Чтение онлайн

— В хорошем смысле. — Она сжала его пальцы. — Я не знаю, насколько далеко зайдут наши отношения. Но сейчас ты мне нравишься настолько, что я готова рискнуть.

Кирилл почувствовал, как внутри разливается тепло.

— Этого достаточно. На сегодня — точно.

— Расскажи о себе, — попросила Анна, когда принесли первые блюда. — Что дальше? После университета?

— Мечтаю открыть своё издательство, — Кирилл оживился. — Небольшое, но уютное. С читальным залом, где люди могли бы просто сидеть, листать книги, пить кофе…

— Звучит наивно, — она улыбнулась. — Но чертовски мило.

— Наивно? — он притворно возмутился. — Это амбициозно!

— Это романтично, — поправила она. — И знаешь, мне нравится твой задор. Даже если всё пойдёт не по плану.

— Главное — не переставать верить в план, — он поднял бокал. — Даже если он рассыпается на глазах.

— Мудрое изречение. Откуда?

— Только что придумал. Авторское.

Они снова рассмеялись.

Блюда оказались именно такими, как они боялись: странными, но неожиданно вкусными.

— Это точно рыба? — Анна осторожно попробовала кусочек.

— По вкусу, то как будто кто-то решил смешать все специи мира в одном котле. Но… интересно.

— Согласна. Надо будет повторить. Но не завтра.

Они делились впечатлениями, пробовали друг у друга, спорили, какая приправа доминирует. Время текло незаметно, и на какое-то мгновение показалось, что все проблемы растворились в аромате еды и тепле друг друга.

— Кстати, — Анна взглянула на часы. — Сегодня у меня смена в клубе.

Улыбка Кирилла дрогнула.

— Опять?

— Ну а как иначе? — она вздохнула. — Это часть моей жизни. Пока что.

Он промолчал, но в глазах мелькнуло что-то неуловимое. Ревность, беспокойство, смесь чувств, которую он не мог назвать.

— Ладно, я понимаю, — наконец сказал он. — Просто… непривычно.

— Привыкнешь, — она попыталась улыбнуться. — Или я брошу это дело и перестану быть собой.

— Лучше второе.

— Рано делать такие заявления, — она покачала головой. — Давай не забегать вперёд.

В этот момент его телефон пискнул. Сообщение от мамы:

«Кирилл, срочно домой. Это важно».

Он нахмурился:

— Что-то случилось. Обычно она так не пишет.

— Может, просто соскучилась? — предположила Анна.

Но он уже чувствовал, что это не просто.

Когда ужин подошёл к концу, Кирилл достал карту:

— Пора платить за наши гастрономические эксперименты.

Официант вернулся через минуту:

— Простите, но оплата не прошла. Карта заблокирована.

— Как? — Кирилл перечитал сообщение на терминале. — Этого не может быть…

Он достал вторую карту, и там та же история.

— Странно, — он попытался позвонить в банк, но линия была занята.

— Давай я оплачу, — предложила Анна.

— Нет, — он резко встал. — Я сам разберусь.

— Кирилл, — она положила руку на его плечо. — Это просто деньги. Не стоит так переживать.

— Дело не в деньгах, — он сжал кулаки. — Отец. Это его почерк. Он перекрыл доступ.

— Откуда ты знаешь?

— Потому что он всегда так делает, когда хочет меня проучить.

Анна молча достала карту, расплатилась, не глядя на сумму.

— Спасибо, — прошептал Кирилл, чувствуя, как внутри растёт ком обиды и бессилия.

— Да всё в порядке, — она взяла его за руку. — Иногда приходится принимать помощь. Даже если не хочется.

Он кивнул, но гордость жгла изнутри. Унижение. Вот что это такое.

На улице воздух был прохладным. Они шли молча, пока Анна не остановилась:

— Слушай, я понимаю, тебе сейчас тяжело. Но это всего лишь эпизод.

— Эпизод, который повторяется всю мою жизнь, — он пнул камешек. — Они всегда решают за меня. Всегда контролируют.

— Но ты уже взрослый. Ты можешь выбирать.

— Могу, — он вздохнул. — Только вот цена выбора…

Телефон снова завибрировал. Новое сообщение от мамы:

«Приезжай немедленно. Мы знаем о твоей связи с „англичанкой“. Пётр Сергеевич из университета прислал нам доказательства».

Кирилл замер.

— Вот и всё, — прошептал он. — Игра окончена.

Анна побледнела:

— Пётр Сергеевич… Значит, это он.

— Он всё знал. Твой сраный тайный воздыхатель. И ждал момента.

Они стояли, глядя друг на друга, понимая: мир, который они пытались построить, только что треснул по швам.

— Что теперь? — спросила она.

— Теперь, — он сжал её руку, — мы либо сдаёмся, либо боремся.

И в его глазах вспыхнул огонь, которого она ещё не видела.

Вечер опустился на город тихо, почти незаметно, будто кто-то осторожно накинул на улицы мягкий серый плед. Фонари разливали желтоватый свет, а влажный асфальт отражал огни витрин, превращая дорогу в извилистую реку из золота и серебра. Кирилл стоял у обочины, глядя, как такси с Анной растворяется в потоке машин. В руке он всё ещё сжимал ключи, которые она ему передала. Маленькие, холодные, но такие многозначительные.

— Ну вот, — пробормотал он себе под нос. — Теперь я официально обладатель чужого жилища. И никаких инструкций по применению.

Он усмехнулся, но смех вышел горьким. Мысли крутились вокруг одного: «Она там, в клубе. Среди музыки, огней, чужих взглядов…»

— Ревность, она как изжога, — сказал он вслух, будто разговаривая с невидимым собеседником. — Вроде ерунда, а мешает жить.

Метро гудело, вагоны покачивались, а Кирилл стоял у дверей, наблюдая, как его отражение мелькает в темноте. В кармане звенели ключи, в голове тысячи невысказанных слов.

— Молодой человек, вы выходите? — окликнула его пожилая женщина с тяжёлым пакетом.

— А? — он вздрогнул. — Да, конечно.

Вышел на своей станции, вдохнул прохладный воздух. Где-то вдали смеялись подростки, звенели велосипедные звонки, пахло жареными каштанами. Жизнь шла своим чередом, а его собственная будто зависла на перепутье.

— Ладно, — сказал он себе. — Сначала нужно забрать вещи. Потом решать.

Но «потом» пугало. Потому что решений не было.

Дверь в родительской квартире открылась, и сразу стало ясно, что его ждали. Не просто так, не случайно. Это была засада.