Чтение онлайн

– Кстати, - добавила женщина, уже было повернувшаяся, чтобы уйти, - Анна Изабелла Гонзага слыла красавицей, и не зря, если портрет не лжет. Про ее сына принца Евгения Александра говорили, что он был похож на мать и невероятно хорош собой, но, к сожалению, его портреты не сохранились. Думаю, вы, принц, похожи именно на своего прадеда.

Интермедия №3: Портрет Герарда Вейланда

Самое любопытное, что портрет герцогини Гонзага Герт уже видел, хотя в портретной галерее императорского дворца оказался впервые. Другое дело, что только сейчас, оказавшись перед ее парадным портретом и услышав комментарии графини де ла Марш, он понял, как так вышло, что он безродный люмпен оказался похож на Евгения Александра гранд-принца Дюрфора. Становился теперь понятен и его выбор своей легенды. Все просто, подсознательно он хотел походить на героя своей несбыточной мечты, а мечта взяла и сбылась. И вот, что странно: все ответы были ему известны заранее, и объяснение чуда лежало перед глазами, но потребовалось оказаться в императорском дворце, чтобы картинка сложилась, и он узнал правду.

«Идиот! Какой же я идиот! – думал он, удивляясь своей глупости. – Как можно было не догадаться?!»

Впрочем, иногда все становится простым и очевидным только задним числом, когда ты получаешь в руки все подсказки, и можешь, наконец, увидеть всю картину целиком. В Бергланде, как и во многих других горных районах, попадается довольно много мест силы. И это не он такой умный, а те ученые-маги, которые изучали феномен территорий с повышенным магическим фоном. Арнольд из Виллановы был, по-видимому, первым, кто написал трактат о местах силы. Ему принадлежали первое научное определение этого феномена и описание трех таких мест, одно из которых находилось как раз в восточных предгорьях Бергланда. Вторым уже в пятнадцатом веке стал Василий Валентин. Этот алхимик и чернокнижник внес уточнение в понятие «Место силы» и нашел еще две таких территории. Третьим уже в семнадцатом веке стал философ-герменевтик Потериус. К слову сказать, во время своих странствий этот ученый муж обнаружил «Пятно силы высокой интенсивности» на южной границе Высокого Бергланда. Там он, в конце концов, и поселился, ведя жизнь отшельника и экспериментируя с «природной эманацией магии». Позже к этому вопросу обращались и многие другие ученые, а Герт узнал обо всем этом совсем недавно уже в Академии, прочтя монографию Бероальда де Вервиля «Природная магия и места силы». Так вот, задним числом он понял, почему ему так «трудно дышалось», когда он покидал свой дом в Бергланде. Сам Герт долго считал, что это связано с теми различиями, которые существуют между «городами людей» и «вольной волей диких гор». Потом он, конечно, попривык жить в городах и думать забыл о том, что в Гертовом урочище колдуется куда проще, чем в любом другом месте. И, только оказавшись на территории другого места силы, на котором была устроена их Академия, Герт снова ощутил ту небывалую легкость в использовании магии, которую знал по своей родной долине.

Что ж, это был первый факт «в строку», первый кусочек пазла или, лучше сказать, здоровенный кусок будущего полотна. Но потом к первому факту подверстался второй. Сейчас Герт с удивлением вспомнил, что выживать в детстве ему помогали не только хитрость и большая физическая сила, но и то, что он никому не нравился. Поэтому педофилы и гомики обходили его стороной. Кому он был нужен со своей страшной мордой! Однако позже, во время его экскурсий в большой мир, девушки от него уже не шарахались, а позже даже стали западать. Когда и как это случилось, он не помнил, потому что просто не обратил внимания. Но сейчас, рассматривая всю эту историю ретроспективно, он начал понимать, что сила желания – это не пустые слова. Это действительно сила, не только способная одним махом телепортировать тебя на семьсот километров или поджечь кучу мокрого валежника под проливным дождем, но также позволившая его телу и лицу меняться согласно его подспудным подсознательным желаниям.

