Чтение онлайн

— Смерти в самом деле нелепые. Не удивлюсь даже, если действительно несчастные случаи. И одним сегодня могло быть больше.

— Я даже испугаться толком не успела, — отвечаю тихо и перемещаю ноги, касаясь коленом его плеча. — Но… нашли же. Это хорошо и вообще… слушай, а забавно, что дверь открывается со стороны улицы, но заперта из дома. Казалось бы, наоборот — гораздо логичнее.

— И старая она, — кивнул согласно. — Я присмотрелся утром и понял — подвал не ремонтировали, как и проход. Обновили только люк из столовой и лестницу с него.

— А ещё, любопытно расположение выхода на улицу. На сколько я поняла, это тот участок, что изначально принадлежал Губарёвой.

— Два соседствующих участка, один принадлежит молодой женщине, второй — на тот момент уже успешному архитектору, объединённые подземным ходом… Можешь считать меня слюнтяем, но я ставлю на любовь.

— Ну, звучит романтично, — вынужденная была согласиться, — но что там по факту… Может, на участке Губарёвой тоже домишка стоял? Что мы вообще знаем о старухе?

— Ровным счётом ничего, — Миша запрокидывает голову на кресло и слабо морщится. — А надо бы, раз уж этот лаз не даёт покоя не только нам.

— Но стоит ли встречаться с её внуком? — вношу долю здравого сомнения. — Он вполне может быть причастен, если самолично не играет роль призрака. Когда ты начал заниматься домом, люк уже сравняли с полом, прикрыв огромным столом, чтобы никто не ходил по нему и не обнаружил чисто случайно, так что нет никакой гарантии, что последующие владельцы о нём знали.

— Логично… — бормочет Миша. — Выходит, остаются лишь Губарёв, получивший состояние в наследство, после — Васнецовы, за ними — Лунев. И все они живы.

— И никто из них тут не жил, так что, все под подозрением, — киваю с важным видом, чувствуя себя в шкуре бывшего мужа.

— Лунев особенно, — поддакивает Воронов, не обращая внимания на мой выпендрёж. — Точнее, бригада, что делала ремонт.

— Ну, мебель не они расставляли, должен был быть дизайнерский проект, иначе слишком сложная коллаборация…

— Тогда Лунев единолично, при условии, что он не обращался в агентство, где и проект смастрячили и ремонт забацали одним махом.

Мы замолчали, обдумывая свои голословные обвинения и таращась на огонь, я крутила сказанное и так и эдак, и в итоге вздохнула:

— И всё бы хорошо…

— Но есть нюансы, — хмыкнул Миша, начав развивать мысль: — Лично я напрочь не вижу мотива, кроме, опять же, самого банального: уронить дом в цене и купить его вновь, оставшись в плюсе.

— Деньги — сильный мотив, — поддержала теорию, мысленно высчитывая разницу. — Хотя, в случае с Васнецовыми, схема получается слишком сложной. Две бригады, куча трупов… и всё из-за пары миллионов?

— Было две бригады? — задирает голову, глядя на меня с удивлением.

— Первая обокрала их и смылась.

— Миленько… но, в схему вписывается. Сама посуди: они дважды наняли настоящих олухов, явно хотели сэкономить. Не исключаю, что дом купили на последние.

— И продали за меньшие деньги, чем купили, а потом ждали много лет, изводя новых владельцев? И ведь не факт, что получится выкупить, когда дом потеряет в цене. Странноватый ход.

— Да чёрт их знает что там у них в головах… — морщится Воронов, — ладно, допустим. Губарёв и Лунев подходят больше. Но тебя смущает что-то другое? Помимо мотива.

— Дверь, — ответила тут же. — Ты сказал, её не меняли.

— Скорее предположил… но, пусть так.

— А замок?

— Не выделяется на общем фоне. Но это, опять же, ни о чём не говорит. Я не профессионал, тут нужен узконаправленный специалист, — и тут же вворачивает игриво: — Если ты понимаешь, о чём я.

Смотрю на него с укором и качаю головой.

— Да ну я чего? — бубнит, понуро опуская голову, чтобы я не видела его искрящихся глаз, в которых нет ни тени сожаления относительно крайне неудачной и неуместной плоской шуточки. — Само напрашивалось… кто я такой, чтобы идти против негласных правил колхозного флирта?

— Тот, кто получит в глаз, если не сосредоточится, — отвечаю нараспев, с трудом сдерживая улыбку и продолжая по делу: — Если замок тот же, что и при жизни бабки, откуда у нашего приведения ключ?

— Отличный вопрос и вариантов может быть миллион. Например, он мог просто висеть где-нибудь на гвоздике или неприкаянно лежать в вазочке с конфетками, на кружевной салфеточке, которую бабуля связала своими руками. Кто угодно мог проявить любопытство и забрать его. Например, её внучок, который о подвале знать был просто обязан.

— Это если он тут когда-нибудь жил, что не установлено, — ворчу недовольно.

— То-то и оно — ничего не установлено. Столько народу, непонятно с какого края начинать разматывать. Поэтому мы с тобой тут и торчим, вместо того, чтобы ужинать в роскошном ресторане и говорить о чём-нибудь приятном.

— Ты ужинал недавно, а в дом всё равно притащился, — хмыкнула тихо.

— Так не с тобой же. И это… дочь маминой подруги. Проще согласиться, чем объяснить, что не хочется.

Я хохотнула и потрепала его по волосам, спросив весело:

— Так ты маменькин сынок?

— Я люблю и уважаю свою родительницу, да, — ответил с достоинством, а я прикусила язык. — Бесит она иногда страшно, но делает и по сей день для меня столько, что расплатиться за всё добро я не успею. И воспитывала меня, считай, одна, батя жить предпочитал в казённых домах, периодически являя нам свой светлый лик и новую татуху.

— Вот понять не могу, ты серьёзно или стебёшься? — спрашиваю осторожно.

— Помнишь, я говорил, что ты понятия не имеешь, как разговаривает зэк? — хмыкнул невесело. — Когда он меня жизни учил, мама за его спиной суфлировать пыталась.

— И что с ним случилось?

— Помер, что ж ещё. Лет десять назад, не считаю, если честно. Его присутствие в моей жизни было чисто номинальным.

— А мама твоя что?

— А что мама? Передачки коробками отправляла до самого последнего дня. Я его видел в последний раз когда мне было четырнадцать, хорошо запомнил только то, что как он — не надо. На человека уже перестал быть похож… схватил строгача как злостный рецидивист, там и загнулся. Мама всплакнула над его могилой и, наконец-то, выдохнула. Чемоданчики собрала и отправилась путешествовать, как всегда мечтала. Благо, я уже мальчик взрослый и вполне способен её хаотичные перемещения в пространстве спонсировать.