Чтение онлайн

Врангель поднялся, подошёл к окну, отдёрнул тяжёлую портьеру. Внезапно из-за облачка выглянула луна, яркая, словно прожектор, и осветила суда, стоявшие в бухте. Одно из них, трёхмачтовое, с изящными обводами, показалось ему незнакомым.

— Ваша бригантина?

— Моя. Вернее, не моя, а того ветра, что носит её по свету. Я лишь пассажир, — Магель тоже встал и оказался рядом. — Бригантина под американским флагом, и флажок на автомобиле американский, но это лишь легенда. Для упрощения понимания. Нет, никаких инцидентов с официальными представителями Северо-Американских Соединенных Штатов не будет, моё пребывание согласованно с госсекретарём Колби. Но давайте вернёмся к делу. Время не ждёт, а его у нас, увы, меньше, чем хотелось бы.

— Итак, вы предлагаете помощь. От имени кого? — спросил Главнокомандующий, стараясь, чтобы голос звучал ровно, хотя внутри всё дрожало от смешанного чувства надежды и горечи.

— От имени людей, которым небезразлична судьба России, более того, судьба Мира, как не мелодраматично это звучит. Есть на свете силы, которые не любят лишнего шума. Они предпочитают действовать в тени, но возможности их… скажем так, велики. Очень велики.

— Масоны? — прямо спросил Врангель.

Магель рассмеялся — искренне, почти по-мальчишески.

— Боже упаси! Никаких масонов, никакого всемирного правительства, никакого заговора. Просто есть те, которые за долгие годы поняли: миром правят не пушки и не золото, а мечты. Мечты о справедливости, о красоте, о том самом Эльдорадо, который всё ищут и не могут найти. Я их представитель. Скажу для простоты: я представляю Фонд.

— И много вас? — Врангель не мог отделаться от ощущения, что разговаривает не с реальным человеком, а с героем старинной легенды, которая вдруг ожила и вторглась в его кабинет.

— Достаточно, чтобы повлиять на ход событий. Фонд не ставит вам условий, Пётр Николаевич. Мы просто даём шанс. Оружие, обмундирование, продовольствие — всё это будет доставлено в любой порт, который вы укажете. В обмен мы просим лишь одного: когда вы возьмёте Москву, вспомните о мечте. Не о партиях, не о классах, не о сословиях. О тех, кто верит, что Россия может быть не только великой, но и доброй.

Врангель молчал. За окном чуть слышно плескалась вода о гранит набережной. Где-то на рейде протяжно и печально загудел пароход — точно живое существо, которому одиноко и страшно в этой чёрной, холодной ночи.

— Вы говорите о чуде, — наконец произнёс генерал. — А я, знаете ли, разучился верить в чудеса. Слишком много крови видел. Слишком много предательств.

— Чудеса случаются только с теми, кто в них верит, — мягко возразил Магель. — Помните, в детстве вы верили в золотых грифонов? Они существуют. Я видел их. Не здесь, не в этой реальности, но они есть.

Врангель на мгновение закрыл глаза. Перед внутренним взором явилось море — не севастопольское, задымлённое войной, а ялтинское, лазурное, по которому скользила белая яхта, и отец говорил: «Смотри, Петя, это „Бегущая по волнам“. Самый красивый корабль на свете». Тогда ему казалось, что так будет всегда — солнце, море, счастливое детство и впереди бесконечность…

— Хорошо, — сказал он, открывая глаза. Голос его окреп. — Допустим, я принимаю вашу помощь. Что нужно делать?

Магель наклонился над шахматной доской и быстро, уверенно переставил несколько фигур. Белые, до того стоявшие в безнадёжной позиции, вдруг обрели стройность и силу. Чёрный король оказался под ударом сразу двух слонов и коня.

