Чтение онлайн

–  Ты всё… для меня…

Склонившись над возлюбленным, Стася осторожно коснулась губами его виска и с тяжёлым сердцем покинула комнату. Она брела по тёмным коридорам Керонского замка, захлёбываясь от ненависти к его владельцу. "Хочешь войны, Олефир? Ты её получишь!" Хранительница сжала Ключ в кулаке и, гордо вскинув голову, зашагала к своим покоям.

Побег.

Стася проснулась, удобно устроилась в постели и обвела служанок злобным взглядом: вчера она поняла, как должна вести себя принцесса, живущая в Керонском замке. Хранительница никогда не позволяла себе грубить людям, но здесь от неё ждали именно этого.

–  Пошли вон!
– ледяным тоном приказала она, и комната мгновенно опустела.

Станислава спрыгнула с кровати, умылась и отправилась в гардеробную, где обнаружила множество платьев, разных цветов и фасонов. "Ого! Хорошо живут принцессы! Ну, дядечка Олефир и расстарался!" Чтобы не обращаться за помощью к горничным, она выбрала простое цельнокроеное платье, натянула его и подошла к зеркалу. Резным деревянным гребнем расчесала волосы, скептически посмотрела на изысканные украшения, разложенные на туалетном столике, и резким движением смахнула их на пол. На столе остался лишь серебряный обруч с бледно-зелёным топазом. "Хотите принцессу? Вторую Алинор? Получайте!" Стася водрузила обруч на голову и покинула свои покои, с твёрдым намерением доказать Олефиру, что она не кукла, а человек, с которым нужно считаться. Хранительница планировала бросить в лицо королю обвинения в издевательствах над приёмным сыном, но когда она величественно и гордо вступила в обеденный зал, желание скандалить пропало - за столом сидели любящий отец и почтительный сын.

Олефир что-то весело говорил Диме, а тот согласно кивал и улыбался. На лице принца не было ни единого следа вчерашних побоев. Стася оторопело смотрела на новоприобретённых родственников, и злость переполняла её. "Лицемеры! Кого вы пытаетесь обмануть?! Ненавижу притворство!"

Дима почувствовал агрессию возлюбленной и, забыв о полоске ларнита, стягивающей шею, шевельнул пальцами. Взгляд изумрудных глаз тотчас метнулся к изумительному серебряному перстню с тёмно-красным самоцветом. Багряная буква "О", светящаяся внутри камня заворожила и успокоила - Стася сама не заметила, как лицо её разгладилось, а раздражение исчезло, словно тень зари.

–  Присоединяйся к нам, дочка.

Хранительница оторвала взгляд от мерцающей загадочным светом буквы и посмотрела короля, который широко и открыто улыбался ей и почти жмурился от удовольствия лицезреть приёмную дочь.

–  Доброе утро, Ваше величество, - ангельским голоском произнесла Стася и слегка присела.

"Девочка согласна поиграть? Что ж, поиграем", - язвительно хмыкнул высший маг и с придыханием произнёс:

–  Сегодня ты очаровательна, как майская роза, Маргарет.

Изобразив смущение, Станислава скромно потупилась, опустилась на стул, с трепетом взглянула на возлюбленного, и крик горечи и отчаяния замер на её губах. Приветствуя "сестру" Дмитрий повернул к ней голову, и Хранительница наткнулась на взгляд голубых, как весеннее небо, и безжизненных, как покинутый дом, глаз. "Не снимай амулет!" - пронеслась в её голове чужая мысль, и женщина невольно подалась вперёд, но Дима уже отвернулся, внимая учителю:

–  Представь себе, Марго, вчера у нас вышла ужасная история. Мы проводили магический опыт, и Дима, мой дорогой сын, едва не погиб, - картинно-трагическим голосом произнёс король и похлопал воспитанника по плечу.
– Сколько раз я говорил ему, что нужно использовать магический щит, но он чересчур самоуверен…

–  Простите, учитель.

Дима покаянно опустил голову, и Стасе стало противно: вновь захотелось заорать, что всё это мерзкая, наглая ложь, но какая-то сила заставляла её молчать. "Дима! Уйдём отсюда! Я помогу тебе!" - мысленно взмолилась Хранительница, схватила бокал и пригубила сок, чтобы хоть немного оросить пересохшее от волнения горло.

