Чтение онлайн

«А ведь, если это то, о чем я подумала, то это более, чем удачно, что я сейчас здесь».
– Прикинула Кьяра, рассматривая трех незнакомых ей мужчин, расположившихся на подиуме и нетерпеливо ожидавших, пока все рассядутся.

Солидные, представительные мужчины, один из которых являлся, кажется, ректором Академии. Они стояли в глубине сцены справа от кафедры и о чем-то тихо, но с видимой озабоченностью переговаривались. Было в их поведении нечто, выбивавшееся из рутины официальных массовых встреч. Какая-то настороженность, нервозность, что-то лишнее, если можно так сказать.

– Можешь что-нибудь сказать? – спросила она Марго, наклонившись к самому уху девушки.

– Они нарушили субординацию и действуют на свой страх и риск, - ответила после короткой паузы Марга. – И это заставляет их нервничать.

– Спасибо, Марг! – Кьяра успокаивающе положила руку на бедро кандидатки в третьи нелишние и с удивлением обнаружила, что наложница Герта отреагировала на ее прикосновение самым недвусмысленным образом.

«А жизнь-то налаживается!» - хихикнула мысленно Кьяра, вспомнив старый еще гимназической поры анекдот.

Но на самом деле, ей отчего-то оказалось важно, как и на что отозвалось тело условно предполагаемой в будущем любовницы. Но все это в будущем, если вообще. А пока она усилием воли погасила вспыхнувший было внизу живота интерес к рыжей ведьме и сосредоточилась на мужчинах, стоявших на сцене. Их вид, их поведение и их отчетливая нервозность заставляли думать, что эта встреча организована с единственной целью: найти Зои Геннегау. Возникал, правда, вопрос, отчего именно здесь, и почему среди бедных дворян и небогатых простолюдинов. Но это как раз было объяснимо. Где еще по мнению власть предержащих может прятаться беглая княгиня? О том, что она одаренная, было известно с того момента, как появилось ее имя на кресле в зале князей-выборщиков. Не маги и слабые маги, по-видимому, не смогли бы активировать древние плетения Договора. Но, если Зои волшебница, - и при том сильная волшебница, - где ей еще и быть, кроме как в Академии. Не бесспорное утверждение, поскольку до того случая в Аппе, который был на деле чистой случайностью, Кьяра вообще не собиралась выходить из тени, строя жизнь и карьеру вдали от магической аристократии. Возможно, впрочем, что те, кто взялся ее искать, допускали и такую возможность, но надо же им было с чего-то начинать? А поскольку все девушки с первого этажа имели свою совершенно очевидную историю, то искать Зои среди них было, вроде бы, глупо. Поэтому только второй и третий этажи, и, учитывая возраст княгини, курсы с первого по третий. Интриговало другое: кто ее ищет, и что этот кто-то собирается делать, когда и, если найдет сбежавшую княгиню? Вот это был действительно серьезный вопрос. И, если предположить, что на данный момент это всего лишь частная инициатива ее приемного папеньки, то при обнаружении могли и шею свернуть. Если же ее ищет не только регент, но и его друг император, - но не как император, а как давний приятель Конрада, - то вероятность того, что ей организуют несчастный случай резко возрастала. У императора наверняка больше возможностей, чем у кого-либо еще, даже если он не задействует ресурсы Черного кабинета, Гильдии и Дворянской ложи. Но Гильдия и Ложа, скорее всего, ищут ее в контакте с Коллегией выборщиков. Она им нужна живая и здоровая, чтобы занять свое именное кресло в зале князей-выборщиков. Интересно другое, знал ли император о магическом договоре? И, если знал, то не являлось ли предполагаемое убийство Зои способом еще больше ослабить Коллегию? Вопросов было много, ответов же, как всегда, гораздо меньше.

«Что ж, посмотрим, - решила она. – В конце концов, я могу ошибаться, и это совсем не то, о чем я подумала вначале!»

Но нет, как тут же выяснилось, она в своих предположениях не ошиблась. Во всяком случае, в некоторых. Как только все места в зале были заняты, двери закрылись, и присутствующие оказались, что называется, тет-а-тет с пригласившими их на встречу мужчинами.

