Чтение онлайн

– Я как будто другими глазами тебя увидела. Ты реально космический пришелец… И это… впечатляет…

– Это – всего лишь то, что дано мне природой. Девушка, вылепившая сама себя, впечатляет больше, – улыбается он. – Я часто вспоминаю дни наших первых встреч. И думаю, каким же я был идиотом… Все могло сложиться иначе… Мы могли наслаждаться друг другом еще тогда…– Он снова порывисто поцеловал меня. – Здесь нет опоры…Пора на берег, – прошептал он, продолжая осыпать меня поцелуями.

Лексо медленно погрузился в глубину и уплыл… Им дышать не надо оказывается… Они таким образом плавают. Я не сразу последовала за ним. Некоторое время, работая руками и ногами, держалась на поверхности и наблюдала, как движется его гибкое тело и как плещется светящаяся голубая вода над ним. Я тоже так хотела бы плавать, чтобы без маски и дыхательной трубки изучать подводный мир. Когда я добралась до берега, Алекс, уже одетый, поджидал меня на песочной косе прибрежья с полотенцем в руках.

Мы поднялись по пригорку к небольшому деревянному домику. Внутри была уютная гостиная в охотничьем духе. Стоящие по углам скульптурные изображения животных были вырезаны из дерева. Но люстра на потолке была украшена настоящими оленьими рогами. Массивные деревянные кресла были укрыты леопардовыми шкурами. На широком столе, кроме толстых свеч и ажурных стаканов с салфетками, ничего не стояло. Усадив меня за него, Лексо зачем-то завязал мои глаза широкой лентой.

– Только не подглядывай, Я долго жил в Мексике. За это время я изучил всю местную флору и, конечно же, кухню. А вот ты, похоже, – нет! Поэтому я решил, что настало время тебя с ней ознакомить, – его голос то отдалялся, то приближался – значит, он куда-то отходил и снова возвращался. Я слышала, что он что-то ставит на стол. Когда Лексо, скрипнув креслом, пододвинулся ко мне поближе, я обрадовалась.

– Ну что? Теперь можно снять повязку? – в нетерпении спрашиваю я.

– Еще нет! Открой рот! Угадай, что это? – между моих зубов проскальзывает долька фрукта.

– Мангостин! – не успев проглотить, чувствую на губах жгучее прикосновение его губ.

– Да это он и есть. Играем на поцелуи. Если ты угадала, я тебя целую. А если не угадала, целуешь ты! А это что?

Долго и с интересом жую. Кажется, это мармелад…

– Не угадала, это Камотэ. Но они и вправду похожи на мармелад, если их отварить, – добавляет леар, получив свою порцию ласки. – А теперь вот это… Гвоздь программы! – В мой рой проникает что-то горячее, соленое и хрустящее, похожее на жаренные креветки в соусе, но помягче… Или это картошку «фри», но с влажной начинкой?

– Боже, как вкусно! Мне начинает казаться, что жизнь прошла мимо меня!

– Значит, тебе понравилось?

– Очень! Давай еще! – я открываю рот и с аппетитом уплетаю несколько ложек подряд…

– Ну ты отгадывать-то не забывай! – напоминает Лексо.

– Понятия не имею…

– Черви агавы.

– Чтооооо?! – я резким движением снимаю с лица ленту, смотрю на тарелку, стоящую на краю деревянного стола – там и вправду лежат жаренные гусеницы. – Я в приступе брезгливости зажимаю рот руками. – Ну держись, теперь!

Он с приглушенным смехом, вскакивает.

– Спокойно, сударыня, спокойно! Ты же сказала, что они вкусные.

– Ты накормил меня червяками! – восклицаю я сердито, но его смех заразен, и на него невозможно сердиться.

– Да ладно тебе! Черви – традиционное блюдо и к тому же изысканный деликатес! – Лексо отскакивает от меня за противоположную сторону стола.

– Ты видел, чтобы в России кто-то ел червей?

– Нет, не видел! Но в других странах едят! – мы, как маленькие дети, с хохотом бегаем вокруг стола – кто-то убегает, а кто-то пытается поймать. Со стороны, может это и выглядит ужасно глупо и сентиментально, но как редко мы испытываем искрометно-чистую радость, когда глаза метают искры, а эмоции плещутся через край.

На бегу он резко оборачивается, раскинув объятия. Я с разбегу налетаю на него. Он подхватывает меня на руки, относит на накрытую леопардовой шкурой кровать.

