Чтение онлайн

Поскольку же и как Бог посылается Сын и от Обоих, — Отца и Духа, — то согласно латинянам и Он имеет рождение от Них Обоих, если только и Дух, поскольку Он посылается от Обоих, — Отца и Сына, — исходит от Них Обоих. И если бы [латинянин] сказал, что они не понимают под посланием исхождение, но умозаключают об этом на основании того, то [и тогда] это же умозаключение, само собой разумеется, будет [верным] и в отношении рождения Сына.

Чем же отличается от того, чтобы понимать под посланием рождение или исхождение, то, чтобы говорить, будто Дух присно имеет [свойство] посылать Сына, а Сын — Духа? Ибо Этот послал Того в последнее время в мip, а Он [в Свою очередь] послал Духа Своим ученикам, возвращаясь туда, откуда сошел. Но Сын и Богом является, и человеком стал, и поэтому послан и как человек, а Дух не вочеловечился.

22. Итак, поскольку Дух, будучи Богом, был послан от Отца, то следует понимать это послание как благоволение согласно богословам. Благоволение же есть благое хотение . Латиняне же полагают это послание тождественным исхождению, и, стало быть, исхождение согласно им является хотением. А поскольку Святой Дух имеет бытие посредством исхождения, то, значит, по их мне{стр. 107}нию, Он обладает бытием посредством хотения. О, какое нечестие! Ведь тогда Он уже не является нетварным, ибо Бог и Отец произвел Его, как и тварь, посредством хотения, а не путем естественного возникновения , коли исхождение есть благоволение и хотение. Ведь согласно богословам это тварей Бог произвел не путем естественного возникновения, а посредством хотения. Ибо делом природы является, по ним, предвечное и вневременное рождение, а делом божественного произволения — творение.

Но ариане говорили, будто Сын пришел в бытие изволением Отца, выдумывая это на основании якобы того, что не невольно [со стороны Отца] Он получил от Него бытие. Латиняне же выставляют Святого Духа пришедшим в бытие по воле Отца или же [Отца] и Сына из–за того, что понимают исхождение как послание по благоволению и хотению. Скажем же и мы им то же, что и великий Афанасий сказал арианам, что то, что по природе, выше того, чтобы изволить [289] ; и природа не подлежит изволению [290] . Поэтому как рождение не есть благоволение и хотение, но превыше благоволения и хотения (ибо оно показывает, что Сын [происходит] от Отца по природе как родной и единосущный Ему, а не по хотению, как тварь), так и исхождение Духа не есть послание, благоволение и хотение. Ибо исхождение показывает, что Святой Дух [происходит] от Отца по природе как родной и единосущный Ему, а не по хотению, подобно твари.

Итак, латиняне, говоря, что исхождение Святого Духа тождественно посланию, со всей необходимостью вводят {стр. 108} [мнение], что Дух является тварным. И конечно, поскольку благоволением Отца является, как мы научились, либо послание Сына как Бога Отцом и Духом и Духа — Отцом и Сыном, поскольку Каждый из Них в свое время захотел прийти к нам, а Отец благоволил [тому быть]. Благоволение это осуществилось, разумеется, ни по какой другой причине, как только ради человеколюбия. Стало быть, если, согласно латинянам, исхождение тождественно посланию Духа, а послание [имеет место] из человеколюбия, то и предвечное исхождение от Отца и само бытие Духа — не превыше причины, но [лишь] ради человеколюбия. Что же можно услышать злочестивее и новее этого?

23. К тому же, если одно и то же — послание и исхождение, то значит ради меня (увы [таковому] злословию, ибо я не могу говорить об этом без дрожи и изумления!) Дух исходит от Отца, ибо ради меня Он послан. Если же ради меня [Дух], то, несомненно, и после меня или немного прежде меня, но во времени, как и я [существую во времени], а не совечен Отцу и Сыну. И не только это, но и подчиняется [Их] владычеству. Вот, куда низводится неблагодарными рабами обладающий по природе владычеством над всей тварью, ибо суббота, — говорит [Господь], — человека ради, а не человек субботы ради: темже Господь есть Сын Человеческий и суббот [291] . Видишь, насколько отстоит послание от исхождения? Настолько же, насколько вечность от времени и Бог от тварей, и естеством Господь от естеством рабов.

