Чтение онлайн

Тем временем Роксана перестала кружить по спальне, подошла к окну и, отдёрнув плотные, бордовые гардины, с ногами уселась на широкий подоконник:

–  Спрашивай, Сеня, спрашивай, - пропела она и колко добавила: - Не то взорвёшься от любопытства. А это, друг мой, преждевременно.

Уништу весело подмигнула любовнику, и тот невольно поморщился, но, опомнившись, быстренько растянул губы в слащавой улыбке:

–  И что же развеселило мою обожаемую госпожу? Неужели Дима одумался, прибил временного мага и приступил к разрушению мира?

–  Почти, Сеня, почти! Во всяком случае, первый шаг он сделал - разорвал связь с Артёмом. Несчастный волчонок томится под щитами своего могущественного дружка и, как пить дать, рыдает от обиды.

–  То есть, ты точно не знаешь, чем занимается мой сынок?
– придав лицу озабоченности, уточнил наблюдатель.

Змеёй соскользнув с подоконника, Роксана облачилась в инмарский кожаный костюм и подбоченилась:

–  А тут и знать нечего! Вставай, лежебока! Пришло время поговорить с твоим выродком по душам.

–  Уже бегу.

Арсений поджал губы и сердито засопел: встречаться, а тем более вести с сыном какие-либо беседы, не хотелось категорически. Особенно теперь, когда временной маг выяснил, что отец предал его. "Прибьёт и не заметит", - мрачно подумал наблюдатель, исподлобья взглянул на Роксану и нехотя выбрался из постели.

–  Поторопись, Сеня! Мне не терпится покончить с этим опостылевшим миром. Лайфгарм у меня в печёнках сидит, да и тебе пора избавиться от остатков его оков.

–  Ну да… - Арсений придирчиво оглядел в зеркале свой лирийский наряд, шагнул к любовнице и лучезарно улыбнулся: - Я готов, радость моя.

Свободные простые одежды, открытая широкая улыбка, сияющие карие глаза и чуть склонённая к плечу голова… Уништу вдруг показалось, что перед ней появился временной маг, и она невольно вздрогнула.

"Боится!" - удовлетворённо констатировал наблюдатель, взял любовницу под руку и с лёгкой ехидцей заметил:

–  Мы, кажется, торопимся дорогая.

–  Успеем, - буркнула Роксана, и в тот же миг они оказались перед железной дверью в камеру Артёма.

Уништу отодвинула тяжёлый засов, толкнула дверь, однако та и не думала открываться. Отвернувшись, Арсений ядовито ухмыльнулся в кулак и с наигранным изумлением проговорил:

–  У тебя очень талантливый слуга, Ксана. Никогда не видел защитных заклинаний, подобных этому. А ты?

–  К сожалению.
– Лицо Роксаны было пунцовым от злости, но она всё же снизошла до объяснений: - Заклинания такого рода может снять лишь тот, кто их наложил. А если убить этого, без сомнения талантливого мага, заклинание не рассыплется, как вроде бы положено, а станет лишь крепче, впитав жизненную силу своего создателя.

–  Так это же прекрасно, дорогая!
– Арсений расплылся в радостной улыбке, презрительно взглянул на дверь, которая отделяла его от ненавистного сына, и уставился на донельзя рассерженную любовницу.
– Дима решил за нас все проблемы. Надо просто оставить Артёма в его темнице, и дело в шляпе! Лайфгарм погибнет вместе с временным магом, а у нас будет одной заботой меньше.

–  А если эти щиты окажутся настолько крепкими, что переживут гибель мира? Что если Дима догадался, что я собираюсь убить Артёма, и защитил его столь радикальным образом? Что если он уже придумал способ избавиться от моей власти и ждёт лишь подходящего момента? Керонский выродок не чета твоему бестолковому сыночку, к тому же его воспитывал лучший интриган во Вселенной.

–  Ну, это ты преувеличиваешь. Фира был не настолько хорош, как ты думаешь. Обычный, средней руки маг, правда, весьма изворотливый.

–  Уж не хочешь ли ты сказать, что Витус потратил полвека своего драгоценного времени на никчемного середнячка?

–  Конечно, середнячка, поэтому и возился так долго. Мы с Федей расстались гораздо раньше, и, заметь, довольные друг другом. Фира же с Витусом цапались постоянно, а последние годы вообще не разговаривали, сама помнишь.

–  Давай-ка отложим воспоминания о делах минувших на потом, вернее, до той поры, когда мы сможем усесться возле камелька и всласть почесать языками, не опасаясь чокнутых магов - ни временных, ни им подобных.

–  Да, пожалуйста!
– Арсений оскорблёно выпятил нижнюю губу и кивком указал на дверь: - Так как мы будем его убивать?

–  Для начала щиты снимем, затем я отвлеку Тёму, а ты нанесёшь смертельный удар. Ясно?

–  Более чем, госпожа, - с нескрываемым сарказмом отозвался наблюдатель.
– Я убью Артёма, а затем Дима прибьёт меня. В этом состоит твой гениальный план?

–  Соображаешь, что несёшь?
– Роксана всем корпусом повернулась к любовнику и уставилась на него, как на говорящую обезьяну.
– Дмитрий вот-вот станет моим рабом, и не просто рабом, а марионеткой, бездушной куклой, забывшей друзей, любовников, родственников и даже самого себя, а ты говоришь о какой-то там мести?! Да ты просто боишься мальчишек до дрожи, вот и придумываешь невесть что!

–  А сама-то! Почему бы тебе не убить Тёму лично? Давай поменяемся ролями: я - отвлекаю, ты - убиваешь! Идёт?

–  Нет! Временного мага убьёшь ты, Сеня. И сделаешь это по одной, единственной причине - в наказание! Слишком много я стала позволять тебе, ты и распоясался. До побега додумался. Пентюх! Да мне в страшном сне не привидится отпустить тебя восвояси. Ты сможешь избавиться от меня только сдохнув, и если тебе так не терпится пополнить ряды лайфгармских покойничков, могу освободить от своего общества сию секунду. Готов?

–  Н-не-ет… - еле шевеля губами, пробормотал Арсений.

Белый как мел, он смотрел на Роксану, боясь шевельнуться и не понимая, что за блажь на него накатила. Несколько веков назад он по доброй воле принёс уништу клятву верности и с тех пор никогда не помышлял об измене, побеге или бунте. Роксана была доброй и справедливой госпожой, не то, что Лайфгарм, державший запретного сына Хранительницы на коротком поводке и не позволявший шагу ступить без разрешения. Ради избавления от сурового "родителя" наблюдатель сменил короткий поводок мира на длинную цепь уништу, и чтобы освободиться от его жесткой власти, готов был горы свернуть, а тут…

Осознав глубину своего падения, Арсений сгорбился, сжался в комок и, точно лишившись сил, рухнул на колени.

–  Простите, госпожа. Ради Вас я убью любого, только прикажите!

–  Уже приказала.
– Роксана презрительно хмыкнула, потрепала наблюдателя по волосам и более мягко произнесла: - Ты прощён, дружок. Но помни, следующий раз я убью тебя.

–  Спасибо, госпожа, - дрожащим голосом произнёс Арсений, прижался щекой к сапогам воительницы и замер, продлевая минуты близости с доброй и ласковой хозяйкой, пощадившей своего неразумного раба.