Три дня, осталось всего три дня… Наши губы смыкаются, одежда летит в разные стороны… И я улетаю, целиком одурманенная ощущением близости с ним. Поцелуи приобретают привкус горечи – а вдруг это в последний раз? Мне становится страшно его потерять. Я ведь уже видела однажды, как это происходит 100 лет назад: вот был человек, и нет человека…Я хочу запомнить его запах, блеск его глаз, волны эйфории, закипание страсти и обволакивающий туман нежности… Кажется, я похожа на оголодавшего зверя… Но Лексо не удивляется этому, только шепчет иногда «Ундина моя, что же ты со мной делаешь…»

Хотя, наверное, обо всем этом я думала уже потом, когда мы обессиленные лежали в постели. Блаженно улыбаясь, я разглядываю свои кружевные трусики, которые красноречивым свидетельством ураганной страсти висели на плафоне старинной люстры. Я с хохотом толкаю Лексо в бок: «Смотри, пришелец! С каким пылом ты это делал!»

К приходу Риннан Наташа уже полностью была подготовлена к праздничной церемонии: ее причесали и принарядили. Землянка удивилась, что парадное одеяние на ней было таким же богатым, как на принцессе, словно она принадлежала императорской семье. Золотисто- белое платье с расширяющимися фалдами подола в пол, расшитое сине-сиреневыми цветами. Рукава, похожие на крылья, из прозрачного синего шифона.

К прическе из сложных переплетений косичек служанки стали прикреплять череп и сине-желтые крылья птицы. На активные возражения Наташи, они что-то пролепетали, но продолжили украшать ее волосы так, как посчитали нужным. Она не стала с ними спорить, лишь бы еще не повесили ей на шею ожерелье из черепушек мелких зверушек и не назвали ее новой жрицей.

Лицо у Риннан было строгим и бледным, словно какой-то страх держал ее в напряжении.

– Ретеллер у тебя с собой? – первым делом спросила она. – Верни его мне. Мы тебе другой встроили. Жрецы не должны о нем знать. Поэтому он прикреплен на внутреннюю часть ободка, которая прилегает к виску. – Она показала мне диадему из серебристого металла с крупными лазурными камнями и легким шлейфом. Принцесса сняла птичий череп с крыльями и надела Таше поверх прически то, что принесла с собой.

Праздник открывался речью императора Эл Ор Ритана Третьего. Хотя он уже поднялся перед народом на антигравитационной трибуне, и огромный холоэкран транслировал обращение правителя к теранцам, Наташа вместе с выделенной ей охраной все еще стояла на трапе базового корабля в ожидании, когда им разрешат присоединиться к императорской семье. Риннан не разрешила ей спускаться с корабля раньше назначенного времени, учитывая враждебность шаманов к ней. Сказала, что за ней придут.

– Мое возлюбленное племя! Мои верные воины! Братья и сестры! Наши мудрые шаманы-прорицатели! – изрек повелитель пришельцев с титулом Третьего Луча другой солнечной системы. – Я не просто так собрал вас сегодня на это пиршество. Сегодня мы празднуем возрождение нашего рода. Ибо всех нас ожидает новая лучшая жизнь! С тех пор, как я впитал дух Шеол-Кууля, мои мысли стали острее его клыков. (Послышался изумленный и недоверчивый гомон народа). Боги воззвали ко мне. Я всю ночь слушал их голос. Боги показали мне истинный путь нашего народа. И теперь я ясно вижу, что мы сошли с этого пути. Наши доблестные жрецы верно почувствовали, что боги нами недовольны. Но сильно обманулись в причинах. И именно их ошибки привлекли столько бед в наши жизни. – Тут уже шаманы протестующее закричали. Но Танаар повысил голос, призывая не перебивать. – Теперь все будет иначе. Боги сказали, что прощают нас. Боги дали нам еще один шанс. Последний шанс. И мы обязаны оправдать его.

«И что мы должны сделать?», «Да, что?!» – послышались возгласы.

– Делать все, что я вам велю. Каждый способен услышать голос бога в себе.

– Слышать голоса богов могут только шаманы! – агрессивно выкрикнул один из старейшин.

– Не только, – усмехнулся Танаар. – Но глубокая убежденность в этом сделала всех нас глухими к голосам богов.

– Это слишком смелые заявления, – с трудом сдерживая кипящую ярость, – подал голос Верховный жрец Зухруул. – Каким же образом ты собираешься заставить простой люд слышать богов?

– А чем они хуже вас?

– Да! Чем это мы хуже? – послышалось вокруг.

– Шаманы убедили нас в своей избранности и тем самым нагло лишили нас права слышать и быть услышанными. Отгородили нас от богов. Сделали нас чужими и одинокими. Но мы это исправим. Рано или поздно. Мы будем учиться думать. Мы должны перестать быть слепыми и впустить в себя новые знания! И тогда мы обязательно услышим голос бога в себе. Наш народ не зря зовется Цветами Ритана, ибо мы едины с богами. Земля и вода, небо и воздух объединяют и делают нас едиными с нашими создателями.