Чтение онлайн

–  Этого не может быть, - пробормотал временной маг, попытался понять, что подвигло его забраться именно в этот дурацкий мир, но быстро одёрнул себя: "Без разницы. Случилось так, как должно было случиться".

Тем временем хозяева внимательно оглядели гостя и одновременно поднялись из кресел.

–  Здравствуй, путешественник, - задушевно улыбнулась женщина, демонстрируя ровные жемчужно-белые зубы.
– Меня зовут Мэлла Тир, а это мой муж - Бэлин Таг. Мы рады, что ты посетил наш мир. Садись, отдохни с дороги.

–  Благодарю.

Артём покосился на ядовито-фиолетовое кресло, поморщился и, сотворив простой коричневый стул, уселся на него верхом. Если хозяев и шокировало поведение гостя, то виду они не подали. Стояли и улыбались, как фарфоровые болванчики. Временной маг немного помолчал, ожидая вопросов, но, видимо, любопытством аборигены не страдали, поэтому, наплевав на этикет, спросил сам:

–  Как называется ваш мир?

–  Лант, - ответил Бэлин Таг и залился соловьём, словно вопрос гостя прорвал невидимую плотину, удерживающую уста на замке.
– Наш мир прекрасен и удивителен! Мы не знаем ни войн, ни болезней. Мы живём в любви и согласии…

–  Я слышал подобные речи. Вам не удастся зачаровать меня!
– перебил его временной маг и насмешливо поинтересовался: - Так в чём подвох?

–  Подвох? Почему ты решил, что мы собираемся обмануть тебя?

–  Однажды, я побывал в Вилине. Его жители тоже пытались обольстить нас красивыми речами, а потом выяснилось, что они хотят нашей крови. Вы - живые портреты вилинов!

–  В самом деле?
– Звякнув драгоценностями, Мэлла Тир шагнула вперёд, и в карих глазах засветилось искреннее любопытство: - А может, они и вправду наши сородичи? Давным-давно наш мир раздирали войны магов, и, казалось, им не будет конца. Нас становилось всё меньше и меньше. Мы бы вымерли, но вмешался Лант. Он вышвырнул самых сильных магов, и с той поры мы живём в мире и согласии. Правда, считалось, что изгнанники погибли, но, похоже, это не так.

–  Они погибли, - усмехнулся Артём.
– Их убил я!

Супруги взволнованно переглянулись:

–  В одиночку?

–  Можно сказать и так.

–  В тебе столько силы?

Глаза Бэлина загорелись хищным огнём, но Артёма это лишь позабавило.

–  Я же Смерть!
– криво улыбнулся он, и Мэлла оживилась, словно ответ мага был для неё ясен и понятен:

–  В самом деле? Ты слышал, милый? У нас в гостях Смерть!

–  Да-да, дорогая, - закивал лантиец, и в его руках появился поднос с хрустальным кувшином и высоким бокалом.

Наполнив бокал тёмно-красной жидкостью, Мэлла Тир протянула его гостю. Артём понюхал напиток и прикрыл сверкнувшие ледяным серебряным светом глаза: запах крови Смерть не спутал бы ни с чем.

–  Пейте! Это лучший мальф на всём Ланте.

–  Мальф?
– переспросил Артём и расхохотался, едва не выплеснув кровь на ковёр.

Маленькие лантийцы вздрогнули, недоумением взглянули на гостя и вернулись к строительству башни. "Либо они каждый день видят пришлых магов, либо это самые странные дети, которых я когда-либо видел", - рассеянно подумал временной маг и перевёл взгляд на Бэлина:

–  Вы называете этот напиток мальфом?

–  Именно, почтеннейший Смерть.
– Слова лантийца сочились мёдом.
– Мальфом наполнены все реки Ланта, но наша - самая полноводная в мире.

Терпкий запах тревожил и дразнил. Маг с трудом удерживался от желания убить гостеприимных хозяев и броситься на поиски ближайшего водоёма, чтобы проверить, правду ли ему сказали. Но, вспомнив, что он пришёл сюда не развлекаться, Артём судорожно стиснул ножку бокала и вкрадчивым шёпотом уточнил:

–  Так я должен это выпить?

