Чтение онлайн

Кейман замолчал.

– Не очень понимаю, о чем речь, – призналась я.

– Вчера в школу пришло письмо на твое имя. В твоем личном деле нет никого, кто мог бы тебе писать, поэтому письмо попало ко мне. И, если честно, я должен его уничтожить, потому что его содержание может причинить тебе вред. Но я решил этого не делать.

– Оно от Одри? Она в порядке?

– Не от Одри. От Гидеона.

У меня пропал дар речи. От Гидеона? Того самого Гидеона?

– Он хочет с тобой встретиться.

– Зачем?

– Не знаю. Смотри сама.

Кейман протянул вскрытый конверт, в котором размашистым почерком было написано всего несколько предложений:

«Нам нужно поговорить. Одна встреча, на этот раз действительно последняя».

– Никаких объяснений и подробностей. Сейчас Гидеон в городской тюрьме. Скоро его отправят отбывать наказание в одну из тюрем за пределами города. Поэтому это его последний шанс с кем-то увидеться.

– Думаете, это связано с Одри? Он может быть причастен?

– Маловероятно. – Кейман покачал головой. – Гидеон еще недавно собирался за грань. То, что он жив, – чудо. Находясь в тюрьме, провернуть похищение очень сложно. Я думаю, это что-то вроде болезненной зависимости. Он знает, что проведет в тюрьме остаток жизни, и хочет в последний раз взглянуть…

Он осекся, но я все поняла. Гидеон хотел посмотреть на Коралину. Запомнить ее перед тем, как навсегда отправиться в заключение.

– Хорошо, – тихо произнесла я. – Когда?

– Я бы не советовал. Скажу честно: скрыть от тебя это письмо мне показалось куда правильнее. Но ты имеешь право принимать такие решения самостоятельно. Подумай хорошо, Коралина. Гораздо правильнее будет отказаться.

– Но он хочет увидеть дочь. В последний раз. Как я могу отказаться?

Гидеон находится в неприступной тюрьме, под охраной сильных магов. Что может случиться за пару минут рядом с ним?

Деллин ди Файр ненавидела валяться в грязи.

Она вообще вдруг обнаружила, что за годы спокойной жизни изрядно избаловалась.

Ненавидела холодный моросящий дождь.

Ненавидела серые низкие тучи.

Ненавидела мокрую землю.

Ненавидела запах прелой травы.

Ненавидела, когда в выходной приходилось работать.

Левиафан издал отчаянный визг и забился в конвульсиях. Электрическая ловушка плотно удерживала тварь, не давая наброситься на сладкую добычу и разорвать.

– Они определенно стали злее, – вздохнула она.

Кажется, темные твари, оставшиеся без создателя и хозяина, темного бога, давно растворившегося в окружающей магии, совсем озверели. Проведшие несколько десятков лет под землей, они жадно хватали воздух свободы и мечтали о мести. О том, чтобы разорвать предавшую их богиню на части.

Как будто в них жила память о пламени хаоса, что богиня обрушила на них во время последней битвы.

Левиафан несколько раз дернулся и затих. Еще несколько минут Деллин всматривалась во тьму расщелины, откуда совсем недавно появились твари. Но, кажется, эта кладка иссякла. Подумав, Деллин решила не рисковать. Пламя Хаоса охватило пространство пещеры, и через несколько минут из глубин раздались леденящие кровь визги. Значит, твари вылезли не все.

В последнее время их все больше и больше. Темные создания просыпаются. Деллин даже не знала, что по всему Штормхолду осталось столько укромных уголков, в которых ждали своего часа слуги темного бога.

Его наследник вернулся. Темные создания жаждут служить.

Только бы удержать Даркхолда! Не дать ему сорваться в безумие, не позволить его силе вырваться на свободу. Это стало ее целью, ее единственной задачей. Как хорошо, когда есть на кого свалить школу и полностью отдаться во власть божественного тревожного расстройства.

Огненные крылья вспыхнули – и Деллин поднялась из расщелины на поверхность. На несколько минут зависнув в воздухе, она задумчиво смотрела на небо, словно сшитое из лоскутов разных туч – от пугающе черных до серых, как утренний туман. В воздухе пахло скорой грозой. Наверняка Кейман страхуется. Сегодня Коралина идет на встречу с Гидеоном, и нужно, чтобы на улицах было поменьше людей. Скорее бы он уже вернул ее в школу. Тяжело признавать, но с Даркхолдом гораздо проще справляться, когда Коралина с ним рядом.

Эти двое необъяснимым образом друг от друга зависят.

Сзади раздался противный хруст. Деллин обернулась прежде, чем успела сообразить, что он означает. Увидев, как в пасти дракона исчезают хитиновые лапки, она скривилась.

– Фу, Бастиан, хватит их жрать, пожалуйста! Это не семечки, а темные твари!

«Я голодный», – пронеслось в голове.

– Превратись в человека и поешь. Питаться темными созданиями вредно. Неизвестно, что в них напихано. И вообще… стрилга на земле валялась, а ты ее немытой ешь. Теперь каждый раз, когда ты будешь лезть целоваться, я буду вспоминать, что ты этим ртом ел.

«Целуюсь и ем тварей я разными ртами», – насупился дракон и отвернулся.

– Я хочу домой, – вздохнула Деллин, опустившись на землю и вернув огненные крылья в колбу. – Превращайся, собирается гроза. Опять получишь молнией по морде, а Крост потом скажет, что он совсем ни при чем.

За последние месяцы они уже выработали тактику. Разведка сообщает о гнезде проснувшихся тварей. Бастиан в облике дракона и Деллин вылетают на место, и пока она уничтожает гнездо, дракон ловит разбегающихся в панике насекомых. Паучки размером с пикап как раз ему по размеру. Еще бы не ел их – цены бы мужу не было, а то не охота, а черная комедия. Хотя, может, оно и к лучшему. Хоть на время можно забыть о том, в какой заднице они все находятся. И она, Деллин ди Файр, особенно глубоко, что не добавляет ее характеру мягкости и доброты.

«Не могу», – снова пронеслось в голове.

– В каком смысле не можешь? – Она повернулась к Бастиану. – Ты забыл, как превращаться в человека?

«Не забыл. Не могу. Нет магии».

С каких пор дракону нужны крупицы? Способность обращаться – сила, которую Бастиан приобрел после пересадки сердца, ей не нужна подпитка извне, она заключена в самом сердце дракона и черпается оттуда. Иссякнет магия – умрет дракон, но на то она и богиня, чтобы поддерживать в нем огонь так долго, как только он захочет.

– Бастиан, не издев…

Деллин растерянно посмотрела на колбу с крыльями, которую держала в руках. Крылья исчезли.

Она привычно взмахнула рукой, призывая темную магию, и… не ощутила внутри ничего. Не шелохнулась сила, не дрогнуло сердце, не пронесся раскат грома сквозь толщу туч. Уже много лет Деллин ди Файр не ощущала себя такой беззащитной и слабой. С тех пор, как вернулась в Штормхолд, если быть точной.

Ей хотелось бы испугаться, закрыть глаза и убедить себя, что это просто дурной сон из числа самых бредовых, когда двигаешься, словно в вязком желе, или носишься по бесконечным лестницам.