Чтение онлайн

Дмитрий попытался понять, почему хозяин позволил коллегам заглянуть в Керон, но мысли разбегались, рассеивались, терялись… Маг почти не чувствовал тела, словно оно уже умерло, разум угасал, и перед глазами вновь поплыли беспорядочные, призрачные картины. Однако теперь, это были не прекрасные, умиротворяющие пейзажи, а зарисовки из будущей жизни близких ему людей. Он видел, как Артём потеряно бродит по Белолесью, как Стася беспомощно мечется по убогой запущенной квартирке и зовёт его, как спившийся Валентин бродит по московским улицам, а потерявший друзей Ричард ищет смерти в бою. Он увидел, как высшие маги со злобными, торжествующими улыбками окружают Олефира и закусил губу: "Какой же я кретин! Хозяин говорил об этом, а я не услышал и поднял на него руку! Я поступил, как последний мерзавец! Но зачем было убивать меня? Ведь пока я был жив, я мог всё исправить! А теперь и он, и все мои друзья - все погибнут!
– Дмитрий скрипнул зубами.
– И виноват в этом ты, хозяин! Решил покончить с собой, а, заодно, и со всеми нами?.. Хочешь умереть - умирай! Но друзей я тебе не отдам!"

Маг сосредоточился и, превозмогая боль, попытался поднять руку. На лбу выступили капельки пота, но рука не шелохнулась. Зато иллюзорные гвардейцы и шут пропали. Дима слабо улыбнулся, увидев, как заволновались высшие маги. Но улыбка тут же сползла с его лица: "Если я не справлюсь, они убью Тёму и остальных!" И он попробовал пошевелить пальцами.

–  Я смогу… Я должен справиться… - шептал маг, но тело отказывалось повиноваться. "Ты оставил меня умирать! Высшие маги смотрят на меня и радуются моей беспомощности!
– с тихой яростью подумал Дмитрий.
– Ты говорил, что любишь меня, хозяин, и бросил! Ты отказался от меня!
– В угасающих глазах мелькнула белая искра.
– Это ты никогда не слышал меня! Я всегда был предан тебе! За тебя я был готов убить любого! Я готов был положить к твоим ногам Лайфгарм! А ты не смог простить мне маленькой слабости! Чем тебя задела моя дружба с Тёмой? Ты мог бы получить временного мага! А Стася? У тебя же есть Алинор! Неужели я не достоин хоть какой-то награды за свою службу? И чем тебе помешал инмарский принц?.. Ты всё сломал, хозяин!"

И тут в Белолесье появились друзья. Высшие маги отвлеклись от Керона и голодными глазами уставились на временного мага.

–  Почему ты не ушёл по Времени, Тёма?!.. Я идиот! Я должен был объяснить тебе! Приказать!

Дмитрий взвыл от бешенства, и в угасающих голубых глазах запылал холодный белый свет. Он вырвался из глазниц, сияющим коконом окутал мага, и сломанные кости стали медленно срастаться, а жуткие раны - затягиваться.

Почувствовав возрождение Смерти, высшие маги забыли об Артёме и обратили свои взоры в Керон. Федор хищно вытянул шею. Корней и Михаил побледнели. Витус стал что-то быстро записывать в маленький потёртый блокнот. Марфа улыбнулась, а малая толика сожаления Арсения и Роксаны сменилась сдержанным удивлением.

Губы Смерти растянулись в холодной улыбке, а снежно-белые глаза заскользили по испачканным кровью стенам. Миг - и маг уже стоит на ногах, разглядывая тёмную лужу под ногами и свою рваную, заляпанную одежду. Крылья правильного носа затрепетали, и высшие маги невольно вздрогнули - Смерть был голоден. Подобный голод преследовал его в Маре, но тогда он не справился с ним и убивал всех подряд, пока Олефир не остановил Смерть. Однако сейчас он полностью контролировал себя: "Мне не нужен хозяин!" Маг сел прямо в кровавую лужу и уставился на дверь, терпеливо ожидая возвращения теперь уже бывшего хозяина.

В коридоре послышались шаги, дверь королевских покоев отворилась, и Смерть моментально оказался на ногах. Он широко улыбнулся и раскрыл объятья:

–  Рад видеть вас, мама и папа. А вы?

Олефир улыбнулся в ответ:

–  Молодец. Остался последний шаг - убей меня!

Улыбка сползла с губ Смерти, и он в ужасе уставился на учителя:

–  Очередная проверка?

–  Убей меня, иначе твоё обучение так и останется незаконченным!

–  Не смей мне приказывать!

Смерть тихо рыкнул, и Алинор испуганно вскрикнула. "Бежать!" - пронеслось в голове, но королева не тронулась с места, продолжая оторопело смотреть то на приёмного сына, то на мужа.

