Чтение онлайн

Дальше пронеслось лицо Аюми в цветастом зелененьком с яркими цветами кимоно, на фоне традиционного нихонского убранства несущей мне приятно пахнущую благовониями кадку офуро с водой для умывания и бордовое бархатное полотенце. Девушка застенчиво улыбалась и иногда миленько хихикала. Вот только висящий на поясе ее кимоно в золотистых ножнах кинжал-танто и нагината над притолокой входной двери не оставляли сомнений в том, что эта девушка легко превратится в фурию, способную укоротить у тела что-то ненужное.

– Сергий! Просыпайся -Лизкины формы перед глазами кого хочешь разбудят: -Барчук, дайка я тебя расцелую. М-м-м!...оторвавшись, торопливо взглянула куда-то назад: -Хватит-хватит. Потом. Лучше оборачивайся, ладо. Мазаться будем. Не дай Крутобог, бабка Матрена в горницу заглянет. Не смотри, что стара, рушником тя, охальника, хорошенько-то отстегает -девушка, с ехидцей в голосе сказав это, рассмеялась. Ох девки, что вы с нами делаете-то?

Очередным поворотом стекла калейдоскоп отправил меня в казармы Семеновского полка, по случаю нападения катайцев и их приспешников, превратившихся во временный полевой лазарет. Лежу на чьей-то кровати, спешно застеленной чистой, варенной в крахмале, простыней. Александра, тихонько плачущая рядом со мной. Сорвалась вниз очередная капля. Ее высочество, ничуть не стесняясь рядом лежащих в импровизированной палате раненых гвардейцев-семеновцев, принялась гладить и сжимать мою правую руку. Следом в исступлении девушка подняла и прижала мои пальцы к своим губам. После чего принялась нежно гладить мне щеки: -Не смей! Не уходи! Только вставай, миленький, вставай!

И рядом незнакомый доктор, хрипучим строгим голосом:

– Ваше высочество, отойдите. Прошу вас не мешать врачебным магопуляциям. Сигнальный камень этот явственно показывает, что наступило время поставить больному очередной энергетический камушек. Сейчас поставим и уверяю вас, ваше высочество, ваш э-э-э... больной будет в полнейшем порядке.

И вновь все потемнело. Что-то выдернуло меня из несомненно приятного сна. Как жаль. Открыв глаза, мне представилась задрипанная тюремная камера с несколькими шконками-полатями из простой доски. Давно не крашеные стены, с многочисленными царапинами на них, из текстов которых можно было понять о том, кто ранее сидел здесь. И рука толстого конвоира-полицейского, лениво трясущего мое тело.

– Барин! Полно вам дрыхнуть! На выход!

Слез с полатей, пытаясь одновременно размять затекшие и избитые конечности. После фирменных ударов Войшицкого по корпусу, рукам и лицу тело продолжало болеть и ныть. Представляю, что на лице творится. Фингал под глазом мне обеспечен. Эх, баньки бы нашей, думал я. Согласен сейчас и на третий класс. Или на худой конец в японской офуро посидеть, погреться в горячей воде, расслабить избитые мышцы. Ага, мечтай больше!

Мой конвоир, на глазок оценив диаметр моих рук, посмотрел на наручные кандалы в своих руках, представлявшими собой два кованых полукольца, соединенные между собой тремя звеньями цепи и дужками на пружинах. И посредством стопора фиксировавших отсутствие свободы рук.

– Очухались, барин?
– он критическим взглядом оценивал арестанта: -Благородный навроде?

– Вроде как.

– Всхопитися? Идти сдюжишь?
– и видя непонимающее лицо, договорил: -Дожидаются тама тебя. Ежли обещаешь не озоровать, надевать оковы не стану. Лады?

Согласно кивнул мужику, втайне радуясь, что избежал этой неприятной процедуры.

– Смотри, я поверил. Не стой столбом, топай.

И следом небрежно толкнул меня к окованной металлом, с решеткой на окне, двери камеры.

Проход по коридору и в очередной комнате одни конвоиры сменились другими. Одетые в знакомую форму Преображенского полка, они приняли арестанта, подписав все необходимые бумаги. И повели на улицу, залитую очередной осенней непогодой. Там, перед входом в главный полицейский околоток, под дождем и под парами стоял чёрный мериканский "Паккард" Имперского гаража, не раз встречавшийся мне на практической, когда их привозили в цех Арбузова на ремонт. Сев в салон под присмотром конвоиров, мы тронулись. И наш мобиль вскоре медленно выехал со двора околотка, застилая обзор вокруг клубами пара.

****

Из сообщений в прессе.