— Видите? — гость поднял глаза. — Позиция изменилась. Это не мат, но это возможность играть дальше. А играть, как известно, надо до конца. В Севастополь через неделю придут три транспорта под флагом Никарагуа. Да-да, не удивляйтесь, эта маленькая страна существует не только на картах. На транспортах будет всё необходимое на первое время. Продовольствие, обмундирование, орудия и боеприпасы. Нет, это не чудо. Сейчас, когда Великая Война завершилась, в Европе скопилось неимоверное количество оружия. Особенно германского и австрийского. От которого Европа не прочь избавиться. Я уверен, что вы найдёте присланному нужное применение. Кстати, через две недели ожидается наступление красных, но об этом мы поговорим позже.

— То есть вот так, запросто, дар небес?

— Дар Фонда, — поправил барон Магель.

— Совершенно безвозмездный?

— Полагаю, что потом, когда придет время, вы не забудете тех, кто помог вам в час нужды.

— И всё? — Врангель не верил своим ушам. — Никаких контрактов, никаких гарантий?

— Никаких расписок кровью не требуется. Гарантия — ваше честное слово, — просто ответил Магель. — Для Фонда этого достаточно. Мы умеем отличать настоящих людей от подделок. А вы, Пётр Николаевич, настоящий. Я знаю вашего отца, я знаю вашу мать, я знаю вас. Этого довольно.

В кабинете повисла тишина — густая, как смола, и вязкая, как южная ночь. Врангель смотрел на шахматную доску, где резко забоевело, и думал о том, что жизнь, в сущности, удивительная штука. Только что он чувствовал себя загнанным зверем, обречённым на гибель, а теперь…

— Знаете, — заговорил он после долгой паузы, — я ведь почти поверил, что вы пришли с того света. Из какой-нибудь чудесной страны, где всегда светит солнце и сбываются мечты.

— А разве нет? — улыбнулся Магель. — Разве этот кабинет, этот город, эта бухта — не часть той страны? Просто мы привыкли не замечать чудес. Мы смотрим на море и видим воду, а надо видеть — бесконечность. Мы смотрим на корабли и видим дерево и железо, а надо видеть — души, уходящие за горизонт. Я приплыл к вам на бригантине, которая называется «Бегущая по волнам». Вы знаете, кто её построил?

— Кто? — машинально спросил Врангель.

— Капитан Гез. Тот самый, что тридцать лет назад исчез в устье Лимпопо вместе со всей командой. Никто не верил, что он вернётся. А он вернулся. И корабль его вернулся. И экипаж. Потому что настоящие корабли, как и настоящие люди, всегда возвращаются.

Сумасшедший, окончательно решил генерал. Очередной сумасшедший. В тяжёлые времена число таких «спасителей России» появляется чуть не ежедневно.

— Погодите записывать меня в сумасшедшие, — Магель словно читал мысли генерала. — Прикажите своему дежурному передать лицам, ждущим меня в автомобиле, доставить доказательство.

— Доказательство? Доказательство чего? — невольно спросил генерал, хотя знал, что бессмысленно участвовать в бреде больного.

— Доказательство не только серьёзности намерений, но и возможностей Фонда.

Но он передал письмо от матушки, подумал Врангель. Вреда не будет, если я посмотрю на доказательство.

И он отдал распоряжение.

Прошло не более трёх минут, как дверь распахнулась, и, в сопровождении поручика Войкова, вошли двое, высокий негр в европейском костюме, и смуглый турок в костюме турецком.

Не прошло вошли, а внесли сундучок, не очень большой, окованный железом, и, судя по всему, весьма тяжелый.

Внесли, поставили на пол, и посмотрели на Магеля.

— Открывайте, — сказал гость.

Турок наклонился, отпер ключом навесной замок, и откинул крышку сундучка.

Сундучок был полон золотых монет.

Магель подал знак, турок зачерпнул несколько монет, подошел к шахматному столику и осторожно, чтобы не раскатились, поместил их стопочкой на свободное поле, е четыре, машинально отметил главнокомандующий.