Утро. Рано. Около пяти.Я на платформу выхожу устало.На зданіи испариной кривитсяМой Петербургъ, моя столица!Сознаніе кровь революцій отметало.Великій городъ! За пріздъ прости.За что прошу разсвтное прощенье?За неожиданность не круглой датыИ вкъ мой, опоздавшій въ Рай.Перешагну путей холодныхъ край,Приму болотъ засыпанныхъ палаты,Взгляну на океановъ шелушенье.Я знать не могъ, что здсь петляютъПо паутин львиныхъ истукановъДрузья пера, что свтомъ мн дается.Стоишь ты. Дождь твой льется.Растрелли улыбается изъ крановъ.Опоры оконъ темнотой стрляютъ.Поэты живы. И живетъ законъНе признавать ихъ до кончины.Но не боюсь. Иду желзомъ паровоза,Въ земл растущемъ, какъ заноза;Летящемъ, не срзая мертвечины,Поставивъ день рожденія на конъ.Шестнадцать лтъ. Окраина. Подъзды.Изъ форточекъ табакъ. Не только мой.И разговоры про нескладность разныхъ темъ.Приснится отдыхъ. Онъ вдь нуженъ всмъ,Творящійся уставшихъ вкъ каймой.Меня не замараютъ вычурные създы.Не такъ ужъ сильно измнилось все вокругъ.Я не былъ здсь, но узнаю другое,Что мн окно показываетъ безпрестанно.Вскричать бы что-нибудь а Іа «Асанна!»,Но есть и боле на свт дорогое,Чмъ безъ стрлы въ рук уставшей лукъ.Писать продолжу. Только кофе стынетъИ разговоръ не состоялся въ магазин.Но все прошло. Вернется все съ привтомъ.Прошу у Господа, чтобъ не послднимъ лтомъ,Помятымъ на разложенной резин.Ну все… Потомъ получше что-то хлынетъ.Тотъ годъ остался не замченъ,Внедряя боль, познанія о сущемъ,Ломая ровное спасеніе до стнъ.Не выплыветъ изъ вязи КарагенъСъ намреньемъ, ему присущимъ,Въ которомъ камень основанія – извченъ.Вернусь къ нему еще не разъ.Онъ живъ и помнитъ золотое тоже.Ахъ, да! Я не представилъ виноватыхъ.Надъ склонами оазисовъ горбатыхъИспепеленъ мой Римъ. О, Боже!Ужель собою ты сподобилъ насъ?Немного въ сторону… И половина острововъ.Пришествіе второе позолочено углами.Безчисленная скорость не снимаетъ арфу,Ревущую, смняющую Юлію на Мару,Гуляющихъ попеременно между намиНа фон выпитыхъ дворовъ.Пока возьму немного изъ дали,Гд сонъ прошелъ подъ благородствоНесносныхъ утреннихъ часовъ.У города далекаго на нжности лсовъНе окунаю руки въ пораженья скотствоИ не срзаю яростью желза фонари.На поступи метро и каменнаго сводаИду понять, какъ вырваться навкъ.И ложь забуду губъ навтомъ.Простымъ и скомканнымъ привтомъПрощеніе на улицы, гд снгъПочти погибъ, накину на народаБольшія плечи, старостью хранимы.Пуста подъ ними скорость настроенья.Но крохотная жизнь помстится и тамъ.Въ другой проемъ доврено листамъПопадать, соскобливъ терпнье,Гд по полямъ гуляютъ херувимы.