И, наконец, третий фактор – воображение. Иногда, чтобы творить волшбу достаточно одной лишь силы желания, поддержанной объемом доступной тебе магии. Но сила желания, помноженная на силу воображения, способна творить истинные чудеса. И тут неважно осознает ли волшебник то, что воображает, или нет. На самом деле, Герт очень долго не понимал, как надо что-то вообразить, чтобы оно воплотилось в реальность силой желания. Потом научился, но по-прежнему использовал свой дар чаще интуитивно и неосознанно, чем точно зная, что именно он делает, и контролируя этот процесс. Наверное, поэтому только сейчас Герт сообразил, что, не отдавая себе в этом отчета, он много лет понемногу менял себя под случайно найденный стандарт. Образцом же ему послужили портреты герцогини Гонзага и ее сына гранд-принца Дюрфора Герарда Вейланда. Среди сокровищ, найденных Гертом на месте катастрофы, находился футляр, сделанный из инкрустированного серебром и слоновой костью черного дерева. Внутри этой длинной плоской шкатулки в устланных бархатом выемках лежали эмалевые миниатюры: овальные, оправленные в золото, они были достаточно большими, чтобы можно было рассмотреть детали. Десять сантиметров в высоту и 7–8 в самом широком месте. Все они были надписаны, и поэтому Герт знал, что на двух портретах была изображена Анна Гонзага, на первом ей было где-то семнадцать-восемнадцать лет, а на втором – ей было уже под тридцать. Имелся так же портрет Александра Вейланда, приходящегося Евгению Александру отцом, и портрет самого прапрадедушки в возрасте двадцати лет. Вот эти четыре портрета и стали для Герта эталоном. Он их часто рассматривал, изучал документы и книги, описывающие их жизнь, брал в руки, принадлежавшие им вещи, - княжеский перстень, другие регалии и оружие, - и много думал о них. Возможно, подсознательно он хотел походить на этих великолепных людей. И вот чудо свершилось. Сила желания, даже если само желание не было сформулировано в словах, воображение, опиравшееся на образчик, и огромной силы магический фон сделали свое дело. Он стал Герардом Вейландом гран-принцем Дюрфора, князем Вексена и Гатине, графом Монфор-л’Амори, сеньором де Гудан и дез Эссар, графом де Бенон и Мант.

[1] Канноли (итал. cannoli — «трубочки») — традиционный сицилийский десерт: вафельная хрустящая трубочка с начинкой из сыра (как правило, рикотты или маскарпоне), пропитанная сиропом (чаще со вкусом ванили или шоколада), местным ликёрным вином или розовой водой.

[2] Пул (англ. pool) — объединение участников рынка в форме передачи части активов (патентов, лицензий) в общий фонд. Поступившая прибыль от совместной деятельности распределяется между участниками согласно заранее установленной пропорции (квотам), определяемой при вступлении.

[3] Демоны Гоэтии (лат. Ars Goetia) — демоны, перечисленные в первой части магического гримуара «Малый ключ Соломона». Имена демонов даны, фамилия всех демонов — Инферналес. Всего список насчитывает 72 демона, которые играли важную роль в средневековой магии и теургии. Каждый из них, как считалось, отвечал за определенную сферу бытия, и его призыв можно было использовать для достижения соответствующих целей — обретения знаний, предсказания будущего, достижения материального благополучия, и так далее. Помимо так называемой сферы влияния и ответственности, каждый демон имел свою собственную печать (сигил), а также изображение.

[4] Is fecit cui prodest — сделал тот, кому выгодно (лат.).

[5] Cui bono? Cui prodest?
– Кому выгодно? Кому впрок? (лат.).

[6] Алле-оп - цирк. употребляется как команда, подаваемая перед началом исполнения трюка.

[7] Тензид - Поверхностно-активное вещество (ПАВ, тензид) — химическое соединение, которое вызывает снижение поверхностного натяжения, концентрируясь на поверхности раздела термодинамических фаз. К ПАВ относятся, например, обычные мыла.

[8] Тезаурус, в общем смысле — специальная терминология. Более строго и предметно — словарь, собрание сведений, корпус или свод, полномерно охватывающие понятия, определения и термины специальной области знаний или сферы деятельности; в современной лингвистике — особая разновидность словарей, в которых указаны семантические отношения (синонимы, антонимы и т. п.) между лексическими единицами.

