Чтение онлайн

Библиография

Barmhartigheid, в Speling51, 1999, № 1.

Callahan S., With All Our Heart and Mind. The Spiritual Works of Mercy in a Psychological Age, New York, 1988.

Fox М., A Spirituality Named Compassion and the Healing of the Global Village, Minneapolis, 1979.

Galloway K., Struggles to Lave. The Spirituality of the Beatitudes, London, 1994.

Lechman J., The Spirituality of Gentleness. Growing toward Christian Wholeness, London etc.,

1989.

PoffetJ., La patience de Dieu. Essai surla misericorde, Paris, 1992.

Rethinking the Spiritual Works of Mercy, ed. F. Eigo, Villanova (Pennsylvania), 1993. Schatz-Uffenheimer R., Hasidism as Mysticism. Quietistic Elements in Eighteenth Century Ha- sidic Thought, Princeton (Newjersey) — Jerusalem, 1993.

Storms C. To Love Mercy. Becoming a Person of Compassion, Acceptance and Forgiveness, Colorado Springs (Colorado), 1991.

Vonhoff H., Herzen gegen die Not. Weltgeschichte der Barmherzigkeit, Kassel, 1960.

Совершенство

На протяжении веков основное слово «совершенство» означало сферу духовности. Люди говорили о «пути к совершенству», различали «этапы совершенства» и называли духовных людей «совершенными». Как и «страх Божий», так и «совершенство» заключают в себе всю совокупность духовного пути. Но в то время как «страх Божий» рассматривает всю эту совокупность, исходя из начала (страх Божий — начало познания Бога»), «совершенство истолковывает ту же самую совокупность, исходя из конца (греч. тэлос). Это подтверждается применением данного слова в Библии. Совершенство (евр. тмм) уже полностью содержится в нашей первоначальной чистоте и, посредством постепенного роста, созревает до полного отречения, которое является критерием совершенства (Ис 18:5, Притч 20:7, Пс 17:26). Теперь мы опишем некоторые аспекты совершенства, которые сыграли свою роль в истории духовности [1082] .

Первоначальная целостность

В храмовых обрядах жертвенные животные должны были полностью проверяться на отсутствие дефектов: «агнец у вас должен быть без порока, мужеского пола, однолетний» (Исх 12:5; 29:1, Лев 1:3). Христиане перенесли этот образ совершенного жертвенного животного на Христа и на самих себя. Павел благословляет Бога, «избравшего нас во Христе прежде создания мира, чтобы мы были святы и непорочны пред Ним» (Еф 1:4, ср. 5:27, Кол 1:22 и т. д.). Люди совершенны, поскольку они созданы по образу Бога. Этот первоначальный образ восстанавливается посредством крещения во Христе. В диалоге с гностицизмом эта концепция приобрела еще большую глубину [1083] . В отличие от гностиков, которые рассматривали совершенство как нечто присущее только совершенному человеку, отцы церкви считали совершенство зачатком, предвечно имеющимся в каждом и стремящимся к возрастанию: таким образом, человек был создан, подобно младенцу, руками Бога из неиспорченной земли, затем Бог вдохнул в него дыхание жизни. Он призван стать совершенным, достигнув той силы, которая заложена в нем при сотворении [1084] .

Зрелость

Первоначальная целостность предвосхищает полную зрелость. В Писании такими зрелыми людьми являются Ной (Быт 6:9), Авраам (Быт 17:1) и Давид (2 Цар 22–24). Евангелия описывают Христа как человека, который жил всецело «в Божьей любви». Он был совершенен. Существует тенденция к объективизации этого совершенства. Тогда оно становится нединамичным: «состояние совершенства», которое может быть определено в жизнеописаниях (мучеников, девственниц), местах (аббатства, монастыри), картинах поведения (нищета, послушание, непорочность), образцах (первая Иерусалимская церковь) и званиях (епископ, отшельник, нищенствующий брат, священник). Однако эти состояния совершенства снова и снова релятивизируются. Это происходит, когда указывается на условный характер каждой из степеней совершенства. «Среди прочего, совершенство подразумевает, что каждый осознает, что еще не достиг его» [1085] . Другой вид релятивизации имеет место, когда различные состояния совершенства противодействуют друг другу: монахи отдаляют себя от институционального совершенства иерархии; нищенствующие братья релятивизируют совершенство монахов; миряне релятиви- зируют совершенство священников и так далее. Третий вид релятивизации указывает на то, что вхождение в состояние совершенства никоим образом не означает действительного достижения совершенства, представленного на этом его этапе: «Я никогда еще не видел совершенного или свободного христианина», — сказал сирийский учитель [1086] .

Возрастание в совершенстве

Между изначальной чистотой младенца, все еще питающегося молоком, и полным развитием взрослого человека, способного вкушать твердую пищу (1 Кор 3:1, Еф 4:13, Евр 5:13–14), происходит процесс возрастания в совершенстве. Совершенство — это динамичное понятие. В словах Павла: «Не потому, чтобы я уже достиг, или усовершился, но стремлюсь, не достигну ли и я, как достиг меня Христос Иисус» (Флп 3:12). Совершенство возрастает через терпение: «Терпение же должно иметь совершенное действие, чтобы вы были совершенны во всей полноте, без всякого недостатка» (Иак 1:4). В истории

духовности предпринимались неоднократные попытки понять возрастание совершенства, используя различные образы (лестницы, реки, дороги, путешествия, течения чьей-то жизни) или же намечая подразделения (фазы, этапы или ступени роста), настолько, насколько люди могли постигнуть меру роста [1087] . Однако в то же самое время писатели всегда выдвигали на первый план безграничную динамику совершенства. «Конец добродетели не имеет конца… Мы никогда не останавливаемся на пути продвижения ни в настоящем, ни в будущем, всегда добавляя свет к свету. Без остановки слава добавляется к славе, и знание — к знанию» [1088] .