Журнал 'Jahrbucher fur difentche Armee, Flugschiffe und Marine' (Доротеенштадт). Герр Макс фон Кирхбах, генерал 1-го воздушного флота, отметил в интервью нашему сотруднику, что ход противостоянии с империей Катаев и прочими интересантами показывает, что в силу протяженности границ положение Гранд-Тартарии на всех фронтах в настоящее время весьма неустойчиво. Сухопутные, воздушные и морские силы Гранд-Тартарии чрезвычайно растянуты и больше сосредоточены в ключевых городах империи, что грозит возможным прорывом противника сразу с нескольких направлений. И хотя наступившее затишье на полях явно вызвано небольшой паузой, взятой катайским командованием после неудавшегося десанта в столицу, генерал отметил, что командованию Гранд-Тартарии нельзя расслабляться. Он с большим беспокойством отмечает подготовку и наращивание войск на границах Австро-Венгерской империи, Большой Аглии и Соединенных Штатов Мерикании. Положение империи могло быть спасено срочным вводом в строй эскадренных ударных дирижаблей новых моделей, однако военная дирижаблестроительная программа до начала войны оказалась откровенно слабой на фоне усилий ее соперников. Либо, отметил генерал, вступлением в войну ее союзников, к каковым можно отнести в первую очередь Нихон. Либо предъявлением нового оружия, способного разом переломить ход текущей войны, чего явно не наблюдается. В результате чего нашим соседям остается лишь пожинать плоды собственной недальновидности и засилия в штабах ретроградов, долгое время уверенных в превосходстве парострелов пехоты и сабель кавалерии. В то время, когда германская военная наука и все прогрессивное военное сообщество отдает приоритет магической машинерии вместо использования грубой магии.

Собеседник также сообщил нашему журналу, что, хотя наша Империя держит нейтралитет, в случае, если поступит таковой приказ его величества кайзера, воздушный флот Норд-Германской империи готов прикрыть тыл своему соседу.

****

– По какой причине меня арестовали? Кто-нибудь сообщит мне причину моего присутствия здесь. И где мой адвокат?

– Князь Отяев -Конов?! Не надо гонор выказывать, здесь вам не в лесу. Причина ареста? Вы нарушили Манифест Императора о дуэлях. И пускай ваш оппонент стремился вас убить подлым образом, когда как вы защищались -вина ваша равно как и прочих участников доказана. Не сметь этого отрицать.
– воздух, казалось, уплотнился, давя чем-то тяжелым. Было похоже на то, что я ощутил в Имперской канцелярии, только источником приложения сил был я.

Тихонько скрипнула дверь:

– Погоди, Петр Никандрович. Не давал тебе такого приказа, парня давить.
– в комнату, кряхтя, медленно и явно терпя боль, вошло новое лицо. Отец Саши. Император: -Свободен. Подожди за дверью. Дай мне с ним поговорить на пару. Думаю, после всего произошедшего ему-то уж можно доверять.

Безопасник кивнул государю и, чеканя шаг, вышел из комнаты, оставляя нас обоих вдвоем. Тягучее давление разом пропало, улетучиваясь вслед за вышедшим.

– Ну и как мне с вами прикажете поступать, молодой человек?
– Не до конца выздоровевший с белым лицом Император медленно прохаживался по ковру богато отделанной комнаты, предназначенной для приема гостей загородной резиденции. Дойдя до просторного кресла, он с болью развернулся и плюхнулся :

– Законы мои нарушаем, м? Нарушаем!
– сам же и ответил на свой вопрос

– Дворец мой попортил, м? Попортил.

– За дочкой моей ухлестываем! Ведь ухлестываем?
– Его величество строго всмотрелся в мои глаза.

Я взгляд не отводил. А что? Скрывать мне нечего. Убедившись в этом, мужчина удовлетворенно заметил, возмущенно качая указательным пальцем: -Значит, ухлестываем, стервец этакий. Эти ваши куртуазные штучки сам видел, а уж охрана в подробностях мне апосля доложилась. И как только посмел? Еще кляузные жалобы на вас, князь, пишут. А всего-то и нескольких месяцев в столице не прошло. Чего молчишь-то?

– А что говорить-то? Все так. Правда.
– не видел необходимости я отпираться.

– Каков наглец! Иной бы побоялся. Эхма.
– крякнул он: - Вы, князь, уже в который раз оказываетесь в самой гуще событий. Нет, это прекрасно, Сергей, я и моя семья вам безмерно благодарна за помощь и мы готовы вам отплатить той же монетой, но. Вам везёт, как утопленнику.
– в этот момент я ухмыльнулся. Знали бы вы, как недалеки вы от истины: -Как чертик из табакерки в очередной раз выскакиваете в нужное время в нужном месте, ломая все намеченные планы моих врагов.