«У ложнаго залива, снятаго съ вагона…»
У ложнаго залива, снятаго съ вагона;Поблизости отъ мн подаренныхъ сноповъЯ, лнь призвавъ остановить закатъ,Жму страстно рукопись палатъКакъ обезьяньихъ представляемыхъ клоповъВъ дверяхъ, минуемыхъ въ два кона.И кто бы зналъ, что въ точк срой втки Есть нкто.Станетъ тломъ оголеннымъЗа прайды дней финальныхъ заточенійМн эталономъ бархатнымъ сличенійСъ тмъ годомъ нравственно зеленымъПристанище безъ осужденія нимфетки.Дйствительно не зналъ, кто ты такая…Спасибо, что ошибку кинула въ алтарьОткуда-то свалившейся программы.Что вынула? Считайте – просто граммы,Какъ по указамъ рукописнымъ встарь,Но не своихъ уставшихъ рукъ марая.Причуды ждутъ лежащихъ подъ портретомъ —Не связано ничто одной тропоюОтъ этажей различныхъ единицей.Сегодня становлюсь клюющею синицей,Губами двъ въ вкахъ другихъ арбою.Мняю на дигамму что-то подъ запретомъ.Я догадался имя вспомнить на дорог,Что странно называется въ народ много зимъ.И надо было такъ тогда случиться!Уже не понимаю, какъ шестыми чувствами лчиться,Недугъ понятенъ и неотразимъ…Одлъ бахиллы я медитативныя въ берлог.Он пришлись мн впору. Врный знакъ!Но собранность тогда моя была некстати.Причалилъ тамъ, гд многіе хвалилисьПо казусу, о коемъ мы договорились.Я замеръ въ рукъ пустынныхъ стати.Тогда вс разошлись. Но какъ случилось такъ?Не знаю. И иду я быстро мимо страды.Въ комъ будешь? Сомкнуты глаза на это. Постой…Похоже на тебя волненіе среди толпы.Ты привнесешь незыблемы столпыПо глубин печальнаго кларнетаИ станутъ подозрительны утихшіе парады.На бломъ испытаніи словеснаго притворстваЯ нмъ: не трогаетъ меня сей вечеръ.Прожилъ я только телефоннымъ тломъНа свт, притворяясь смлымъ.Но думаю уже и про другую встрчуПока не кончилось ошибочной петли знакомство.
«Сточенъ камень. Продолженье держитъ тло…»
Сточенъ камень. Продолженье держитъ тлоЗадать восторгъ у распустившихся коморокъ.Подъ нимъ, бываетъ, держишь отношенье,Когда раскидывать не хочешь отршеньеНа ложь того, что будетъ въ срокъРовнять въ ладони ждущее ихъ дло.А въ тотъ, наполненный согласьемъ поединокъ,Подпорки ставили отъ страшнаго незнанья,Какъ выходить, не видя капель по слдамъ.То кануло и превратилось въ хламъНеповоротливости нужнаго терзанья,Довольствуясь повторомъ выпуклыхъ картинокъ.Желая понимать устройство очевидныхъ дней,Однообразіе вколачиваетъ втви въ очаги,Закрытые цвтными логиками длинъ,Не понимая памяти удушья ковролинъЖивй насаженной на ереси пургиИ ярче, чмъ служившій шеей клей.Но, наконецъ, причалъ и здсь построенъ.Никто не повторитъ сіе по кругуСознанія того, что разъ даетъ наук.Привязанность пропала къ выращенной скукОтъ надписи, предвидвшей подругу.Лишившись дара, тотъ порогъ разстроенъ.Бывало, скажемъ, попаданье позже. Но…То стало съ новой кожей крпче обнищанья.Пропустимъ это. Пусть пока лежитъ.Вся дверь по обновленію дрожитъПо рыжихъ фруктовъ верещанью,Что были днемъ подъ сакуры панноНизложены учить меня лежать съ карандашомъ.По приглашенію подъ лампой пустоты желудкаЯ отойду, себя стесняя въ выбор узловъ.Безлунной ночью чувствую, что новъДо опознанія того, гд въ правд шутка,Когда въ халат чувствую себя я нагишомъ.Но то не есть туманности прошенье.И, смутно довряя всмъ путямъ (а какъ же!)Мечтать все повторить въ сосдней рам,Безъ смысла вскидываю въ прошлое я оригами.Какой ты рабъ себ да и простакъ, Ж!Все ждетъ тебя среди людей опустошенье.Такъ стало мной ведомо девять лтъ безъ части.Дружу съ той осенью. До юбилея можноНе все исправить. Но хотя бы это.О чемъ я говорю? Въ зазубринахъ кларнетаМои сокрыты тайны. Не ищите ложно.И такъ я отдаю, что есть во власти.
«О простот другихъ по кадрамъ я опережаю…»
О простот другихъ по кадрамъ я опережаюСтаранія создать оконченное полотно суетъ.Довольствуюсь висящимъ сердцемъ коридора,Гд тни иногда доводятъ до позора.Выходитъ изъ колоды исключительно валетъ.Ему сейчасъ въ поэм подражаю.Но посмотрите дальше. Новое пятно не вретъ.Началомъ той эпохи сталъ ходить по этажамъСо странными объятьями за волю.Издалека читаютъ красныя сандаліи по крою,Поглаживая пятки томнымъ платежамъ,Желающимъ на лто сохранить свой ледъ.Тепло дававшіе мн въ руки положилиПомчаться красной стаей ближе къ молоку.Какъ все понять? Колодцемъ ковыляюЯ къ окнамъ. До сихъ поръ ихъ знаю,Хотя потомъ и прибыло еще полку.Лсныхъ друзей въ околиц служилиПоклоны звукамъ. Не найдешь теперь такихъ.Гостямъ дары несутъ, но требуютъ молчать.Пусть слва день заходитъ между бревенъ!Сижу я низко. Комнатой доволенъ.Берутъ за руку стаею волчатъИ погружаютъ въ радость на двоихъ.Три маленькихъ квадрата воедино льютъСквозь отвлекающихъ ту самую, кто знаетъ,Что есть ходящіе на безголосой высотъ.Конями топчутъ книжицу въ фатъПечальные на побережь. Громко лаетъИмъ въ спину песъ, имющій пріютъ.Но мн касаться стнъ его негоже.Приму спокойно пальцевъ обереги,Совтъ не ждать, кто задала сидть.Подаркомъ станетъ за узорами медвдь;Случится все сходящею съ телеги.И ожиданіе того – сезоновъ всхъ дороже.