Полное самоотречение

Совершенство заключается в любви. Эта истина следует не столько из того факта, что любовь является наивысшей добродетелью, сколько из той аксиомы, что совершенство само по себе состоит в полном отречении. Наглядным примером в той мере, в которой затрагивается этот вопрос, представляется лучник, который «совершенно» поглощен натягиванием лука (3 Цар 22:34), или же царь Давид, который «совершенно» забылся в культовом танце (2 Цар 6:16, 1 Пар 15:29). Уже по своему характеру совершенство является полным отречением без малейшего следа возврата к своекорыстию (Притч 10:9; 19:1; 28:6, ср. Ис 47:9), подобно тому, как правая рука не знает, что делает левая, когда действительно отдает что-то (Мф 5:20). Дар «совершенно» (исчерпывающим образом) скрыт в тайне дарения. Вот что означает совершенство Бога, который посылает дождь на праведных и неправедных, совершенство, которое в Нагорной проповеди дано как пример для подражания: «Будьте совершенны, как совершенен Отец ваш Небесный» (Мф 5:48), — безграничная доброта, которая позволяет птицам небесным летать, а полевым цветам цвести (Мф 6:25–34). Совершенная любовь пребывает именно там, где она освобождается и изгоняет страх (1 Ин 4:18).

Есть также сущностная связь между совершенством и мученичеством: полное самоотречение в любви. «Мы называем мученичество совершенством не потому, что мученик достигает конца жизни подобно другим людям, а потому, что он проявляет совершенную работу любви» [1089] . Смерть мученика — это совершенный конец (тэлос), поскольку в своем существовании он совершенно (тэлейос) поглощен любовью [1090] . Мученичество и, соответственно, любовь останутся глубоким смыслом всех рассуждений о совершенстве и любви, поскольку в них момент самоотречения приобретает совершенную форму: «Не оставайтесь одни, считая себя уже оправданными, а собирайтесь, чтобы возрастать вместе… Давайте станем духовными; давайте станем совершенным храмом Божьим» [1091] . Отказ от самого себя, самоотдача в любви до самой смерти — это есть совершенство. Тереза Авильская говорит: «Очевидно, что наивысшее совершенство заключается не во внутреннем удовлетворении или в великом восторге, или в видениях или духе пророчества, а в таком полном соответствии нашей воли воле Божьей, что уже нет ничего из того, что Он желал бы, чего мы сами не хотели бы всем своим существом» [1092] . Эта жажда совершенства красной нитью проходит сквозь историю духовности [1093] .

Камаль

Мусульманское представление о «совершенстве» (камаль) наиболее верно выражено в «совершенном человеке» (инсан камиль), через которого Бог шаг за шагом проявляет себя. Для этого, согласно некоторым источникам, необходимо 40 этапов: 20 от Первого Понимания, обращенного к земле, и 20 для восхождения к совершенному человеку. «Тропа совершенства» [1094] начинается с создания человека «руками Бога» (Сура 38:75). Бог дает ему дух и жизнь, «вдыхая в него дыхание» (Сура 15:29; 38:72). Адам — это прототип совершенного человека, особенно потому, что Бог научил его именам (Сура 2:31) и дал ему веру (Сура 33:72). В истории этот прообраз наиболее полно воплощен в святых и пророках, а особенно — в Мохаммеде. С самого начала Мохаммед приобрел особое положение в исламе. Он является «ослепительным примером» (Сура 33:21), которому должен следовать каждый мусульманин: совершенным человеком [1095] . Совершенный человек участвует в божественном совершенстве, которое проявляет себя в красоте и очаровании, милости и доброте, в величии и силе, могуществе и возмездии. По существу, это дух, который является источником всех вещей. Таким образом, сотворенный дух Мохаммеда — это «образ несотворенного божественного духа и промежуточная стадия, через которую Бог осознает себя в творении» [1096] . Его совершенство заключается в способности видеть и чувствовать все вещи в свете Бога, называемого Хвайя Мир Дардом — «местом совершенного раскрытия тайны Реальности Ислама», «славой совершенства Пророчествования» и «полным уничтожением» [1097] .

Заключение. Основное слово «совершенство» представляет сферу духовности как всеобъемлющий процесс: от изначальной силы людей до последнего финала. В промежутке между двумя этими состояниями происходит рост,

при котором проявляется как активный компонент (борьба за совершенство и работа над ним), так и пассивный компонент (бескорыстие, самоотдача в любви).

Оглядываясь на четыре основных слова Писания, мы испытываем потрясение от следующих фактов: (1) они раскрывают духовность как процесс создания связи между Богом и человеком; (2) святость и милость выводят божественность на первый план: святость — это божественная непорочность, которая внутренне влечет людей и поглощает их; милость — это божественное изобилие, которое овладевает людьми и захватывает их; (3) страх Божий и совершенство выводят на первый план человеческое начало: страх Божий рассматривает духовный путь с точки зрения начала; совершенство рассматривает тот же путь с точки зрения завершения; (4) все основные слова истолковывают духовность как процесс, в котором люди проявляют как активность, так и пассивность; (5) все основные слова выявляют сферу напряжения по отношению к обычной реальности, которая до определенной степени лишена страха Божьего, святости и милости и не является совершенной.