–  Пейте, и не сомневайтесь, Вам понравится.

Смерть кивнул, поднёс бокал к губам, но, прежде чем сделать глоток, понюхал напиток ещё раз - к крови было что-то подмешено. "Вот и подвох… Впрочем, какая разница, как умирать". И он залпом выпил мальф.

–  Правда вкусно?
– счастливо воскликнула Мэлла Тир и, склонившись к гостю, внимательно посмотрела в пылающие серебром глаза.
– Вы оценили послевкусие?

–  Ещё бы! И что дальше? Вы уж расскажите, а то я не засну. Поверьте, мне ваше снотворное, что мёртвому припарка. Я желаю знать, как вы будете меня убивать! Расчлените и съедите? Или перережете горло и прикопаете в милом фиолетовом садике?

Карие глаза лантийки наполнились негодованием и укором.

–  Глупость какая. Мы любим чужаков.

–  Так это будет изнасилование с последующим удушением?
– вяло хихикнул Смерть.
– Я не против. Ты, конечно, не такая трогательная и красивая, как моя Ника, но тоже ничего.

–  Молодой человек!

–  Оставь его, Мэлла, - вмешался Бэлин.
– Разве ты не чувствуешь? Он сумасшедший.

Хозяйка оценивающе оглядела гостя, и на её лицо вернулось добродушно приветливое выражение:

–  Спите, господин Смерть. Мы Вас не тронем. Теперь Вы принадлежите нашему миру. Вы - пища Ланта.

–  Значит, всё-таки убьёте… Что ж, для этого я и пришёл.

Временной маг уронил голову на руки и заснул.

Кевин смотрел на мозаичный потолок и счастливо улыбался - свобода! Юноша пока не знал, что будет делать дальше, но сегодня он проснулся вольным человеком, и всё было иначе: оранжевое солнце светило особенно ярко, его лучи непривычно нежно ласкали кожу, постель необыкновенно приятно пахла лавандой, да и вся комната казалась волшебной. Стояло раннее утро, Керонский замок только начинал просыпаться, а Кевину хотелось рассказать всему миру о том, что с ним случилось. "Свободен!" - в который раз мысленно прокричал он, быстро оделся, выбежал из комнаты и вприпрыжку понёсся по коридору. Камиец стрелой пронёсся по двору и углубился в парк. Помахал рукой садовнику, подстригавшему кусты, с удовольствием умылся у маленького фонтанчика, но прохладная вода не остудила пылающие щёки, и Кевин помчался по гравиевой дорожке, подставляя раскрасневшееся лицо свежему ветерку. А, выбившись из сил, переместился на побережье и, скинув одежду, нырнул в море. Юноша долго плавал, любуясь иссиня-чёрными скалами, потом валялся на тёплом песке и бессмысленно пялился в бездонное синее небо.

Сладко потянувшись, Кевин поднялся, с сожалением посмотрел на прозрачные воды Зеркального пролива и перевёл взгляд на восток, туда, где виднелись шпили Керонского замка. Ему нравились люди, что вчера пришли в Годар: его задумчивый брат - странный маг с бело-голубыми глазами и взбалмошный Артём - великий принц Камии, забавный целитель по прозвищу Солнечный Друг и немногословный, суровый король Инмара. Однако, находясь рядом с ними, юноша испытывал какое-то непонятное чувство тревоги. Стать своим в этой необычной компании хотелось безмерно, но он вряд ли мог рассчитывать на искреннюю дружбу этих загадочных личностей…

Камиец оделся, переместился в замок и стремительно направился в трапезный зал, но чем ближе он подходил к цели, тем медленнее становилась походка. Сомнения и тревоги вновь разворошили душу, и радость от обретённой свободы притушили неуверенность и робость. Бочком проскользнув в дверь, Кевин подкрался к столу, устроился с краю и замер, стараясь не привлекать внимания.

Валентин и Ричард прервали завтрак и выжидающе уставились на мальчишку, но тот молчал, словно воды в рот набрал. Ядовито ухмыльнувшись, Солнечный Друг глотнул коньяка, повернулся к инмарцу и менторским тоном сообщил: