Чтение онлайн

Отдав команду, он закатал рукава и начал лепить снежок. Я тоже приступила, так как времени мало, а снеговика хочется. На некоторое время во дворе повисло трудолюбивое пыхтение. Когда я скатала самый огромный снежный ком в моей жизни, меня окликнул Эйрин.

Я повернулась к нему и моя самооценка резко упала – Эйрин стоял с самым серьезным выражением лица на которое он только способен, опираясь плечом на снежок... Точнее на Снежище, на Прародителя всех снежков на свете, на Великого Снежного Отца... Не знаю, как еще это назвать...

Ком, сделанный Эйрином, был просто чудовищно огромен, его диаметр превышал рост своего создателя на добрых полметра. Как он его скатал – вопрос отдельный...

Рядом стоял снежок поменьше. Раз в двести. Это наверное Лейрис слепил. Самого Лейриса видно нигде не было. Наверное слепил снежок и ретировался по-добру, по-здорову. Зная о его ничем необоснованном страхе перед Эйрином , это – вполне логичный и даже правильный поступок. Только снежок он маленький слепил. Ну да ладно, сделаем из него голову, будет у нас тупенький снеговичок. Рейганом назовем.

Эйрин стоял и смотрел на меня, как бы спрашивая, что делать теперь? Я не заставила себя долго ждать:

– Надо вон тот снежок, – я показала на свой – поставить на этот. – Показала на Прародителя.

Эйрин так и смотрел на меня. Понятно. Я, видимо, сама должна это сделать? А взберусь я туда как? Да и силенок поднять снежок мне не хватит.

Рядом резвился Киш. Зря он тут резвился...

– Киш... – самым ласковым на свете голосом, позвала я – иди сюда, киса.

Киш, не подозревая о своей печальной участи, подошел.

– Ты должен взять это (мой снежок) и поставить на то (снежок Эйрина) понятно? Киш изобразил понимание. Но, к сожалению, только изобразил.

Он вскочил на Прародителя и стал крутиться на нем, словно выискивая местечко поудобнее. Мы с Эйрином на пару наблюдали за этим, ожидая, чем же все закончится. Киш косил на нас своими хитрющими глазами, потом встал ровно (Внимание! Барабанная дробь!) и завалился на бок, изображая «предательски подстреленного Лира».

Я испугалась, что котенок мог ушибиться, подбежала к нему и приподняла на сколько могла (все-таки отъелся он как надо). Тело кота безвольно обвисло, глаза закатились. На «последнем издыхании» он издал слабое «ряяя».

Что? Сокровища на острове Монте–Кристо? Спасибо тебе, старый аббат... Теперь я смогу отомстить...

Эйрину, видимо, надоело наблюдать за всем этим и он, одной рукой, закинул мой снежок на Прародителя всех снежков. Чем, по-моему мнению, проявил крайнее неуважение к этому самому Прародителю.

– А с этим что делать? – он показал на микроснежок Лейриса.

– А? Этот надо поставить на самый верх, потому как это – голова.

Эйрин кивнул и закинул последний снежок наверх. Окинув придирчивым взглядом наше совместное творение, я пришла к выводу, что, в принципе, неплохо. Еще голова была бы побольше, так вообще красавчик бы был.

В этот момент из крепости вышел слуга и сообщил, что завтрак готов. Я пригорюнилась. Раз завтрак готов, Болванов брат тоже, наверное, встал, а это означает, что мне придется провести в его обществе (чего мне почему-то не хотелось до крайности) весь день.

А снеговик-то не закончен... Придется завтра пораньше встать и доделать. Мы пошли завтракать, а я по пути размышляла, где бы добыть морковку. Когда мы вошли в зал, Болван спросил:

– Вы Лейриса не видели? – Эйрин пожал плечами, я тоже.

Если уж Лейрис решил спрятаться от Эйрина, его никто не найдет, пока он сам не захочет.

***

Айрис встал уже давно, но спускаться вниз ему не хотелось. Обязанности, накладываемые на Цель, заставляли его морщиться от отвращения. Хотя это и веление Богов, делать ему этого совсем не хотелось.

Принц подошел к столу, взял книгу и стал неспешно прохаживаться по комнате. Взгляд его быстро скользил по строкам. Удивительная удача! Книга, которую ему дал Эйрин, содержала в себе список заклинаний, разработанных Клаем-Предателем. Вся информация, имеющаяся в книге, была очень полезна для Айриса. Не только потому, что он сейчас должен был решить проблему с призывом Темных, но и потому, что сам Айрис – маг. А для мага нет ничего интереснее, чем заклинания. Особенно давно утерянные и забытые.

Айрис подошел к окну и присел на подоконник. Белый свет падал на страницы, от чего строки словно становились объемными. Какое-то движение за окном отвлекло наследника от книги. А за окном творилось нечто интересное – девочка подпрыгивала на месте, размахивая руками. В ее сторону шел Эйрин, рядом с ним понуро плелся Лейрис. Так рано решили устроить тренировку? Да еще и девочка так радуется.

Айрис улыбнулся. Хорошая у Эйрина ученица.

Троица что-то обсудила и все разошлись в разные стороны. То, что произошло потом, заставило Айриса в удивлении поднять брови и про себя порадоваться, что он никогда не был в Акадэмии. А так же тому, что они с Эйрином не родственники. Потому что тренировка, проводимая Эйрином, заставила его содрогнуться от ужаса.

Мастер, преследуя понятную только ему одному цель, катал по двору снежный шар. Лейрис неподалеку тоже что-то лепил, во всяком случае изображал, что лепил. Девочка пыхтела неподалеку. Эйрин тем временем скатал свой ком до невероятных размеров и покатил его в сторону Лейриса, которого не увидел (ну или сделал вид, что не увидел) . Лейрис в это время что-то рассказывал своему куску снега и, судя по всему, история была, ну, очень грустная. В какой-то момент Лейрис наклонился к своему комку, стряхивая с него лишний снег. Выражение лица у него при этом было такое, словно он отводил волосы с лица любимой девушки.

Даа... Ничто так не сближает, как дружеская беседа...

Когда Лейрис наклонился, поглощенный заботой о своем новом друге, Эйрин, видимо уставший катать туда-сюда свой шар, просто подтолкнул его ногой. И подтолкнул неплохо – ком покатился, подминая под себя Лейриса, рука которого, в последней отчаянной мольбе о спасении, протянулась к Хане. Девочка повернулась в ту сторону, скользнула взглядом по снежной глыбе и осталась глуха к немым мольбам Лейриса (а может, просто не заметила, потому что на тот момент Лейриса полностью накрыло).

Айрис подался вперед, не понимая абсолютно логики происходящего перед его глазами. Что за ужасная тренировка? Эйрин что-то сказал, девочка спокойно ответила. Какое ужасное хладнокровие! Эйрин – понятно, но девочка?! От своего мастера набралась?

Они помолчали, потом девочка позвала своего Лира, показала ему рукой на ком снега, который слепила сама, потом на ту глыбу, что погребла под собой Лейриса. Лир слушал внимательно, потом запрыгнул на большой ком и стал вытанцовывать.