Чтение онлайн

Двуликие почти не помнят случаев беременности человеческих самок от оборотней. Так только, ходят по стране вместе с бродячими артистами редкие истории, больше похожие на сказку.

И всё же, сейчас. Абели, наложница Торэса, и Поли, наложница короля, обе человечки оказались, каким-то чудом, беременны от оборотней. Поэтому Шурхэн не намерен был терять даже такой призрачный шанс. Сейчас, когда Альфа, так вовремя, приревновал его к своей Поли и временно удалил из дворца, он потратит всё нежданно освободившееся время не только на наведение порядка в собственных делах, но и на попытки получить своего ребёнка.

Прошло почти два месяца с момента временного отстранения Беты от дел, когда во дворце, во время очередного королевского совета, произошло непредвиденное.

С тех самых пор, как фаворитка короля, Поли, неосторожно, хоть и несерьёзно, предложила Альфе подарить её Шурхэну, ревнивый Рэстан под предлогом того, что его

Бете необходим отдых, запретил тому, до особого распоряжения, пока появляться во дворце. Такого распоряжения всё ещё не было, поэтому Шурхэн на этом совете не присутствовал.

Король сидел во главе большого длинного стола со своей капризной беременной самкой на коленях и был вне себя от раздражения, когда на него буквально посыпались просьбы и предложения от членов совета:

— Нужно забрать у людей всех женщин и раздать оборотням!

— У прежнего короля было ещё две человечки, кроме Вашей.

— Альфа, подарите нам их!

— Нужно снова напасть на людей и уничтожить всех мужчин!

— Правильно!

— А женщин распределить между оборотнями в соответствии со статусом!

— Негодных к деторождению старух можно тоже уничтожить!

На последнем кровожадном предложении, встрепенулась, как птичка, королевская наложница Поли, которой из-за её беременности Альфа позволял всё на свете, и она творила, что хотела, например, присутствовала на этом совете.

Женщина повернулась к оборотням лицом и, вдруг, зарычала. Двуликие увидели, как её тонкие нежные ручки с тихим треском ткани на рукавах платья превратились в белые волчьи лапы с когтями, которыми женщина тут же ловко дотянулась до ближайших советчиков, и взмахнула, расцарапав лица. А тому оборотню, который предложил уничтожить старух, едва не откусила нос, рванувшись в его сторону и опалив горячим дыханием из волчьей пасти, которая, каким-то непостижимым образом, оказалась у неё вместо милого девичьего личика с пухлыми губками.

Поли дико напугала всех членов совета и самого короля своей внезапной частичной трансформацией. Ошалелый Рэстан срочно приказал привезти всех лекарей столицы, а сам старался нежно успокоить свою самочку, ласково поглаживая по спине.

Совет замер в ожидании. Мужчины понимали, что рассердить конкретно эту беременную самку, для них было крайне нежелательно. Альфа запросто может разорвать любого из них, только чтобы будущая мать его ребёнка не печалилась. А женщина-то, как оказалось, не человечка вовсе!

— Госпожа Поли — не человек, а оборотень. Трудно сказать, почему способность к обороту стала просыпаться у неё только сейчас. Предположительно, скорее всего, условия её прежней жизни были слишком сложными, и отец-оборотень был либо очень слаб, либо невероятно молод, — доложил Альфе после осмотра и совещания, со спешно прибывшими во дворец коллегами, королевский лекарь. — Эти превращения сейчас крайне болезненны для девочки, к тому же, судя по состоянию плода, Альфа, Ваш наследник появится уже через две недели. Поэтому госпожу надо беречь и не волновать.

— Получается, беременна только одна человечка, Торэса? — задумчиво произнёс один из членов совета разглядывая свои, быстро заживающие, кровавые раны на руках, оставленные волчьими когтями женщины.

— Нужно донести это до всех оборотней, пока они не разорили человеческое поселение. Хотя даже рождение детей у Торэса может вдохновить их на дальнейшие кражи. Может, его жена, Абели, тоже такой скрытый оборотень? — проговорил второй.

— Как бы то ни было, а в любом случае можно представить ситуацию именно так, и снять возникший ажиотаж вокруг Человеческого квартала, — вдруг произнёс Рэстан. — Займитесь этим немедленно. Мне нужно успокоить всех. Особенно свою малышку.

Король, с Поли на руках, покинул зал совета.

— Расскажи-ка мне, девочка, как получилось, что ты оказалась оборотнем? — мягко спросил король, когда они, уже вечером, обнявшись, лежали в постели.

— Знаю только то, что отец, которого я знала, мне не родной и очень сердился за это на меня. Мама тоже не очень меня жаловала, поэтому, предполагаю, что её какой-то мужчина взял против воли, — очень коротко поведала Поли историю своего детства, опасаясь, что подробный рассказ, как её растили, всё же может привести Альфу к войне. — В двенадцать лет меня определили в закрытый пансион, чтобы потом выгодно отдать замуж. Только война помешала, я стала данью для Альфы.

В тот же день, известие о том, что беременная фаворитка молодого короля оказалась не человечкой, а оборотнем, почему-то выросшим среди людей, и слух, что жена Торэса, тоже может оказаться таким же оборотнем, остудило многие горячие головы двуликих и напряжение вокруг Человеческого квартала несколько спало. Многие волки просто ушли восвояси.

Энни, наложница Шурхэна, завидев вошедшую в сад при гареме служанку, тяжело вздохнула и невольно сжалась, надеясь, что та пришла не за ней. Уже два месяца её и вторую человеческую наложницу водили к хозяину по очереди.

— Опять я? — жалобно захныкала Энни, покорно поднимаясь со скамьи. Служанка подошла к ней.

Энни давно с горечью и досадой заметила, что, каждый раз, именно её проклятый оборотень мучил гораздо дольше, чем подругу по несчастью. Хотя второй женщине тоже немало достаётся. Их новый хозяин, Бета Шурхэн, уже два месяца с них обеих почти не слазит.

Волчицы смотрели на, идущую с поникшей головой Энни, с такой привычной ненавистью и завистью. Дуры! Она с таким облегчением уступила бы любой из них своё место.

— За какие только прегрешения перед Богиней я в гареме оказалась?! — шептала себе под нос Энни и обречённо шла вслед за своей провожатой.

Шурхэн кинулся к съёжившейся женщине, едва та вошла, и жадно обнюхал живот.

Энни постаралась сдержать дрожь отвращения при его прикосновении. Она уже давно поняла, если не сопротивляться будет почти не больно.

— Всё без толку! Два месяца прошло! — раздражённо воскликнул Шурхэн, — Приведите вторую!

Энни вздохнула с облегчением и надеждой, что её сейчас отпустят обратно.