[9] Имеется в виду Фрейд, которого в империи, как и сейчас на западе зовут Фройдом, и его сентенция «Всё, что вы делаете в постели, — прекрасно и абсолютно правильно. Лишь бы это нравилось обоим. Если есть эта гармония – то вы и только вы правы, а все осуждающие вас – извращенцы».

[10] Есть мнение, что итальянцы знают толк в черном кофе.

[11] Ристретто. Отличается высокой дозой кофеина. Готовится из 5-6 г кофе, воды же используется не более 25 мл. В России это вид эспрессо не получил распространения, но имеет большую популярность в Италии. Его подают со стаканом холодной воды: прежде, чем отведать крепкий напиток, делается пара глотков воды для того, чтобы лучше прочувствовать вкус кофе.

[12] Когнитивный диссонанс — состояние психического дискомфорта индивида, вызванное столкновением в его сознании конфликтующих представлений: идей, верований, ценностей или эмоциональных реакций.

[13] Трюизм, также труизм — общеизвестная, избитая истина, банальность. Трюизмом называют что-то самоочевидное большинству людей, что упоминается лишь как напоминание либо как риторическое или литературное высказывание.

[14] Эктор, аctor (лат.) – 1. действующий, приводящий в движение; 2. исполнитель, виновник.

[15] Буч — маскулинная лесбиянка. Бучи — «активные» лесбиянки, выполняющие доминирующую роль в отношениях.

[16] Магнус Дукс - Magnus dux – великий герцог.

[17] В кельтской мифологии Морг (или Морриган или Моргана, см. Моргана Ле Фей) — это богиня смерти, войны и предсказания.

Глава 7. Невероятная сложность бытия

Зои

К счастью, прием у императора закончился без эксцессов. Встреча с графиней де ла Марш оказалась единственным инцидентом, не предусмотренным ее личными планами и программой приема. Больше ее никто не опознал, не беспокоил и ни во что не втягивал, и она отлично провела время, осмотрев достопримечательности дворца, вволю потанцевав, - в том числе и с Гертом, - и мило пообщавшись все с тем же Гертом и с подругами и друзьями по Академии. Впрочем, где-то в середине приема она отметила странное оживление среди некоторых приближенных императора, в числе которых оказался и князь Геннегау. Люди о чем-то тихо, но в достаточной мере нервно переговаривались, что-то обсуждали, и, вообще, сновали туда-сюда, - уходили и возвращались чаще, чем это было предусмотрено протоколом, - да и посещением сортира такие массовые «исчезновения» не объяснишь. Так что оставалось предположить, что ее кресло в некоем зале князей-выборщиков, и в самом деле, обрело имя, и этот факт произвел на всех прикосновенных очень сильное и неоднозначное впечатление.

«Ах, да! – вспомнила она между делом, - еще же банк! Из банка тоже, кажется, должны были сообщить».

Что ж, она понимала и принимала, как данность, тот факт, что другая сторона знает теперь о ее возвращении, и, вероятно, понимает или, как минимум, догадывается, что она тоже «в курсе всех дел», раз нашла правильный банк и предъявила там то, что положено предъявлять. Интересно другое, как вышло, что ее отчим не знал про существование жетонов? Почему ему не рассказал об этом его друг император? Или император, взошедший на престол совсем недавно и лишь благодаря невероятному стечению обстоятельств, тоже не знает всех тайн и секретов? Такое могло случиться, если князья-выборщики решили не ставить его в известность о том, как работает магия их Соглашения с короной. Тогда следовало предположить, что оба, - и Конрад, и император, - были неприятно удивлены, когда сначала пришли новости из банка, а затем на кресле в княжеском зале появилось ее имя: «Княгиня Зои Геннегау». После этого они, конечно, смогут когда-нибудь все выяснить, ведь не может быть, чтобы Черный кабинет, Гильдия и Дворянская ложа совсем ничего не знали про особую магию князей-выборщиков. Но никто из них не знал ни того, где хранился жетон, ни того, как Зои до него добралась. Скорее всего, им не удалось сходу выяснить, где она сейчас находится, как выглядит, где скрывалась все эти годы, и под каким именем живет. Еще, наверное, может возникнуть предположение, что ей кто-то помогал и продолжает помогать, поскольку только это могло бы логично объяснить то, как пятилетняя девочка смогла сбежать из замка Эфт.