Чтение онлайн

— Я ж припомню тебе твой стёб, ты понимаешь? — спрашивает ненавязчиво.

— Ага, — широко улыбаюсь в ответ. — Маменьке нажалуешься?

— Завязывай… — говорит нараспев.

— Только не плачь, ладно? Моё сердце не выдержит!

— А ты, значит, крутая, да? Ну, скоро проверим…

— Что ты задумал? — тут же перестаю смеяться, глядя на его самодовольную ухмылку.

— Узнаешь, — кривляется ехидно. — Настало время раз и навсегда определить, у кого длиннее.

— Мне это заранее не нравится, — говорю строго.

— Первое свидание редко когда проходит удачно. И это ты запомнишь на всю жизнь, — подмигивает нахальным зелёным глазом и кивает на бумаги: — Погнали. Пробежимся по всем, пока заказ не принесли.

— Жили-были два соседних участка, — начинаю вяло, продолжая думать лишь о том, какая пакостью у него на уме. — На одном, том, что принадлежал Губарёвой, наверняка стоял простенький деревенский дом, на втором — пустырь, на котором Майер построил свой. После смерти Майера участок вместе с домом перешли по завещанию во владения Губарёвой.

— Обратила внимание, что разницы по забору не видно? То есть, его уже ставила Губарёва, на два участка. И снесла дом, в котором жила, ни кирпичика не осталось.

— Это важно? — спрашиваю с сомнением.

— Да чёрт знает. Наверное, нет. Просто любопытно.

— Снести мог и внук её, до продажи.

— Нафига напрягаться? Продал бы как есть, всё равно дом под ремонт был.

— Снести могли и Васнецовы.

— Сомневаюсь, я когда сделку оформлял, там трава по пояс была, не успело бы так зарасти. И мы к ним ещё придём. Загружу Степана, пусть найдёт старых владельцев соседских домов. Может, они и о Губарёвой чего помнят. Погнали дальше.

— Гони, — фыркнула, скрестив руки под грудью.

— Давай-давай, мой выход позже.

— Ладно, — хмыкнула и продолжила: — Губарёва скончалась в преклонном возрасте, её внук вступил в права наследования по закону, но дожидаться трёх лет, когда и сам дом подорожает, и налог платить не нужно будет, не стал.

— Вот и я о чём, — вставил свои пять копеек, — со сносом бы точно заморачиваться не стал, так что бабка избавилась от родового гнезда ещё до своей смерти.

— Да, наверное. Может, ему просто нужны были деньги или он не хотел напрягаться. Частный дом — это всегда лишние затраты. Да и нужно ездить проверять, чтобы из заброшенного дома не устроили ночлежку или не облюбовали подростки, используя стены как холсты для выражения своего мироощущения.

— Либо он просто терпеть не мог ни бабку, ни этот дом.

— Я смотрю, ты прямо жаждешь продолжить, — кривлюсь язвительно.

— Не-не, я слушаю. Очень интересно, продолжай, пожалуйста.

— Пожалуйста, оставайтесь на линии, Ваш звонок очень важен для нас, — говорю сладким голоском, откровенно кривляясь.

Воронов фыркает и косится на бар, подгоняя меня.

— Губарёв продал дом чете Васнецовых, — продолжаю тут же, — и, знаешь, всё-таки странно, что на дом они потратили последние деньги.

— Ну, на самом деле, то, что мужик вторую бригаду нанял из тех, кто подешевле, говорит лишь о том, что он скупердяй. Но можно навести справки, он мог купить дом только ради статуса, чтобы обзавестись нужными контактами на месте. Запишешь мне список дел?

— Запишу, чего ж не записать… — пожимаю плечами, беру ручку, блокнот и вывожу аккуратным почерком, озвучивая: — Пункт один. Позвонить матушке и спросить, не закончился ли дома хлебушек и ириски.

— Вот ты язвишь, а мысль толковая, — отвечает серьёзно и тут же берёт мобильный, вызывая родительницу и спрашивая с интересом, пока ждёт ответа: — Почему ириски?

— Да просто, — отвечаю, слабо улыбаясь. — Люблю их.

— Учту. Ма, нужно чего? — с минуту случает ответ, сводит глаза у переносицы и вздыхает: — Пришли список, а? — откладывает телефон и кивает на блокнот: — Вычёркивай.

Любопытно, на самом деле. Взрослый мужик, живёт с матерью, но положения своего абсолютно не смущается. И вроде всё с ним в порядке, в том смысле, что он не вписывается в образ типичного маменькиного сынка, державшегося за юбку. В чём подвох?

— Манюх, не спать, косить! — возвращает меня в реальность, щёлкая пальцами у носа.

— Васнецовы продали Луневу, — отвечаю коротко. — Твой выход.

— Ишь ты прыткая какая! С Васнецовыми ещё не закончили. Я бы с ними пообщался. Дом в цене упал, можно сыграть на этом.

— Пообщаться чтобы выяснить что?

— Например, где он взял две бригады идиотов, чтобы ненароком не взять там же, — отвечает с усмешкой.

— Поэтому твоя мама живёт с тобой? С её квартирой что-то случилось и нужен ремонт?

— В её квартире качественный современный ремонт. Манюх, давай дальше, не хочу сейчас об этом.

— Но всё в порядке, да? Я… — опускаю взгляд, подбирая слова, плюю и говорю, как есть: — Я не понимаю.

— Поймёшь, но позже, — отвечает мягко, — давай дальше, Маш, сейчас правда не ко времени эти разговоры. Только первое свидание, помнишь? А там разговор как минимум для третьего.

Отшучивается, улыбается, но глаза серьёзные. Странно всё это.

— Пиши третий пункт, я продолжу, — возвращается к теме дома. — Я увёл Лунева у Елисеева, совершенно непринуждённо: просто взял меньший процент за сделку. И он купил дом у Васнецовых.

— Кстати, об этом… мы оба довольно неплохо его знаем и, не в обиду тебе, я скорее поверю в то, что увести он попросту позволил. Даже если учитывать то, что он мог потерять бдительность, обхаживая твою невесту и дурея от виагры, это ж Елисеев. И своего он не упустит, особенно, когда речь идёт о деньгах.

— Вроде и неприятненько, а вроде и дело говоришь, — слабо морщится и довольно долго смотрит в одну точку. — За бабу бы точно мстить не стал… это я про невесту, она ни мне, ни ему не упала. Когда она сделала свой выбор, её акции резко упали в цене. А то, что я на твоё решение уйти повлиял, мог и вообще не сопоставить. Но, тем не менее, от дома он отказался.

— На меня точить зуб ему ничего не мешает, — слабо пожимаю плечами, продолжая рассуждать: — За судьбой дома наверняка следил, знает прекрасно, что там за мракобесие происходит, увидел удобный момент как отвесить мне пендель из этого бизнеса. Ну а ты — просто приятный бонус.

— Или всё то же самое, но с точки зрения меня. Когда ты пришла к нему с предложением, решил потеснить обоих. Мы сильно развернулись за последние годы, Манюх. Вряд ли ему пришлось это по душе.

— То есть, он просто воспользовался моментом, но до этого на ход событий не влиял?