– Дамы! – вышел вперед ректор, лицо которого было смутно знакомо Кьяре по брошюре, полученной еще в Гильдии. – Господа! Вопрос, ради которого я собрал вас сегодня, крайне серьезен, и хочу вас сразу предупредить. Хотя никаких клятв с вас мы брать не станем, распространение информации, обладателями которой вы станете, вне пределов этого зала может привести к серьезным последствиям. Для того, кто был несдержан на язык, я имею в виду.

– Вы что, мне угрожаете, барон? – подал голос один из парней. Кьяра его не знала, но судя по тому, как он выглядел и с кем рядом сидел, это был граф фон Вианден, учившийся на пятом курсе.

– Ни в коем случае, граф! – поклонился парню ректор, и Кьяра предположила, что барон де Тайльбур попал в крайне сложную ситуацию, оказавшись в полном смысле этого слова между молотом и наковальней. Те люди, которые стояли рядом с ним на сцене, были, по-видимому, птицами высокого полета, и он не смог им отказать. Однако, такие люди, как Август фон Вианден были явно не по зубам ни ему, ни его гостям. Граф не был наследником, свой титул он получил после смерти отца, и это был достаточно громкий титул, чтобы с ним считаться. А кроме того, он являлся родным племянником герцогини де Ла-Тремуй – жены маршала империи.

– Итак, - продолжил ректор после короткой паузы, - я хочу передать слово господину Луи. Прошу вас, милорд.

«Вот так просто? – восхитилась Кьяра. – Луи и все? Милорд, но ни титула, ни должности? Мило!»

– Дамы, - вышел на авансцену господин Луи, - господа. Есть основания предполагать, что среди студенток Академии скрывается одна высокопоставленная особа. Я не хотел бы называть ее имя, но титул назову. Девушка княгиня, хотя или не знает об этом, или в этом не уверена. Однако, я полагаю, что даже в самом крайнем случае княгиня, как минимум, догадывается о том, что она не простолюдинка, и знает причину, по которой ей следует скрываться. Я обращаюсь именно к ней. Ваша светлость, вам нечего опасаться. Возможно, в прошлом имели место некие причины для того, чтобы жить под другим именем, но сейчас их нет. Ваш отчим будет счастлив принять вас в вашем родном доме и снять с себя обязанности регента. Не знаю, кто и что сказал вам про вашу семью, но заверяю вас вам ничто не угрожает. Напротив, ваша семья с нетерпением ждет вашего возвращения и готова раскрыть перед вами свои объятия.

«Так, так, так, - задумалась Кьяра над словами неизвестного, - свое имя не назвал, на императора не ссылался и даже Конрада обозначил всего лишь, как отчима. Теперь, если даже эта история всплывет, обвинить в нарушении протокола никого будет нельзя. И в убийстве бедной сиротки, к слову, тоже. Молодцы!»

– Луи? – подала голос девушка, судя по всему, являвшаяся «группой поддержки» двух других девиц. – Назовите ваш титул!

– Я не обязан! – поморщился мужчина. – И, вообще, вы, барышня, влезаете не в свое дело!

– Во-первых, не барышня, а миледи, если уж вы, господин граф не узнали собственную родственницу.

При этих словах «Луи» пошел красными пятнами, а ректор отступил в глубину сцены, явно уже жалея, что поддался на…

«Ну, на что он там поддался? На просьбы, на уговоры, на шантаж и давление, что-то еще?»

Второй неназванный мужчина тоже явно занервничал.

– Здравствуйте, графиня, - через силу поздоровался граф «Луи».

– Так гораздо лучше, - продолжала нагнетать девушка старшекурсница. – А, во-вторых, с каких это пор вопросы, связанные с судьбой Зои Геннегау, решаются без упоминания императора и без участия представителя Коллегии выборщиков? Или ваш анонимный спутник один из князей-гарантов?

«Князья-гаранты? – удивилась Кьяра, услышав новый термин. – Господи, прости! Сколько же всего я не знаю! И да, бедная Петти! Уже сегодня все узнают, что у нее есть сестра или кто-то вроде того, претендующий на титул князей Геннегау».

