Дурацкие игры магов. Книга первая
Шрифт:
– А Дима? Сделаешь его своим палачом?
– Скорее защитником. Я выстрою идеальное общество, в котором не будет места высшим магам! Так что, пока есть шанс, забирай своего временного выродка и беги!
– Нет!
– Как хочешь. Дима, убей наблюдателя!
– Приоритеты расставлены. Сначала - Олефир!
– Ах ты, скотина!
– рассвирепел Фёдор, и Смерть упал на землю, корчась от боли.
Стася зарыдала, Артём закусил губу и вытаращился на бьющегося, как в припадке, друга, а Ричард выхватил меч и бросился на Легенду Лайфгарма. Ядовито усмехнувшись, Фёдор метнул грязно-зелёную молнию. Инмарец поднял меч, чтобы отразить удар, но молния вдруг развернулась и врезалась в грудь наблюдателя.
– Папа!
– заорал Артём и упал на колени рядом с отцом.
– Уходи… - прохрипел Арсений.
– Мне уже не помочь…
– Нет!
– Временной маг вскочил и безумными глазами уставился на Фёдора: - Я убью тебя прямо сейчас!
Артём не вскидывал рук, не метал смертельных шаров и молний. Он не сделал ни единой видимой попытки напасть на экспериментатора, но его жизненная сила стала стремительно таять. Время для Фёдора понеслось стрелой. Он понимал, что вот-вот умрёт, и ему нечего было противопоставить временной магии.
– Не хочу умирать!
– белугой завопил Легенда Лайфгарма и, собрав последние силы, исчез.
Дима затих, а временной маг опустился на траву рядом с отцом и, покачиваясь, простонал:
– Мама… Кто-нибудь… Помогите…
И почти сразу на поляне появились Марфа и Витус. Гном склонился над Арсением, прошептал заклинание, и наблюдатель открыл глаза:
– Где Фёдор?
– Ушёл.
– Он нарушил закон! Он напал на меня!
– Ерунда. Ты больше не высший маг. Совет лишил тебя звания, - невозмутимо сказал гном и растворился в воздухе.
– Мерзавцы!
– выпалила провидица.
– Не надо, Марфа, - покачал головой Арсений.
– Они мне осточертели. Слишком долго я терпел их выходки. Мне давно следовало выйти из Совета. Как только родился Артём!
Убедившись, что с отцом всё в порядке, временной маг бросился к Диме. Смерть уже не лежал, а сидел на земле, обхватив голову руками. Боль притупилась, но не ушла. Фёдор как клещ присосался к его сознанию и без конца повторял: "Убей их всех!" Артём положил руку на плечо друга, но Смерть оттолкнул его:
– Уходи. Уходите все! Я опасен! Я могу сорваться и убить вас! Высшие маги не нападут на тебя, Тёма. Они видели, что ты сделал с Фёдором. Они боятся тебя.
– Я не уйду!
– Мы все пойдём за тобой, - подхватил Ричард, и Хранительница разрыдалась ещё горше: она уже потеряла отца и теперь теряла возлюбленного.
Опираясь на руку провидицы, наблюдатель подошёл к Смерти и с горечью посмотрел в его белые, подёрнутые коралловой пеленой глаза:
– Прости нас, мальчик. Мы все виноваты перед тобой.
– Мне нужно идти, - кусая губы, выговорил маг, поднялся и, тяжело ступая, направился к лошади.
"Куда ты? Убей их!" - истерично заорал Фёдор.
"Сначала Олефир!"
"Ты должен выполнять приказы, Смерть!"
"Я выполню приказ. Я убью Олефира".
"Убей временного мага! Олефир подождёт!"
"Приоритеты расставлены. Сначала - Олефир. Так будет правильно".
"Что правильно, решаю я!"
"Ты отдаёшь приказ. Как лучше выполнить его, решаю я".
"Я не уберу боль, и ты сойдёшь с ума!"
"Значит, я не выполню твой приказ"…
Глава 26.
Дорога к Источнику.
Всадники мчались по Лирии. Впереди, точно гончая, взявшая след, летел Смерть. Боль разрывала его голову, а настырный, несмолкающий голос Фёдора, требующий убить друзей, не позволял остановиться и сосредоточиться. И Смерть мчался вперёд, не давая отдохнуть ни людям, ни лошадям. Он поддерживал несчастных животных магией, и к началу второго дня те были мертвы, но всё ещё продолжали двигаться. Изредка маг позволял себе оглянуться на друзей и с сожалением отмечал, что их лица походят на лунные тени. Без еды и воды они не могли продержаться долго, но Смерть не мог проявить жалости. Он слабел с каждым часом и вероятность того, что, поддавшись приказу Фёдора, он нападёт на друзей, возрастала.
Утро третьего дня выдалось ветреным и дождливым. Маг был благодарен холодным, хлёстким каплям: они остужали пылающее лицо, принося хоть какое-то облегчение, однако прояснить сознание, замутнённое нескончаемым потоком боли, не могли.
На четвёртый день Смерть уже боялся обернуться. С трудом осознавая, кто он и что он, он пришпоривал мёртвого коня с такой силой, что каблуки оставляли на боках животного рваные раны. Фёдор выл в голове, обещая лютые пытки за неповиновение, но маг, ведомый страхом за жизнь друзей, упорно игнорировал его слова. Постепенно боль начинала становиться чем-то неотвратимо привычным, и Смерть мысленно возблагодарил Олефира, научившего его почти безграничному терпению. Экспериментатор взревел от гнева, услышав хвалы раба бывшему хозяину, и Смерть дико расхохотался, до ужаса напугав друзей. В следующий момент оглушающая вспышка боли пронзила его мозг, а потом… боль ушла.
От неожиданности маг натянул повод, и его мёртвый конь, покачнувшись, рухнул на землю мешком с костями.
– Спешиться!
Ричард спрыгнул с падающего коня и сорвал с седла замешкавшуюся Хранительницу. Усадив полумёртвую от голода и жажды женщину на траву, инмарец обернулся к Артёму и облегчённо выдохнул - несмотря на дикую усталость, временной маг успел соскочить с коня, не позволив придавить себе ноги.
Между тем Смерть одним ударом скинул с себя мёртвое животное и сел, с недоумением оглядываясь по сторонам.
– Что происходит?
– едва слышно спросил он и тупо посмотрел на Ричарда.
– Ты упал.
Инмарец осторожно приблизился к побратиму и остановился в шаге от него.
– Где мы?
– Полагаю, в нескольких километрах от Илиса.
Маг потряс головой, пытаясь привести мысли в порядок, и глухо выдавил:
– Мне надо идти.
– Может, отдохнём немного?
– взмолился временной маг.
– Отдыхай, - кивнул Смерть и встал: - Мне надо идти.
Артём мученически застонал, а Станислава всхлипнула и медленно поднялась на ноги. Ричард обнял Хранительницу за талию, и они побрели по тракту вслед за другом. Временной маг тащился последним.
– Артём! Ты должен быть готов переместить их!
– внезапно произнёс Смерть и с силой надавил на виски: в голове вновь зазвучал голос Легенды Лайфгарма.
"Убей их!"
"Этот приказ я уже слышал. Сначала Олефир".
"Тебе всё равно придётся убить их! К чему оттягивать сей трогательный момент?"
"Сначала Олефир!"
"Но они ближе!"
"Смерть не отвлекается по пустякам".
"Ты забыл добавить "господин"!"
"Ты влез в моё сознание, но ты не будешь хозяином Смерти. Я справлюсь с тобой".