Въ чужихъ глазахъ потеряны вс ветлы,Идутъ подъ облаками по камнямъИхъ ищущіе въ деревянныхъ водахъ.Неисчерпаемы слова въ забытыхъ одахъ,Погубленныхъ нервозно по краямъ;Но будетъ вчно прилагательнымъ скупое «теплый».Въ стн читая лепетъ дтскихъ словъ,Забывъ названія дорогъ, изношенныхъПо правиламъ, начерченнымъ въ Египт,Не нахожу въ приснившемся мн манускриптЦвтовъ, не пепломъ припорошенныхъ,А давшихся за не отмченный уловъ.Минула въ рядъ стоящихъ на долинъ маяТвоя увренность въ небесномъ свод.И платитъ незаслуженно «5:20».Не притворяясь, буду поддаватьсяТой тснот, живущей въ хоровод,Творить по ней, себя упреками ломая.Давно ужъ переходитъ перестрлянное полеНа красную, не сгнившую доску,Вкрапляя удареній хладный градъ.Не виноватъ Творецъ. Никто не виноватъ…По безнадежно оголенному вискуПрибавлю путь свой откричавшихъ дол.
«Опечатано… Рельсы… И два…»
Опечатано… Рельсы… И дваНескончаемыхъ втра упадка Ложатся къ ногамъ. На прожженномъОвал рождается трепетнымъ фономъНе та, что дрожитъ фонарями, а падкаСосновыми думами боли трава.Кармановъ нтъ у времени въ пальто.Жара не давитъ черезъ свтъ благуюЛетть, забывъ хваленыя крыла.Зарница за собою все смела,Оставивъ чашу, нсколько пустую;Сожгла стихи наивности. Не то…Не то… Вдь есть же заповдь любить.Должна она читаться и на русскомъ.Дорогъ должна касаться чрезъ ручей.На хрупкомъ остов нетронутыхъ плечей,Что надъ мостомъ, предльно узкомъ,Не стали мы благословенье торопить.Кто ждалъ, тотъ вкъ прожилъ не зря.Кто слышалъ дважды перекроенный иниціалъСлпить себя старается уходомъ.Остатки трапезы повалены не входомъ;Діагонально спитъ акацій валъ,Безбожно всхъ принцессъ коря.На шахматномъ простор тла и души —У красныхъ кирпичей, закапывая сдачуТобой разбитъ такъ благородно старецъ!Веселой буквой С ее листаетъ палецъ;Прочитанное рветъ. Все – на удачу!Зажги свчу и тутъ же потуши.Что мн читать? Вс строки – въ насъ!Ты отличилась отъ знакомыхъ упаковокъ.Ты подвела два неба въ горизонт.Ломаете судьбу? Ну что жъ, извольте…Обыкновенно каждый мыслитъ, что онъ – ловокъ.Такъ выпьемъ прошлое за врный разъ!Безумствомъ утолимъ поспшность улицъ странныхъ,Переживемъ подъ окнами далекія мгновенья,Стекломъ разбитымъ поднимаемыми странно.Тотъ часъ окончился не рано,Достигъ онъ кульминаціи терпньяВъ далекихъ неримованныхъ супругахъ барабанныхъ.
«Смерть неестественна… Что было подъ перомъ…»
Смерть неестественна… Что было подъ перомъ,Потресканное, сонное – все ршено свободой.Бгъ по стн сражаетъ норы въ потолк,Становится лучомъ на безмятежномъ огонькИ падаетъ. Не разминаемся съ природой —Въ ней нтъ и не было «потомъ».Давно склоненныхъ словъ хромыя баллюстрадыВедутъ на грозный, необъятный видъЛишать всего и вся. До оглавленья.По обмороку позабытаго стремленьяМеня онъ до запруды вдохновитъ.Не надо ожидать покрытія эстрады!На разговорныхъ гривенникахъ позовутъНе показаться въ свт лампъ дневныхъ,Разбиться, не опомниться, забыть.Я не хотлъ бы камни подложитьВъ поклоны мной не догоняемыхъ портныхъ.Кто Цезарь? Кто не стестенный Брутъ?Повелвалъ все тотъ же, кто вернетсяНа сотканное правды полотно.Часъ не забудетъ. Не предастъ минутаЗа шагомъ шагъ нелпаго маршрута.Возьми ударъ. Долой окно!Быть можетъ кто-то и проснется.И то сойдетъ остановиться въ пар,Ища на выходъ свой бездарности билетъ.Пусть сдвинется на шагъ заточенная сила!На берегу смиреннымъ пепломъ илаПроклюнется ободранный портретъВъ далекой утонувшей поздно фар.
