Чтение онлайн

– Вот кто тебя просил вмешиваться в мою жизнь?! – в сердцах произнёс Вовка. Он представить себе не мог, как появится в доме банкира. Не подстава ли всё это, чтобы отомстить ему за побег? Но какой резон матери подставлять собственного сына? Скорее всего, Кротты на самом деле готовы его простить и принять. А мать надеется урвать что-нибудь для себя, рассчитывая на богатую невестку. Иначе бы она так не старалась. Если так, почему было не навестить брошенную им невесту и не попросить у неё прощения. Поженятся они или нет – ещё вопрос, но прощенным ему будет жить дальше легче. И Вовка решил принять приглашение потенциальных родственников.

Вовка предупредил Вику, что они сегодня не смогут увидеться. Любовница с тех пор, как её сожитель снова сошёлся со своей женой, часто коротала вечера в одиночестве. Ей это давно начинало надоедать: не для того цветёт. Но сейчас, когда соперница была в больнице, казалось, им ничего не мешало видеться чаще. К тому же, он проговорился, что он, собирается разводиться с женой, так как она всё больше и больше его раздражает. «Ника, извини, но я сегодня не смогу прийти» – этот недавний его звонок поставил её в тупик. Она терялась в догадках, не зная, что думать. «Ну и ладно! Ты не можешь, а я не хочу уже…» – подумала она, бросив трубку телефона. На горизонте замаячил более интересный и щедрый поклонник, а ее уже и морально, и финансово истощили отношения с мужчиной, который все никак не мог разобраться со своими женщинами и чувствами.

Вовка в это время готовился к визиту к Кроттам. Надо было выглядеть соответствующе. Вещи, купленные ему банкиршей, он уже успел сносить. Обновки жены выглядели слишком скромными. Его выбор пал на рубашку, подаренную ему Фаиной в день свадьбы. С тех пор он немного возмужал, поправился, и она сидела на нём безупречно.

– Сейчас ты выглядишь в ней даже лучше, чем тогда в Ялте, – одобрила выбор сына Татьяна, – Чем не знак свыше, что теперь ты дорос до того, чтобы жениться!

– Скажешь тоже, – отмахнулся Вовка, но вместе с тем задумался – может быть, так оно и есть?

Татьяна тоже нарочито надела тот самый костюм, в котором была на первой свадьбе своего сына, выражая тем самым пренебрежение его прежним выбором спутницы жизни. В подъезде их уже ожидала принарядившаяся баба Шура.

– Вовочка! – обрадовалась она, заметив своего бывшего квартиранта, – Какой ты стал солидный, взрослый, очки стал носить, словно учёный какой…

– Учёный, учёный, на ошибках своих учёный, – протараторила Татьяна.

– Ой, а рубашка какая у тебя красивая! Скромненькая, конечно, но со вкусом выбрана. Очень тебе идёт! – похвалила убранство Вовки консьержка.

– И в это вот позорище его бывшая вырядила на свадьбу, представляете себе, какая безвкусица. Вы бы ещё видели, что она на себя напялила… – Татьяна не упускала случая выставить ненавистную невестку в невыгодном свете.

– Будет тебе, – урезонил её сын, – хорошая и, между прочим, дорогая рубашка.

– До которой ты только сейчас дорос, – всё-таки вставила очередную шпильку обиженная свекровь.

– Ма, остынь! Это уже не имеет никакого значения, если мы решили развестись. Кстати, её мать столь же люто ненавидит меня.

– Вот семейка! А он их ещё защищает, Вы видите? – Обратилась она к бабе Шуре, – Эти ноги об него вытирают, а он горой за них стоит. Рыцарь печального образа…

– Кротты, наверное, уже нас заждались, – напомнила спорщикам консьержка.

– Действительно, что это мы… – осеклась Татьяна и приняла торжественный важный вид. По её представлению, именно так выглядят богатые дамы.

Банкирша открыла им дверь в домашнем шёлковом халатике, который был вместе с тем дороже вместе взятых выходных нарядов гостей. Татьяна оценила вкус потенциальной родственницы и тут же поймала себя на мысли о том, что если ей будут перепадать вещи с плеча матери невесты, она уже будет счастлива. Хотя, признаться, она рассчитывала и на поощрение в купюрах. Госпожа Кротт поймала алчный взгляд Вовкиной матери и сразу поняла, что её супруг в своём предположении о браке по расчету не ошибся.

– Проходите, – она пригласила гостей пройти, не скрывая холодности.

– Вы так любезны, – непонятно за что рассыпалась в любезности сватья.

Вовка и баба Шура смущённо молчали: они уже знали, что в этом доме гораздо больше восторженной болтовни ценят благородное молчание и умные речи.

– Какой у вас замечательный интерьер! – рассыпалась в комплиментах Татьяна, – Всегда о таком мечтала. Ох, а занавески с ламбрекенами просто чудо! Тоже хочу такие! Подскажете, где заказать?

– Боюсь, они будут вам не по карману, – насмешливо бросила госпожа Кротт, но восторженная гостья не заметила этого. Или не хотела замечать.

– Мама, остынь! – Вовка попытался урезонить свою мать. Ему было неловко за её поведение.

– Соседушка, зачем же вы самые худшие занавески сегодня повесили? Да и на столе старая посуда… Что всё это значит? – шёпотом обратилась к хозяйке дома баба Шура. Она бывала здесь раньше, и не раз, и знала, какие здесь оказывались приёмы.

– Проверка для потенциальных родственников, – так же шёпотом ответила банкирша.

– Сдается мне, мать жениха её уже провалила, – сделала вывод консьержка.

– Как Вы догадались? – улыбнулась госпожа Кротт, – Она сама об этом ещё не подозревает…

– Зато её сын достоин всяческих похвал! – обратила внимание на поведение своего протеже баба Шура, – Ему откровенно неловко за поведение матери.

– Не факт, – не согласилась с ней мать невесты и снова загадочно улыбнулась, – Для него главное испытание ещё впереди.

– Я уверена, он его выдержит! – произнесла консьержка, хотя было заметно, что на самом деле это было далеко не так.

– Скоро мы это узнаем, – подмигнула ей банкирша.

Наконец в столовую спустился господин Кротт – тоже в дорогом шёлковом халате. Супруги желали тем самым подчеркнуть, что не придают визиту гостей большого значения. Те в своих самых лучших нарядах хоть и выглядели вызывающе вычурно, на их фоне всё равно смотрелись бедняками.

– О, какой мужчина! Рада с Вами познакомиться, – растеклась в комплиментах Татьяна.

– Породниться, я вижу, тем более, – банкира не обманули льстивые речи.

– Конечно, это для нас с сыном большая честь! – заверила его гостья.

– К сожалению, не могу сказать того же, – господин Кротт мог себе позволить говорить то, что думает.

Татьяна сделала вид, что не услышала обидной реплики. Ради выгоды она готова была стерпеть любые унижения – лишь бы они оплачивались. Вовка вспыхнул и дал себе слово, что никогда не породнится с этой семьёй.

– Господин Кротт, – обратился он к несостоявшемуся тестю, – Я прошу Вас меня извинить за мой некрасивый поступок. Уверяю Вас, я не преследовал цели обидеть Евгению, причинить ей боль. Просто я тогда был увлечён другой девушкой и…