Чтение онлайн

–  Какая любознательная уништу! Не думал, что ваше племя интересуется чем-то, кроме разрушения миров!

Роксана скривилась и обернулась на знакомый, ненавистный голос.

–  Убирайся прочь, Витус! Ты прекрасно видишь, что проиграл, и благодари своего гномьего бога, за то, что остался жив!

–  Договорились. Я уйду, но заберу с собой Фиру и временного мага, согласна?

–  А Дима?

У стола, где лежали Волк и Смерть, появился Валентин. За его плечо цепко держался Ричард. Уништу с удивлением взглянула на полуголого инмарца, но прокомментировать его расхристанный вид не успела. Солнечный Друг гордо вскинул голову и голосом, не терпящим возражений, заявил:

–  Дима наш друг! Без него я с места не двинусь!

Инмарец согласно кивнул, и тут его взгляд упал на труп Хранительницы. Смерть развеяла злые чары, уничтожила раны от волчьих зубов и вернула Станиславе её прежний облик. Светлая бархатная кожа, маленькие изящные ножки в сафьяновых туфельках, зелёное платье с низким декольте, нежные руки с длинными, ровными пальцами, густые, рыжие волосы, неуместная улыбка на мёртвых губах и изумрудные глаза, устремлённые ввысь, к небу, сокрытому бесконечными этажами замка и серой тенью надвигающейся кончины мира.

–  Стася… - прошептал Ричард, и его глаза заблестели: всё ещё пребывая под воздействием Валечкино заклинания, инмарец слишком остро реагировал на происходящее. В другое время он бы спросил, кто посмел убить Хранительницу, он горел бы желанием отомстить за неё, но сейчас всё казалось неважным. Сердце желало эту женщину, а она была безнадёжно мертва. Забыв о гордости и о том, где находится, Ричард бросился на колени перед хладной возлюбленной и, стиснув её в объятиях, зарыдал в голос.

–  Придурок!
– выплюнула уништу, оскалилась в презрительной улыбке, и Валентин не выдержал: метнулся вперёд, со словами: "Тварь бездушная!", со всего размаха залепил магичке пощёчину и отскочил, одновременно взмахнув рукой, отправляя инмарца обратно на Землю. Тащить его в Лайфгарм, где назревала разборка крутых магов, оказалось верхом глупости, и Валя был рад исправить досадную оплошность, а ещё он надеялся, что дорогая и обожаемая мамочка вправит мозги расклеившемуся воину-магу…

Выпад Солнечного Друга оказался настолько неожиданным и быстрым, что среагировать не успел никто, даже Дмитрий. Сама же уништу, схватившись за щеку, неверяще смотрела на землянина. Потом опомнилась и прошипела, брызжа слюной:

–  Тебе не жить, подонок! Вам всем не жить! Дима!

–  Артём!
– одновременно с ней крикнул Олефир, и Смерти разом вскочили.

Дмитрий загородил собой хозяйку, а у ног путешественника уселся огромный серебристый Волк. В комнате повисла напряжённая тишина. Маги смотрели друг на друга и молчали, понимая, что первое же слово положит начало битве. А схватки не желал никто. Только уништу. "С этими мальчишками нельзя что-то планировать!
– с досадой думала она, глядя в удивительно спокойные глаза Олефира.
– Но пусть это не то, что я задумала, пусть ситуация вышла из-под контроля, в конечном итоге будет по-моему! Мальчишки подерутся, мир не выдержит и начнёт разрушаться! Добыча станет моей!"

Магичка вскинула голову и ликующе выкрикнула:

–  Убей временного мага, Дима!

–  Нет.

Взгляд Олефира метнулся к племяннику и замер на его лице, словно маг ожидал чего-то ещё, но Дмитрий стоял как изваяние и, казалось, даже не дышал. Он готовился к боли, к тому, что рот наполниться кровью, однако ничего не происходило. Более того, сгоравшая от ненависти и ярости уништу внезапно успокоилась и даже немного расслабилась. Это было настолько невероятно, что Дима едва не обернулся, чтобы посмотреть на хозяйку, но его остановил ровный голос:

–  Как хочешь. Тогда я сама убью его.