«Младенецъ, восхваленный съ устъ твоихъ…»
Младенецъ, восхваленный съ устъ твоихъ —Переворачивается въ комнат сосдней.Свтъ неизвстности! Начало новаго пути!Ему общанное ты сомни и отпусти;Мы находились и въ его передней,Пакетомъ радости обмнивали стихъНа то, что у твоихъ ковровъ, по правойСторон дарилъ теб, не длая зарубки.Я – часть тебя съ обхода черезъ даль.Но и сегодня холодна та сталь,Очарованіе очередной газетной утки…Все сковано не исчисляемой оравой.Поздравила. И канцелярія седьмыхъ небесъЗабила окна. Все – къ ногамъ твоимъ.Точили шпаги въ табака разводахъЖивущіе безгршно не въ сосднихъ взводахъ.Имъ моего не надо. Твой лишь гримъВъ безсонниц варилъ слетающій балбесъ.А первое – упавшее. Какъ листъ. На перекресткНедалеко отъ будущихъ стихотвореній на ходу.Да, все неслось. У этого валетаНмыми жестами ея кордебалетаСмшить неясность.Медитирую въ саду.А надо мной – лишь звздъ просроченныя блестки.
«Пришелъ… И перваго ужъ половина…»
Пришелъ… И перваго ужъ половина…Не такъ внутри какъ въ звздъ молчань.Идутъ чужіе. Разговоръ закатаВсе объясняетъ. Ты не виновата.Съ тобой на шаг плавали односельчане,Гд насъ пугала голосовъ лавина.Я былъ на горизонт въ пламени бокала.Но не одинъ! Я все еще съ тобой.Твои раскрытые глаза ихъ не пускали.Мы листья не опавшіе въ гроз прополоскалиИ вытащили чувства вразнобой —Тебя не отберетъ всемірная а ЗсаіаИ сброситъ стны. Вс, кто здсь – антрактъ.Замну сн переберу до трещинъ на дорог,Запоминая ихъ пустоты глазъ.Вн облаковъ и ихъ безликихъ расъТы неминуемо останешься во слогПодписанныхъ безумствъ. Горитъ твой пактъ…И грустно имъ не перетьсяВъ борщевика лохмотьяхъ и узорахъ,Что за стной ужъ убрано прилично.И чтецъ одинъ гулялъ здсь лично,Стесняясь мховъ, потомъ которыхъВозьму на ночь и буду грться.
«Мое ршеніе сегодня не дается такъ легко…»
Мое ршеніе сегодня не дается такъ легко,Какъ ране. И нтъ тому причинъ.Теряется большое, но покрытое весной.Но кто-то скажетъ, что бываетъ выноснойНа воздухъ календарь. И тамъ его починъ.Отъ этого не легче. Скисло молоко,Луна сегодня не пришла. Гд сонъ мой благородный?Остаться? И смотрть на то, что отложилъ?Когда умретъ влеченіе туда? Чего мн ждать?Какъ мн, закрывъ глаза, съ домами воевать?Я только жизни до блаженства не дожилъ!И градъ мой сталъ не слишкомъ модный.Стрляли не въ меня на дняхъ. Они не знаютъ,Что рельсы порохъ уведутъ въ московскомъ направлень.А тамъ – чужія тропы. Безъ меня. Не въ лицахъ.Ужель все это – только чтобъ креститься?И было отъ грховъ земныхъ единственное исправленье!Я посмотрлъ бы, какъ меня безбожно забываютъ…Обязанъ долго я угли топтать? Рожденіе мое – случайно?А кто по мн рукою пробгалъ тогда? Хотя…Въ глав не этой я скажу про то.Иду въ сарай – другого измренія метро.Благодаря *** я взгляну на все шутя.Богъ дастъ, не такъ все сложится печально…
«Прерву въ весеннемъ Капитоліи свое лобзанье…»
Прерву въ весеннемъ Капитоліи свое лобзаньеНа этотъ неожиданный пріздъ въ два года разъИ пропишу желзомъ, все еще не старымъ,Огарки поднебеснымъ тусклымъ парамъТревожащее, какъ въ ненужномъ мст тазъ,Какъ душъ неслыханное обрзанье.Мн выходить – вдоль стнъ питатьсяТнями, помнящими твои старыя короны.Бгу отъ края и до окончанія вковъНа зависть многимъ не взимая пловъСъ кричащей въ помщеніи вороныО горечи, не принявшей «разстаться».Отъ перекура мало остаетсяПотушенныхъ у пня похабныхъ брилліантовъ.Я со спины поддерживаю трескъ,Мечтающій о дерзкомъ, какъ кровавый всплескъСредь непрочитанныхъ заглавій фоліантовъ,Кому ужъ лучше, чмъ не вчному, живется.Не многіе поймутъ, что за недлю до пріемаТвоихъ прекрасныхъ лебедей я остаюсь.