–  Почему ты медлишь, мальчик мой? Не хочешь становиться свободным?

–  Я уже свободен. Твоя смерть ничего не изменит!

–  Ты так ничего и не понял.

Олефир с досадой качнул головой, одарил ученика насмешливой улыбкой и исчез. Смерть и Алинор остались одни. Лицо королевы исказило отчаяние. В своей жизни она любила дважды, и оба возлюбленных предали её. Ради Фёдора она пожертвовала инмарским престолом, а Олефиру почти тридцать лет была верной женой, закрывая глаза на его частые исчезновения неизвестно куда и многочисленные интрижки. Алинор любила и мечтала быть любимой. До сегодняшнего дня она верила, что, несмотря ни на что, Олефир любит её, а он бросил жену на растерзание Смерти.

–  Как Вам не повезло, моя королева!
– с напускным сочувствием произнёс Смерть и дико расхохотался.

В пылу ярости маг не понял, что Олефир специально оставил ему жену, и, убивая Алинор, он выполняет приказ хозяина. Смерть смотрел на приёмную мать, втягивал ноздрями аромат её духов, страха и упивался предвкушением убийственного действа.

–  Ублюдок!
– крикнула королева и бросилась прочь.

Смерть пошёл за ней. Словно играя, он метал огненные шары и молнии. Под ноги летели камни. На стенах вспыхивали картины и гобелены. Жалобно хлопали обуглившиеся двери. Алинор едва держалась на ногах, но продолжала идти, спотыкаясь, падая и снова поднимаясь. Слуги разбегались, завидев ошалевшую королеву и невменяемого наследника, и крыло замка, по которому они шли, быстро пустело.

Едва последний керонец покинул опасное место, Смерть остановился, и резким взмахом руки обрушил на голову Алинор каменную плиту. Время замедлило ход - маг видел каждую трещинку в плавно опускающейся глыбе, а когда она почти коснулась волос королевы, безразлично произнёс:

–  Прощай, мама!

Холодный белый свет в глазах Смерти угас. Дима почувствовал предсмертную агонию матери, понял, что натворил, и ужаснулся:

–  Прости…

Маг стоял возле каменной плиты, ставшей надгробьем Алинор, и горькие слёзы текли по его щекам. Он больше не чувствовал радости от свободы…

Артём и Валечка облегчённо выдохнули, а Ричард отпустил Стасю, и она забилась в угол, затравленно глядя на "гвардейца".

–  Тёма!
– Провидица бросилась к сыну и порывисто обняла его.
– Мальчик мой! Ты вернулся!

–  Здравствуй, - прошептал временной маг, обнял мать и взглянул на появившегося в комнате отца.
– Привет, па.

Арсений улыбнулся сыну, подошёл к инмарскому принцу и крепко пожал ему руку:

–  Я счастлив, что вы с нами. И спасибо тебе за Тёму!

–  Дима умирает в Кероне!
– встрепенулся временной маг, но отец лёгким магическим воздействием успокоил его и заверил: - Он не умрёт, сынок.

Артём покладисто кивнул, а Ричард озабоченно потёр лоб, размышляя, доверять словам высшего мага или нет, и склонился над Хранительницей:

–  Не бойся, Стася. Мы в Белолесье. Вставай.

Но женщина лишь сильнее вжалась в стену и завизжала:

–  Не трогай меня! Не надо!

–  Отойди, Ричард!
– крикнула Марфа.
– Отойди, - чуть мягче повторила она, опустилась на пол и осторожно обняла дрожащую как в лихорадке принцессу.

Стася прижалась к провидице, уткнулась в её плечо и замерла, подрагивая всем телом, а Валечка с горечью посмотрел на бывшую жену и ринулся к буфету. Распахнув резные дверцы, он схватил первую попавшуюся бутылку и жадно приник к горлышку: шут короля Олефира хотел забыть свою службу в Кероне и знал, что не забудет её никогда.

Ричард устало опустился в кресло: он прекрасно понимал, чем вызвана истерика Хранительницы, и если б в этот момент ему подвернулся Олефир, то убил бы его не раздумывая, или, по крайней мере, попытался. Мрачный как ноябрьский дуб, инмарец сидел в кресле и буравил глазами Арсения - он хотел попросить помощи у высшего мага, но почему-то медлил. Артём же тянуть не стал, сглотнул подступившие к горлу слёзы и жалобно протянул:

–  Помоги ей, папа, пожалуйста…

Марфа гладила Хранительницу по волосам, шептала на ухо слова утешения и тоже смотрела на Арсения: "Она безумна. Она не понимает, где находится. Она всё ещё там".