24. Итак, наученный Богом и истинными богословами, слыша о вдунутом посредством дуновения Духе, понимает, что речь идет о том, что Он пребывает в Дунувшем и сроден [Ему], а не о том, будто Он является дуновением, так что по необходимости имеет бытие от Того, Чье дуно{стр. 109}вение. Если же [слышит] о посылаемом, то [понимает Его] являемым; если же о подаваемом — то признает и соединенность Посылаемого и Посылающего; а если о нами принимаемом — то знает, что как Бог Он непостижим, а доступными для нас являются Его дарования. Если же услышит, что Он посылаем, подаваем, выдыхаем Сыном, то тут же и то сознает вместе с прочим, что Он от Отца исходит, как и великий в богословии Григорий мудро требует, чтобы мы это понимали. Ибо он говорит: «а то, что [в Писании] говорится о Святом Духе уничижительного: "дается", "посылается", "разделяется", "дарование", "дар", "дуновение", "обетование" или еще что другое, подобное тому, — то надобно это возводить к первой Причине, чтобы было явно, от Кого [Он] (то есть, от Отца, ибо Он — первая Причина), и [христиане] не принимали бы по многобожнически три раздельные начала» [292] , как это случилось с тобой, не поднимающимся посредством этих речений к первой Причине.

25. И ты не стыдишься явно проповедовать два начала, уча, что Дух Святой имеет бытие от Отца и Сына, оставляя выводить и третью из того, что ты говоришь. Ведь если [Дух] по причине того, что посылается Сыном, от Него и исходит, притом, что и Дух посылает Сына и не только как человека, но и как Бога, как было показано выше, и даже Отца [посылают] Сын и Дух, как понимает это золотой богослов Иоанн, истолковывая пророческое [высказывание]: Господь посла Мя и Дух Его [293] , то вот тебе и Дух — начало, и от Отца и Духа рождается или исходит Сын.

Ибо я не буду здесь говорить об Отце, — хотя из латинского новшества и это вытекает, — остерегаясь такой {стр. 110} чрезмерности. Можно заметить, что и другие из вытекающих несуразиц не лишены чрезмерности в дурном, ибо они оказываются взаимоисключающими, если под посланием мы будем разуметь исхождение или рождение. Ибо если это понимать под посланием, то каждое из этого не есть тропос существования, хотя бы оно и было предвечным. Если же под предвечным исхождением и рождением будем понимать послание к нам, то будет какое–то вневременное и вечное послание к нам, или некое временное существование Сына и Духа.

Подобает же разумному слушателю внимательно отнестись и к тому, что тезоименитый богословию Григорий причислил к уничижительным выражениям о Святом Духе и [слово] «посылаться», тогда как «исходить» — велико и более чем велико. Ибо если велико для Отца — ни от кого не происходить , то не менее велико для Духа — исходить от такого Отца [294] . Ведь «послание» выражает готовность ко снисхождению к нам, а «исхождение» является наименованием самого по себе бытия Духа от Отца. И первое есть то, по чему мы сделались причастниками благобытия , а второе представляет равночестно соединенным с Отцом Святой Дух, по одной лишь ипостаси отличающийся от Него и Сына.

26. Ты же, видя разделение, происходящее из твоих слов по причине твоих новин и уже разделяющее тебя с Богом (ибо что есть [различение между исхождением] «ближайшим образом» и «не ближайшим образом» если не что–то близкое к разделению?), чтобы, с другой стороны, избегнуть того, что [сам же] придумываешь, вводишь в это свое богословие великое различие. А мы и у пишущих {стр. 111} Духом увидели тайны Божии, и веруем и проповедуем, что сущие Друг в Друге вмещаются Друг в Друга без смешения и не ближе относятся Каждое к Самому Себе, чем Друг ко Другу. Если же к Самому Себе Каждое относится непротиворечиво и непосредственно (ибо как иначе?), то как Они будут опосредованно относиться Друг к Другу? Когда же изыскиваем причину этого неизреченного и превышающего всякий ум [Их] отношения Друг ко Другу и выступающей за пределы [разумения] сращенности, и непостижимого взаимопроникновения [295] , то сразу находим и проповедуем Отца, зная Его Самого Единением, Его Самого Союзом, Его Самого и Отцом и Изводителем и Содержателем [296] Рожденного и Изведенного, и таким образом полагаем Его Их Серединой и Началом.

От Кого же из Них — я имею в виду Сына и Духа — ни увидим домостроительно являемого нам инаго Утешителя [297] , тотчас же через Него возводимся к первому и единственному Началу, ибо посылающий или дающий Духа Сын откуда имеет Его, если не от первого и единственного Начала? Итак, Он так Его посылает и дает, как имею{стр. 112}щий Его осуществованным от Отца, а не как соизводящий и со–осуществляющий. И, посылая и подавая [Его], Он именно то показывает нам, что [Дух] де есть Мой, но не от Меня, а от Отца.