Чтение онлайн

– Мы превратим их «троянского коня» в бомбу с часовым механизмом, - Касуми поняла замысел подруги, - которая взорвется прямо в руках Момоки Ходзё, когда она решит предъявить ваши «грехи» двору.

– Но для этого нам нужно проникнуть на склад. – У морпеха уже начал складываться план операции под кодовым названием «Шелковый путь».

— Ну что ж, дамы, — протянул Араками, поигрывая веером, — похоже, у нас есть три дня, чтобы перевернуть этот город с ног на голову.

Первый молодой господин протянул чашку чая Касуми. Когда девушка брала пилу, их пальцы соприкоснулись. В глазах мужчины вспыхнул огонь. И это была уже не простая заинтересованность, было что-то большее, более жгучее, проникающее гораздо глубже, чем просто в разум. Это был уже путь в самое сердце. Фукуи слегка покраснела и отвела взгляд. Ася же тихонько хмыкнула, сосредоточившись на разработке плана.

Совещание затянулось до полуночи.

27.

С первым лучом солнца из разведки вернулся Такео. Вести оказались безрадостными. Склад номер семь оказался идеальным местом для диверсии, которую готовили Ходзё. Горо — старый лис – отвечавший за хранение товара в порту уже подготовил поддельные накладные и нанял «своих» грузчиков на смену. Такео вытащила из-за пазухи смятый листок бумаги и протянула его Ёсихиро.

— Вот список того, что реально лежит в грузе. Шелк, специи и... кое-что ещё. – Мужчина был весьма сосредоточенным.
– Пара ящиков, маркированных как «медицинские травы», но на самом деле там опиум.

Ходзё планируют не просто подставить клан Мори, а уничтожить его репутацию, связав с торговлей наркотиками. Если бы это не обнаружили, то через месяц весь двор знал бы, что дом Минамото торгует смертью.

– И еще. – телохранитель говорил почти неслышно. На нескольких ящиках, , я заметила маркировку — красную печать с изображением журавля.

– Это знак императорского инспектора. – Арками поднял глаза на младшего брата.
– Похоже, Ходзё играют в очень опасную игру. Они не просто подставляют нас, они используют груз, который официально принадлежит двору. Если мы просто подменим его или уничтожим, мы ударим не только по Ходзё, но и по самому императору. Это может превратить наш «триумф» в смертный приговор для всего клана Минамото, независимо от того, кто был предателем.

– Планом «просто заменить груз» пользоваться нельзя. – Ёсихиро понимал о чем говорит старший Минамото.

Касуми замерла, переваривая услышанное. Красная печать журавля — она знала этот символ. Он использовался для обозначения личных грузов императорской канцелярии, и подделка или порча такого груза приравнивалась к государственной измене.

— Чёрт... — выдохнула она, комкая в руках веер. — Ходзё играют по-крупному. Они не просто хотят опозорить клан Минамото, они хотят уничтожить его через императорский указ.

— Значит, наш план меняется. – Ася сразу поняла, к чему клонит подруга.
– Мы не просто подменяем груз, мы его... спасаем: изымаем опиум и подкладываем компромат на Ходзё, а императорский груз оставляем нетронутым, но помещаем его в другой ящик с фальшивым дном. Если проверка начнётся, Ходзё сами запутаются в собственных схемах. Она подняла взгляд на братьев, и в нём горела решимость. — Нам нужно будет проникнуть на склад дважды. Первый раз — сегодня ночью, чтобы изолировать императорский груз и перепаковать его. Второй раз — завтра, чтобы поджечь опиум и создать видимость покушения на груз журавля.

В связи с новыми данными пришлось менять план на ходу. Заговорщики разошлись только ранним утром, чтобы выспаться и перед налетом на склад.

Управляющая разбудила девушек днем, приглашая их от имени братьев Минамото в сад на чаепитие.

Воздух в саду был напоен нежным ароматом, а мягкий весенний ветерок осыпал землю миллионами розовых лепестков. Казалось, что само время замедлило свой ход под кипеньем цветущей сакуры, создавая полотно неземной красоты. Именно в этой декорации, словно изящно поставленной пьесе, должны были встретиться четыре души.

Первыми в саду появились братья Минамото. Араками, старший из них, был олицетворением весеннего дня – легкий, обаятельный, с улыбкой, способной растопить лед. Его взгляд игриво скользил по дорожкам, ища что-то, что могло бы развлечь его или, что вероятнее, кого-то. Рядом с ним, словно тень, шел Ёсихиро – воплощение самурайской выдержки и внутренней силы. Его осанка была безупречна, взгляд спокоен и проницателен, а в каждом движении чувствовалась скрытая мощь.

Вскоре их взоры привлекли две фигуры, приближающиеся по залитой лепестками тропе. Взгляд Араками, всегда искрящийся весельем, скользнул по Касуми.

– Как, неужели сама Аматерасу сошла с небес, чтобы осветить наш скромный сад? – нараспев произнес первый молодой господин, делая шаг к Фукуи.

После традиционных поклонов все четверо вошли в беседку, где уже был накрыт столик для чайной церемонии.

Араками ловко управляясь с чайной утварью, отпускал шутки, заставляя окружающих улыбаться, легко завоевывая женское внимание. Мужчина не сводил взгляда с каскадерши, иронично улыбаясь, когда подавал ей чашку.

– Не бойся, Касуми-сан, – прошептал он, едва слышно, чтобы не нарушить общую тишину.
– Этот чай придаст сил. А силы нам сегодня ночью понадобятся.

Его пальцы на мгновение коснулись ее, и по телу японки пробежала легкая дрожь – то ли от предвкушения, то ли от электричества его прикосновения.

Каждый же жест Ёсихиро был отточен, каждое движение исполнено достоинства. Он не произносил лишних слов, но его присутствие ощущалось как незыблемая скала. Его кимоно было строгим, а меч, лежащий рядом, казался продолжением его самого. Внимание второго молодого господина было приковано к Асе. Сегодня ее обычно строгий взгляд смягчился, когда она ловила на себе сосредоточенный взор самурая. В нем не было флирта, лишь глубокое уважение и что-то еще, что заставляло сейчас ее сердце биться чуть быстрее.

– Твоя сосредоточенность впечатляет, Ася-сан, – произнес Ёсихиро низким голосом, когда ритуал чайной церемонии близился к завершению.- Готовность к испытаниям – ценное качество.

Ася кивнула, отпивая горьковатый чай.

– В моем мире это называлось боевой готовностью, Ёсихиро-сан. Но здесь… здесь это кажется чем-то большим.

Морппех понимала, что «ночная операция», о которой говорилось лишь намеками, будет далеко не простой. Ее военная подготовка кричала о деталях, о плане, о разведке, но здесь всё было по-другому, окутано туманом чести и судьбы.

– Касуми-сан, посмотрите, как эти лепестки танцуют на ветру, — промурлыкал Араками, протягивая каскадерше крошечное вагаси, украшенное символом цветка сакуры.

Старший Минамото подмигнул девушке, и она едва заметно улыбнулась. Несмотря на всю серьёзность ситуации, Араками умел внести лёгкость, и Фукуи, привыкшая к риску, ценила эту беззаботность, за которой скрывался не менее острый ум. Между ними витала незримая нить лёгкого флирта и взаимного притяжения, обещание чего-то светлого в этом суровом мире.