Чтение онлайн

– Так какие же у вас прогнозы относительно нашей расы? Можно это исправить или нет? – громко выкрикнула Келла-Мария.

– Без всякого сомнения! – уверенно откликнулась я. – Ранее вы с этой задачей прекрасно справлялись сами. И результаты налицо. Я вижу перед собой молодое поколение гибридов людей и леаров… Значит, нет ничего невозможного!

Чигарт, который сидел в первых рядах зала для сходок, встал. Люди с задних рядов начали покидать свои места и тоже подходить поближе.

– Наташа, с момента вынужденной посадки нашего корабля на эту планету, по вашему летоисчислению, прошло сто лет. За это время, к нашей величайшей радости, у нас родились сорок четыре хомо-леара. Последней появилась на свет моя внучка, Элаин. Самой юной из гибридов исполнилось тридцать три года. Но в год ее зачатия корабль, на котором находился весь цвет леарской науки, был взорван, а вместе с ним был утерян секрет корректировки фертильности леаров.

– Я помню этот трагический момент вашей истории, уважаемый коллега! Я разделяю вашу скорбь по поводу гибели ваших ученых, – попыталась я утешить леарского гинеколога. – Я попыталась восстановить эту формулу замещения утраченных хромосом у леарских женщин и мужчин. Это довольно просто. К моей величайшей радости Лексо и Мэфос обнаружили группу выживших землян на Багамах. Теперь мы можем взять подходящие гены у людей и отредактировать ДНК леаров. Я уже пробовала произвести замену на крысах, – я указала на клетку, которую принесла с собой. – Через недельку-другую я смогу обследовать потомство и проверить, фертильны ли они.

– Да, но крысы – это класс мелких животных-грызунов… Меня интересует, как ты собираешься исправить это во взрослом леаре? – я услышала чей-то взволнованный голос. Через плотную толпу к трибуне пробралась «бывшая» подруга Лексо.

– Я не буду ничего исправлять в ДНК, Мэди. Просто отредактирую матричную РНК. И тогда в работу генов вмешиваться не придется – это поможет свести к минимуму возможные риски и неблагоприятный исход.

Глаза полулерки загорелись надеждой.

– Если запись уже началась, я встану в очередь. Можно?

Еще недавно я сильно нервничала, когда думала о том, что, если мне придется помочь полукровке Мэди… то у Лексо не будет причин… Сейчас мне вдруг стало стыдно за те мысли. Я была уверена в себе, и никаких таких страхов у меня уже не было. Я ощутила в себе горячее желание сделать все возможное для того, чтобы эта девушка почувствовала себя счастливой. Я ободряюще улыбнулась ей.

– Да, Мэди, ты можешь записаться к нам. Чигарт, будь любезен, составь список желающих.

Из средних рядов быстрыми шагами стал пробираться к нам мужчина.

– Наташа! Вы говорили, что нужные хромосомы отсутствуют, как у мужчин, так и у женщин. Я бы тоже хотел записаться на редактирование.

Тут где-то на задних рядах кто-то с грохотом опрокинул стул… Слева в проходе образовалась затор. Леары устремились в нашу с Чигартом сторону, торопясь записаться на прием.

– Круто! – выдохнул Мэфос в восторге, неожиданно оказавшись рядом со мной. – Ты наш герой!

– Да ладно, – скромно потупилась я. – Если бы не гибель последнего генетика, вы бы уже давно справились с этой задачей самостоятельно.

Когда желающие записались, и все спокойно расселись по местам, я снова встала за трибуну.

– Спасибо, друзья, за доверие. Сейчас перед нами стоит другая не менее острая проблема. От людей хомо-леары унаследовали короткий срок жизни. Сейчас я вплотную хочу заняться исправлением этого порока. Метод я разработала еще восемьдесят лет назад и даже испытала его на себе. Вы все знаете, что я чистопородная землянка. Но поскольку мое ДНК отредактировано по типу леарского, я не старею.

Неожиданно мои слушатели начали мне рукоплескать.

– Не спешите аплодировать, – я смущенно замахала руками. – Это не моя заслуга. Дело в том, что сто лет назад Лексо передал мне формулу, которую выстроил ваш гениальный ученый Эриас. Опираясь на нее, мы с моей коллегой и подругой Наташей смогли в разы увеличить продолжительность нашей жизни. Если я сумела перестроить себя и свою подругу…, то в отношении леаров-полукровок, я думаю, проблем не возникнет! – я обвела глазами аудиторию и столкнулась взглядом с Лексо.

Он улыбался. Наверняка, ему было приятно, что я наконец-то признала заслуги леарских генетиков.

Я взяла себе за правило: каждый новое утро начинать с пробежки. В городке сейчас буйно цветет жакаранда. И мне приходится бежать по сине-фиолетовому ковру опавших цветов.

Как прекрасен мир! Я в раю! – в очередной раз думала я, наслаждаясь свежестью бодрящего воздуха, пропитанного ароматом фиалкового дерева. Его темные, графически расчерченные ветви смыкались надо мной цветущей кроной. А в просвете резной папортниковой листвы сияла эмаль голубого неба. И все это вскипало радостью в груди.

И вдруг – дежавю: сначала над головой послышалось знакомое жужжание, а через мгновение я ощутила крепкий захват на своей талии, а земля вдруг ушла из-под ног и стала стремительно отдаляться от меня. Макушкой я ощутила давление твердого подбородка, а виска коснулось веяние горячего дыхания.

– Алекс! Куда ты опять понес меня?! – преодолевая волну инстинктивного страха, смущенно пролепетала я.

Но он молчал, продолжая полет, и лишь самодовольный вид и загадочно поблескивающие глаза обещали не разочаровать.

Мы взлетели достаточно высоко над рекой, а потом Лексо резко спикировал прямо к воде. Мы так стремительно неслись вниз, что я боялась лицом пробороздить течение, но летун в крутом развороте вышел из пике и снова взмыл в небеса. Троекратный пируэт, снижение по спирали, вертикальный набор высоты, а потом снова разворот и свободное падение лицом в небо… У меня посекундно захватывало дух, и я визжала от страха и восторга, когда вместе с ним совершала серию феерических трюков воздушной акробатики.

Устав от экстримальной воздушной акробатики, Алекс выровнял полет и теперь мы спокойно парили вдоль крутых склонов каньона, а я любовалась красивыми видами. Там, где Грихальва делала крутой изгиб вокруг горы, леар нашел подходящее для привала местечко. С отвесной скалы с шумом стекал пенистый водопад, образуя небольшую заводь. Узкая песочная кайма прибрежья была завалена громадными, поросшими мхом валунами.

Вот туда, на бережок бирюзового заливчика, и опустил меня мой летающий друг. Присев на мохнатый, согретый солнцем камень, я с лукавой улыбкой повернулась к Алексу.