Я буду слышать это. Но не въ лапыНа этой Рай войду сквозь чуждыхъ храпы,Сквозь фишекъ стаю. И не умилюсьТому, что дышитъ у того же водоема.Курить!.. На чайник ужъ новое кипньеОпущенныхъ въ него фантомовъ нашихъ бдъ,Что смяты выставленнымъ наглухо на милю.Смотри въ окно. По не начищенному килюНе буду повторять безплатный мн совтъ,Докол есть сегодня мое бднье.Есть дв звзды. Одну зовутъ не нарченнымъ мломъНа трехъязычной града надписи изъ Слова.Напрасно ты давала этом случиться…Я не посмлъ наук обучиться,Дающей говорить до четверти второгоИ дальше, за приготовленнымъ предломъ.Но не о той я съ мста гртаго гляжу въ ладони.Меня вс знаютъ отъ себя и до послдней высоты.Отдльно благодать несу въ ея просторныя кареты.И люди ужъ не такъ обманчиво раздты;Не такъ придирчивы, не такъ просты…Я малъ въ ихъ топот, какъ пони.Другая… Вотъ вдь какъ прекрасны люди!Не зря я Постъ держу на этотъ разъ.Не соблазнился, но отчаялся… Да, одинокъ.Да, не во всемъ согласенъ съ тми, кто «пророкъ»Себ годами заслужили титулъ. ПасъИхъ заковыристо въ болящемъ блуд.Но вотъ она… Прошу прощенія, Куранты…Не ставьте на весло ненужный втеръ воли.Не перепутайте, прошу, вы этихъ славныхъ дамъ.Я самъ въ себ ихъ вспоминаю по утрамъ —Даютъ он безбожно много солиОтъ міра, сквозь разорванные банты.Прижалъ себя. Напротивъ – радость четверыхъ.О ней вчера я разговора лилъ прикосновенье.Дай, Богъ, ей славнаго партнера!Во мн не находили сутенера;Я отказался отъ прикосновеньяВъ запасы личные поверхностныхъ портныхъ.Кто цнить лучше мои сны безъ репетицій?Кто сжегъ за полотномъ свое второе море?Сказала все. Но я просилъ молчаніемъ другое.Напомню состояніе въ хоромахъ дорогоеВъ полночномъ хитрости хваленомъ ор,Терпя изюмъ мірскихъ *** амбицій.Минуты до очередного таинства остались.Присаживаюсь снова въ лотоса паренье.Давно не слышалъ звуки, что сейчасъСо мною мой сопровождаютъ часъ.Дарую имъ почетное явленьеСвоихъ грховъ, гд мы съ тобой разстались.Да, время есть. И есть еше терпньеПо ихъ призыву описать вселенское ршеньеТвоихъ родныхъ. Тебя еще не отпустилъНа памяти моей сухой настилъ.Узри однажды ощущеньеВъ мой часъ послдній, за которымъ – тлнье.А что душа? Она не понимаетъ казней.Ангелы даруютъ Ломать сосудъ и разливать пустоты.Но дологъ вечеръ. Все еще учтется въ голов.Я закрываю на глагол книгу. Все – по мнВъ глазахъ твоей ночной икоты,Что словеса мои нещадно атакуютъ…
«Главнйшій день. Сегодня – колокольная канва…»
Главнйшій день. Сегодня – колокольная канваПерекрываетъ улицы съ построеннаго дома.Одинъ въ одинъ… Хотя… Узлы на абордажъБерутся сильно. Вчно новъ ршающій купажъВъ нагой и безысходной кальк брома.Во мн здсь Самарканда два.За милю крикъ отсюда – каменная пропасть;Глумится каждый надо мной на новый ладъ.Скачу по ярославскому загону Какъ въ пятницу по синему вагону.Остался въ памяти подслушанный коровій ядъ.Остался я. Дозволилъ нарисованнымъ таро я пасть.Вчера въ предплечь» рыжая порода;Угадываю въ шаг» окончаніе пути.Похожа сильно! Шагъ мн не создать.Съ замасленныхъ ршетокъ глупо умирать.Впущу того, кто видитъ, какъ войтиКо граду камня съ сита огорода.Васъ трое. На картин, на доск игры.На куличахъ, попавшихъ подъ струю воды и дыма.Зашелъ. Просилъ я Господа о васъ —Родной, святой и доброй. Онъ день спасъ?Мн даже не досталось части Крыма,Мн въ крабахъ нарисованныхъ упрямствовали осетры.Идется то обыкновенно и угрюмоСъ листа на листъ, сжимая строкиДо споровъ о количеств изъ точекъ.По вроятности берущихся двухъ мочекъДаются разночтенія позорные урокиОтъ Индіи пришедшаго кайума.