"И ведь убьёт…" - ужаснулся маг и с растерянным видом замер, точно оказался в центре огромного лабиринта.

Укоризненно взглянул на Дмитрия, Валечка метнулся к Артёму и загородил его собой. Витус тоже придвинулся к сыну и временному магу и выстроил вокруг них защитное поле. Лишь Олефир не двинулся с места. Он насмешливо оглядел племянника с ног до головы и поинтересовался:

–  Что делать-то будешь, герой? Для начала предлагаю включить мозги и перестать плясать под дудку уништу. А там, глядишь, и сам поймёшь, что к чему.

Дмитрий напрягся, пытаясь понять, что хочет от него учитель, и в этот момент Роксана нанесла удар. Огненный шквал врезался в щит целителя, вспорол его, как острый нож парусину, и, потеряв часть своей силы, обрушился на Валю и Артёма.

–  Не позволю!

Глаза Димы взорвались холодным белым светом, который вмиг затушил гибельное пламя и селевым потоком хлынул к дверям, снёс их и понёсся прочь, сметая всё на своём пути. Стены комнаты задрожали и стали расплываться, теряя чёткость очертаний. С полок посыпались орудия пыток, с покосившихся подоконников рухнули на пол горшки с геранями, припорошив землёй мёртвое тело Хранительницы, до которого никому не было дела, ибо все маги разом почувствовали, что находятся в смертельной опасности. Мраморные плиты под ногами вздулись и запузырились, став похожими на покрытую ожогами кожу, стены истончились, открывая взорам чудовищную панику, царящую во дворе замка, а серые тучи за окном прошили бурые изломы.

Роксана затаила дыхание от восторга. Случилось то, чего она отчаянно и страстно желала веками. Лайфгарм разрушался, не сумев вынести ярость Смерти. Белым заревом пылали Золотые степи. Словно пьяные великаны валились друг на друга Инмарские горы и тотчас растворялись в раскалённых добела волнах лавы. Плодородные сады Лирии, густые леса Инмара разъедал едкий белёсый туман, реки, озёра и ручьи кипели в агонии, обнажая потрескавшееся пыльное чрево. Иссиня-черные скалы Годара крошились, выгорая изнутри, и, будто цемент сковывали воды Зеркального пролива. И только маленький остров в Южном море не затронуло всеобщее безумие, словно его припасли на десерт.

А Смерть стоял и смотрел на гибнущий Лайфгарм, на ликующую уништу, и сердце его обливалось кровью. Маг всеми фибрами души ненавидел свою госпожу. Он желал её смерти, и желание это оказалось настолько сильным, что материализовалось, да только убивало оно не Роксану, а принадлежащий ему мир.

–  Что ты ждёшь, Фира?!
– заорал Витус.
– Прикажи Артёму убить Диму, иначе Лайфгарм погибнет, и уништу вырвется на свободу! Нужно запереть её! Это мир уже не спасти, но другие можно! Отдавай приказ, Фира! Действуй же, наконец!

–  Только попробуй!
– Валентин сжал кулаки и обернулся к Олефиру: - Я тебя голыми руками разорву!

Серебристый Волк сердито рыкнул на землянина, пригнулся, изготовившись к прыжку, но магистр погладил его по холке, наклонился и что-то шепнул на ухо. Зверь тотчас выпрямился, повернул голову и оскалился, словно извиняясь за свою горячность, а в следующую секунду скрылся в тёмном облаке и вышел из него принцем Камии, безжалостным и равнодушным ко всем и вся.

–  Я готов играть, хозяин!

Артём хитро подмигнул уништу, взмахнул полами черного с серебром плаща, и маги с ужасом ощутили, как в воздух завибрировал, изнемогая от клокочущей в душе принца ярости.

–  Что… - начал бы Витус, но его прервал испуганный вопль Вереники:

–  Тёма! Что случилось, Тёма? Камия рушится! Она вышвырнула меня сюда, а здесь ещё страшнее!

Девушка бросилась на шею мужу, но тот резко оттолкнул её:

–  Не мешай!
– Ника застыла, как громом поражённая, а временной маг поморщился: - Ещё один. Достали! Откуда вас только…