– Девушки! – обернулась так и не назвавшаяся пока графиня к залу. – Если среди вас действительно есть княгиня Зои Геннегау, то я от имени семьи де Клермон-ан-Бовези предлагаю вам защиту и поддержку. Князь-выборщик Арман Бигорр мой двоюродный дед, он точно не оставит вас в беде. Не вижу, гранд-принц Дюрфора здесь?

– Он отсутствует, - вынуждена была подать голос Кьяра, - но я уверена, он поддержит вашу инициативу, миледи!

Герт

Честно говоря, возвращаясь из столицы в Академию, Герт планировал прежде всего разобраться с несколькими наиболее актуальными делами. Хотел переговорить с Маргой, которую, с одной стороны, надо было успокоить, объяснив, что бросать ее на произвол судьбы Герт не собирается, а с другой – аккуратно, не обижая, снизить уровень ее притязаний, вернувшись к духу и букве подписанного ими контракта. И все же Марга была меньшей из его проблем, поскольку гораздо важнее сейчас было помочь Кьяре. С ней, конечно, тоже следовало определиться, чтобы понять, какой тип отношений предпочтителен на данном этапе. Кто она ему? Не жена – это, пожалуй, факт. До уз Гименея, - если до этого, вообще, когда-нибудь дойдет, - еще далеко и долго, но, с другой стороны, вполне возможно, им придется пожениться гораздо раньше, и не из-за вульгарного залета, а потому что она княгиня Геннегау. Кьяра княгиня и это чревато для нее большими неприятностями, поскольку в силу ее особых обстоятельств она сейчас чрезвычайно уязвима. И это тоже факт, так что может сложиться такая ситуация, когда свадьба станет неизбежной, но вот тип отношений между ними от этого так сразу не изменится. Жена – это ведь не только формальная категория. То есть, для большинства мужчин в этой среде все так и обстоит, но Герт себе такого счастья не хотел. Так что на данный момент Кьяра ему все-таки не жена, и даже не невеста, а любимая девушка, если, конечно, то, что он к ней испытывает, и в самом деле, любовь.

Разумеется, остаются еще технические вопросы, - например, где спать, - но Герт был уверен, что они решаемы. Главной проблемой являлся все-таки ее титул. Титул и все, что с ним связано. Вот здесь предстояло распутать совсем непростой клубок опасных тайн, чтобы понять, что к чему, и откуда ноги растут. И все это, не говоря уже о том, что необходимо защитить ее от неизвестных пока угроз. Вот, собственно, об этом обо всем Герт и думал, возвращаясь из Майена в Академию. Однако заняться этими вопросами ему не позволили. Только приехал, пришлось срочно возвращаться обратно в столицу. Его императорскому величеству захотелось пообщаться накоротке со своим нежданно-негаданно возникшим на горизонте родственником. А слово императора, как известно, закон, и Герт, не успев ни с кем и словом перемолвиться, потащился назад в Майен. Даже записку написать не смог, - ни Кьяре, ни Марге, - потому что на холме Паломников его уже дожидался личный порученец императора в бронированном лимузине. Так что, не заезжая в Академию, Герт перешел из такси в присланный за ним огромный автомобиль представительского класса и отправился на встречу с Лотарем IX в его Ставке в замке Альтенбург. Географически это было довольно-таки далеко. Академия располагалась в семидесяти километрах к западу от столицы, а Ставка располагалась в пятидесяти километрах к востоку от Майена. Объездной дороги пока еще не существовало, - ее только-только начали строить, - а это значит, ехать предстояло, пересекая столицу насквозь по самым запруженным улицам города. Единственное, что утешало Герта, это то, что он находился в просторном салоне роскошного автомобиля, оборудованном телевизором и баром, и ехал с комфортом, позволявшем отдохнуть и еще раз обдумать сложившуюся вокруг него ситуацию. Выработать линию поведения в отношениях с императором и с его женщинами и решить, наконец, каковы его жизненные планы и приоритеты в краткосрочной и дальнесрочной перспективах. Что ему важно, а что не очень. Без чего можно обойтись, а за что следует держаться обеими руками. И где проходит граница между желаниями сердца и доводами разума.