«Сейчасъ не такъ тамъ. Тнь ушла…»
Сейчасъ не такъ тамъ. Тнь ушла.Не прихожу, не бью посуду.Но въ жизни параллельной ты сидишьИ на старанія кровей глядишьКакъ на пріятную обманутую ссуду.Рука твоя желанное нашла.Единый разъ. Безъ осужденія петель.Теб такое не дано. Все очевидно.А я принесъ. Практически лишилаВся мантія твоя, что поспшилаУдрать къ ручью, меня. И, видно,Устоять не смогъ нагой метрдотель.Съ тобою знаемъ – здсь все благочинно.Пусть не втираются въ довріе глупцы.Все на двоихъ… А какъ иначе?Слезами мутными природно плачетъСіе блаженство. Старые купцы…Подобно намъ не думается длинно.Пускай хоть такъ. Кому изъ васъ пріятно?Глаза тогда ты направляла строгоНа то мельканіе. А занавсъ – пришитъ…Никто подобно дню и не гршитъ.И было вдь Констанцій много.Я сдлаю узоръ. Теперь ужъ все понятно.Ты помнишь? Нтъ, не думаю я такъ.Забыла все. Но я пиш согласно договору.Въ каньонъ смотрли рядомъ съ тазомъВс наши поры, политыя сказомъ.Украсть ихъ не дано теб иль вору.Любой мгновенно попадетъ впросакъ.Потомъ мы уходили… И такое повторялосьВъ литературномъ діалог снова, снова…Зоветъ малина. Восемь вечера. Курить.Какъ безъ того безсмысленно мн жить!Кометы запускаютъ у окна второгоИ это – все, что не терялось.
«Возлегъ я грузомъ и угадываю вчность…»
Возлегъ я грузомъ и угадываю вчностьИ снга, и вчерашняго глумливаго простора.Все сходится квадратами цвтовъ.Ты въ этихъ маскахъ у затопленныхъ мостовъРаскладывала красоту умло, скоро,Даря и ненавистнымъ человчность.А здсь, довольствуясь огнями инквизиційДля прекращенія страданій, кашляя въ озноб,Никакъ не утирается послдняя слеза.Съ твоимъ подаркомъ голосуемъ «за»,Рыдая на приснившейся утробПо поводу чужихъ теб амбицій.И черезъ слово: «я – одна». Земное!Не врю ничему. И коротокъ мой сонъ.Меня ты исправляешь на разсвт.Къ чему вс сны – и т, и эти?Былъ недалекъ извстный Мендельсонъ,Печатей оглушивъ все заводное.Уже не есть мн идеаломъ край родной,За что разбился, счастье выпуская.Теперь по гранямъ свта снгирейТопчу я все, что тутъ меня древнй,Красавицу поэзіи въ Христ алкая,Пронизывая свтъ усталой головой.Она не ждетъ. Забыла стихъ.Къ какому смыслу ложь пристанетъ?Не понимать стараюсь. Разлюбить.Всегда въ такой мн участи пробыть.Проходятъ годы. Человкъ у сада ранитъТого, кто вспомнитъ это, оставаясь лихъ.
«Есть что-то, что даруетъ мирныя забавы…»
Есть что-то, что даруетъ мирныя забавы;Нтъ только горизонта деревянной шеОтматывать туда-обратно наносное.Мн дважды завернули развсноеВъ пыли однажды проспиртованной траншеи,Гд не предвидны безстрашія анклавы.Все выложено. Все имется донын.Не пропадаетъ цвтъ на монохромной тушБылыхъ помпезностей. Оно порхаетъ!Въ меня, глаза закрывшаго, вдыхаетъБылину, до меня въ достойной сушПрижатыми… Он слабы, гордыни!Я имъ дыханіе – задаромъ! АроматъСталъ вынутымъ отъ розовыхъ и тонкихъ…Есть ясность! Что еще тутъ говорить?Позволили мы выходящимъ полосы залитьВъ терновыхъ рощахъ, въ пальцахъ ломкихъ.Судьей былъ не проснувшійся сарматъ.Одинъ ли разъ по типу трехъ отъ шторъТы въ благодарность роли пережгла?Горбата мдь… Но не страшне лжи,Которой безнадежно мы должны.Изъ разности я создаю и Сенежъ. Гла…Глаголъ? Глафира? Подлый споръ!Не отлучай! Я здсь остановлюсь.Хотя ночлегъ не скоръ, ты для меня разлейДо подлости хранить въ хрустальной тарТвое начало, что сейчасъ украли.Далекъ отъ насъ танцующій Бомбей…Ахъ, да… Кольцо… Вдь я женюсь.