Её мольбу услышали оба мага. Дима поднял голову и бросил на возлюбленную тоскливый взгляд - как он и предполагал, керонские игры оказались его девочке не по зубам… Хищно усмехнувшись, Олефир отодвинул тарелку и встал, давая понять, что завтрак окончен.

–  Прогуляемся по парку, дорогая.

Стася едва не послала его, куда подальше, но, вспомнив, что она как-никак царственная особа, постаралась успокоиться и действовать иным способом: надула губы и капризно повела плечами:

–  Мне не хочется гулять, мне хочется читать. Я хочу, чтобы Дима мне почитал.

"Маленькая шлюшка! Диму тебе захотелось? Перебьёшься!" Олефир сочувственно посмотрел на принцессу и покачал головой:

–  Мне очень жаль, дорогая, но Дима должен закончить прерванный опыт.

–  Пусть займётся этим завтра. Мне скучно! Я хочу, чтобы мой названный брат был рядом.

–  В таком случае, дитя моё, мы отправимся на прогулку все вместе! С нами обоими тебе точно скучать не придётся!
– Маг ехидно посмотрел на ученика: - Ты пойдёшь с нами!

Король подал руку Хранительнице, и они оказалось на тенистой аллее замкового парка.

–  Как здорово! Я бы тоже хотела научиться перемещаться.

–  Хочешь стать моей ученицей, детка?

–  Я подумаю.

Станислава вдохнула волшебный аромат любви, и её сияющие глаза намертво впились в лицо возлюбленного: "Ты самый лучший!.."

Олефир поморщился и потянул Хранительницу за собой, разрывая её зрительный контакт с учеником. Стася послушалась. Она честно попыталась любоваться окрестностями, но мысли беспрестанно возвращались к красивому лицу, ясным голубым глазам и сладким, как первородный грех, губам. И она не выдержала:

–  Иди сюда, Дима!

Дмитрий остановился, посмотрел на Олефира, но тот молчал, с любопытством наблюдая за учеником.

–  Иди сюда!
– повторила Хранительница, но видя, что возлюбленный не двигается с места, сама подошла к нему и взяла за руку: - Пойдём! Я хочу, чтобы ты рассказал мне о Кероне.

Однако Дима молчал, а его виноватый взгляд был устремлён на Олефира.

–  Я чем-то обидела тебя?
– Стася сжала ладонь возлюбленного, привлекая его внимание.
– Почему ты не разговариваешь со мной?

От аромата любви кружилась голова, а сердце требовало поцелуя. "Я знаю, какой ты. Я помню, как ты обнимал меня. Поговори со мной. Я люблю тебя!" - думала она, надеясь, что Дима услышит.

И вновь её услышали оба мага. Глаза Олефира засияли восторгом, на тонких губах появилась загадочная улыбка. "Сними с неё Ключ и я верну тебе магию!" - предложил он, и, вздрогнув, Дмитрий нервно коснулся высокого ворота рубашки: тонкая, лёгкая полоска из ларнита казалась ему каменным жерновом, медленно сужающейся петлёй, строгим ошейником с острыми шипами, что впивались не только в шею, но пронизывали всё его существо: тело, душу и разум. В ларните маг чувствовал себя калекой, никчёмным и бесполезным инвалидом, обречённым на скорую гибель. Как слепой, что мечтает увидеть солнце и насладиться недоступными ему красками мира, он жаждал избавиться от ошейника, но цена, которую предлагал учитель, была неприемлемой. Дима не мог допустить, чтобы его наивная, неискушенная в интригах девочка осталась без своей единственной защиты. И вместо того чтобы снять с Хранительницы Ключ, заговорил:

–  Прости, Стася, я задумался.

–  О чём ты думал?

–  Я люблю тебя, - вдыхая чарующий аромат, тихо ответил Дима, и Олефира перекосило от злости:

–  Выполняй приказ, щенок!

–  Не могу.

Яростно сверкнув глазами, высший маг шагнул к ученику и наотмашь ударил по лицу:

–  Тряпка!

–  Не бей его, мразь!

Стася львицей бросилась на короля, но тот ловко поймал её в объятья и ухмыльнулся:

–  Отправляйся в свои покои, детка, и жди. Я сейчас приду.