«Полудня размнявъ суровый эшелонъ…»
Полудня размнявъ суровый эшелонъИ пепла россыпь досчитавъ до окончаньяЯ съ братомъ на скамь пишу въ словахъО предстоящемъ разговора втр въ волосахъ,О пропасти всхъ лтъ неслышномъ верещань,Одвшей новаго порядка капюшонъ.Клочокъ бумага отложивъ въ карманъ,Ухалъ въ стольный градъ, не зная,Когда смогу что-либо разсказатьО томъ, что неком воззватьНа уровн столтій скомканнаго краяИ некуда летть, создавъ изъ праха свой бипланъ.И черезъ треть періодической Луны вернулся,Дождемъ не призывая старыхъ пустозвоновъСоздать все снова изъ очерченныхъ втвей.Я много лтъ не вспоминалъ о ней,Перетирая кожу вымершихъ бизоновъ,Въ которой умъ мой въ вкъ чужой проснулся.Такъ много верстъ! И я молчатьОбязанъ, ибо знаю, что виноНе высохнетъ, прикинувшись мн кровью.И проще просочиться разноцвтной солью,Чмъ знать прекрасно – все равноЯ не о той рожденъ вздыхать и небеса качать.Но время мн не мыслитъ выстроить заслонъ —Сталъ договоръ бревенчатой аптекойЖдать темноту, забывъ о звздахъ. Въ ночьИду, не понимая, какъ толочьБезсмыслицу, рожденную калекой,Неврующую въ часъ, какъ въ смерть – фотонъ.Но я узналъ… Не ту и не тогда. И странно,Что жизнь идетъ такъ быстро, обнажаяВеликое воззваніе къ подстрочнымъИстинамъ и трубамъ водосточнымъ,Идя къ мстамъ погибельнаго урожая,Ркой гд притворяется обыденности ванна.
Сомннія отбросивъ, я чеканю шагъНаправо отъ двери, скрываясь въ очертаньяхъВечернихъ струнъ, готовыхъ уложитьМою любовь къ ногамъ мистеріи «прожить,Оставить лирику въ гнилыхъ воспоминаньяхъ»,И размышляя о звзд, дающей мракъЧисла, что суммой получается изъ нашихъРожденныхъ дней, закрывъ ладонью годы.Измнится ли міръ? Иль я одинъ въ вагонПроду въ никуда, сидя на проволочномъ трон?..Ищу въ алле красный низъ согласно слову модыИ голосъ, что въ оркестр всхъ аккордовъ краше.Душ не получается на мст оставаться;Я изъ земли, купивъ не розъ красивые уколы,А сигаретный дымъ, за фурой не скрываясь,Смотрю на дальній перекрестокъ, поражаясь.И въ этотъ мигъ у загражденнаго НиколыГотовъ я выполнить слова и повстрчатьсяСъ тобой, о переводомъ значащая «королева»…И точно стрлы распороли спину!Я повернулся и смотрю, глазамъ не вря —Не зналъ я ничего; была ли «до» потеря,Когда я представлялъ сію картину,О пустот черезъ плечо плевокъ творя налво?Поднявшись надъ землею къ ангелоподобнымъ,Раскрывшимся въ секунду двумъ крыламъ,Я ощутилъ прохладное спокойствіе.Мн предоставилъ Богъ все удовольствіе,Которое просилъ, подобно ночью вамъ,Просящимъ о великомъ сн – убійц безподобномъ.Тебя узналъ, не мысля о законченныхъ дорогахъ;Мы сдлали свой первый въ пропасть шагъ —Буквально, стоя на заброшенномъ холм.Дала въ довріи ты руки свои мнКакъ зову зелени даетъ вс краски макъ,Ходя въ забытыхъ и прозрачныхъ тогахъ.Но не спустились мы съ тобой на дно;Вернулись вдоль неровнаго забораКъ теперь святымъ до гробовой доски мстамъ.Пошли иной тропой – для врности всамъ,Попеременно прикасаясь къ тни каменнаго бора.Рука въ рук: мы – вмст, мы – одно!Читаю по губамъ. Побдъ не жду ванили.До фильма отдышусь и сберегу оконъСчастливый обликъ, съденный клубкомъ.Подходитъ ***овъ необычныхъ комъ —Вернется въ день шестнадцатый законъЗализывать остатки (нами накормили).И пресыщеніе настанетъ, разузнавъО странныхъ линіяхъ формата настроеній.До простоты дорога подпираетъ дерева.И истина не подала еще Іеі а,Что выложится трещиной каменій.Живу, того собою не признавъ.
