больше не подавал признаков жизни. Атон пришёл в себя, когда сильные руки стражи схватили его за плечи и повалили на землю без каких-либо церемоний. Стрэйб не знал, что кричали те стражи, в голове звучало только одно слово — “убийца”.

Атон был из бедных кварталов, поэтому судить его никто не собирался. В связи с тем, что на тот момент Атон был ещё несовершеннолетним, по законам королевства ему нельзя было отрубить голову или как-то иначе лишить жизни. Поэтому, недолго посовещавшись, стражники решили отрубить юному убийце руку по самый локоть. От того, чтобы стать калекой, его спас принц Балдер, что проезжал мимо места самосуда в своей карете. Как и зачем он заехал в неблагополучный район столицы, Атон по прошествии лет так и не узнал, но был благодарен судьбе, что всё так случилось. Принц на ходу выскочил из экипажа и буквально за пару секунд до неминуемого успел остановить палачей…

— Атон, — окликнула его Авива, выводя из лабиринта мыслей. — Идём?

— Да, — кивнул Стрэйб, всё ещё не до конца придя в себя. — Только нужно сделать крюк. Ведьмы наверняка почувствовали, что их сестра мертва, а значит, будут настороже.

— Согласна, — кивнула друидка, — нужно быть наготове.

Обойти болото оказалось непростой задачей. Владыка явно выбирал место своего “сна” с тем расчетом, чтобы к нему было сложно подобраться. Почти всюду была глубокая трясина, а кочек или островков земли почти не попадалось. Тех же, что попадались, едва хватало для одного человека, да и находились они на приличном друг от друга расстоянии. Авива могла бы проложить им дорогу, наращивая мосты из деревьев, но Атон отказался от этой идеи. Ворожба выдаст их положение ведьмам, да и силы тратить на такую мелочь — непозволительная роскошь.