«Обратнымъ переводомъ ныншняго мая…»
Обратнымъ переводомъ ныншняго маяПодъ храмовой стной, гд не давалъ монетъ,Я ангеломъ парилъ, себя найдя въ теб.Въ чужой не освщенной кутерьмМы шли по улицамъ, которыхъ нтъ,За неизвстныхъ намъ грхи страдая.На насъ лилась мелодія чужого счастья,Хотя замтила ты въ поворота венНеназванное имя для твоихъ волосъ.Во здравіи отполированныхъ полосъВъ туманной на бумаг были пн,Не удостоенной понять чужія снасти.Воды искали въ метр отъ рки;Бжали, попадая идеально въ шагъЕще не найденнаго въ атлас созвздія.Я былъ далекъ отъ твоего возмездія,Отъ ночи былъ далекъ оплаканный кишлакъ,Гд по незнанію соорудили маяки.Рай на земл – квадратъ, что у музея.Мы пережили тамъ неистовый закатъ,Теряя словъ неодобрительную славу.Попали въ звуки, отпустивъ облаву,Другъ другу размнявъ количество каратъВселенной, грязи для алмазовъ не имя…Да, быть можетъ, въ руки ты брала иное,Когда друзья твои сошли сюдаИзъ театральныхъ возгласовъ толпы.Но ужъ наряжены на церемонію клопы,Не избжавшіе безцеремоннаго суда.Теб отдалъ я самое родное.Ты этого хотла! Камнемъ по стеклу.Я знаю. Изъ пальцевъ росъ скрпляющій подарокъ.Не обманись, страницы соблазняя сокомъ.Мы къ дому безымянному сидли лвымъ бокомъ,Къ камнямъ склоняя ленты марокъ.Сейчасъ я ихъ костромъ пронзаю.Ну а въ посланіи межъ историческихъ,Однообразно заколоченныхъ просторовъ,Слды мои недавніе стирали.Оконъ потухшихъ рамы насъ внчали,Собака та средь нашихъ разговоровъРукоплескала въ судорогахъ прозаическихъ…На нашемъ склон я узналъ про то,Что восемь мсяцевъ назадъ убилъ.И вотъ онъ, повернулся небосводъОтъ старыхъ плитъ до ряда нотъ;Недолго въ этотъ разъ себя корилъ,Отказываясь отъ прекраснаго «Вогсіеаих».И деванагари на кожи платьРасшифровали на подход къ голубомуСо стороны не выросшихъ у девяти.Часамъ за балъ ты щедро заплати.Скажи про мой обрядъ ты по-другому,Черпая предсказанья ясныя объятья.А посл двухъ, тобою тронутыхъ, подъ кожей;Окончивъ апельсиновымъ по цвту на горЗаданій, сложенныхъ невозвратимымъ,Дала имть ступеней смхъ необратимыйВъ ушедшемъ лтней той пор.И ты свтилась. Я, наивный, тоже.Такъ странно было разставаться… Три доскиДержали позда черезъ кварталъ.Гд ты? Гд боли увядающее жало?Здсь время смерть свою опережало,Смщая въ зелень искореженный металлъИ книгъ печальныхъ завершенные мазки.Сложили даты – поцлуй по новому лекалу;Закрыли дверь – гудокъ длиною въ шумъ.Когда раскроется японскій веръ?Я самъ себ на этомъ мст буду вренъИ вновь объ этомъ ***ою пишу,Но мн пока сего безумно мало.
«Не беру, не смотрю, не цлую…»
Не беру, не смотрю, не цлую…Страннымъ вечеромъ выхваченъ сонъ.Я подъ мессы чужія прошуПодковать мои слезы больного Лвшу,Убгая въ толпу въ этомъ тл босомъ,Не спрямляя чужую кривую.Ты мыслію по древу растекалась,Не прячась отъ не созданныхъ лучей.Смялась, вызывая ночь на бой.Твои слова, молясь наперебой,Оттягивали вс діагнозы врачей;Въ сосдней комнат ты тихо раздвалась.На чай звала невиннымъ гидомъ Рая,Но разливала воду по кустамъ.Читала, понимая, врные огни.Я умолялъ: «Не прогони,Вдь все я понимаю самъ».Но ты была уже другая.Иду курить. Потомъ мн часъ уснуть.На грани сферъ хрустальныхъ начертаньяПодскажутъ новыхъ смыслъ главъ.Боль человка въ жизни испытавъ,Повривъ въ звздъ неугасаемыхъ мечтанья,Писать продолжу про существованья путь.Все разольемъ, не мшкая, но споря.Провисла крыша, одинаковы вс лица…Того ужъ нтъ, наврное, нигд.Въ погод не выискивай фамилію пург:Не въ то рука сквозь ночь стремится.Забудетъ все, себя моментомъ разрывая, успокоивъ.
«Забывшихъ на втру понятій Не отпускали…»
Забывшихъ на втру понятій Не отпускали.Не одинъ ужъ часъ Дыханье возбуждаетъ утро міра.На первомъ этаж – обычная квартира;На улиц желза волю покидаетъ газъ,Не выдавая неосмысленныхъ занятій.Поврилъ, измняя поцлуи на ладонь.Народное соединенное началоПодпишетъ пожелтвшій актъ.Сошла на гибель. Это – фактъ.Стна замазаннымъ объ этомъ мн кричала.О, сказка! Слдъ оплавленный мой тронь.Скучая по разрзанной минут,Дождался разстоянья неизвстнаго терпніе.Была та символична тишина собакъ.Я, прозжая покосившійся баракъ,Съ трудомъ ловилъ неизлчимое свченіе,Что отражается въ Сократовой цикут.Династія скрывала наготу суетъ.На горизонт – неожиданность мрилаТоптала въ грязь повшенные флаги.Однако вырастаетъ эхо сагиКогда пронзаютъ память т перила,Меня кидая въ недоврія кюветъ.
«Въ ночномъ зенитъ уходящихъ грядъ…»
Въ ночномъ зенитъ уходящихъ грядъПодковываетъ музыка тхъ рукъ терпніе,Которыя здсь принимали пустоту…Беру мгновенья по измятому листу;Читаю вздоръ – мигъ вчнаго горніяОбремененныхъ революціей одть нарядъИзъ блыхъ рамъ, не спящихъ у трамвая.Гд даль склонилась пораженнымъ звремъ?Не скажешь… Я просить не стану.За боль держась, отсюда встану;По крику совъ, чьихъ мы именъ не разумемъ,Пойду къ словамъ, попутно двери закрывая.Писать просила… Не хочу. Но стану.Звздой полярной я прикрою имя.Но вс узнаютъ, гд я съ рельсъ шелъ.Не тломъ опечаленнымъ нашелъДва глаза. Но смотрю я имиВдаль отраженному проспектомъ стану.Межъ оконъ въ будущемъ изгнаньПоявятся упоминанія похожихъ росъ.И небо дастъ все т же опасеньяВъ вод безвкусной не найдя спасеньяОтъ жажды, что дало вопросъ,Учтутъ ничтожной пыли предписанья.Мн эти дни – какъ искушенія ограды.Въ чужихъ я брать не стану своего.И даже сонъ сквозь боль вискаНе броситъ въ ноги спелаго песка.Но ты уже не помнишь ничего.Другія тутъ замрутъ подъ оловомъ награды.Все одиноко… Звукъ издалекаДоноситъ годы – безъ недли часъ.Я напишу у спиленной сосныТри круга, отданныхъ вліянію весны.Ты – меньшинство. Я длаю экстазъОтъ желтой дали стараго клинка.Возьми меня въ завтный РайЧерезъ грхи и свчи на канунъ.Не все еще исполнилось отъ дали.Я не верну, что не отдали;Не потеряетъ власть и точку «нунъ».А ты сама колодой той играй.Въ ея вискахъ не будетъ страшной доли.О томъ, лежа подарочно, твержуПодъ чуждыя убранства заплетенныхъ.Запутавшись въ путяхъ, серьезно искривленныхъ,За моремъ строкъ еще слжу,Для врности кидая въ море соли.И, дважды до порза окунаясьВъ сочувствіе къ столу подъ лампами игры,Добавлю и отмрю заклинанья.Все т, что были для мечтаньяШарахаться впередъ до вольности поры.Но времена въ полет исковеркать постараясь.