Чтение онлайн

Крушение коммунистической системы вызвало немало переполоха в этой среде: кто-то выпал из обоймы, кто-то переквалифицировался в новых русских, но большинство сохранили свои места во власти, хотя и под другими названиями и в других кабинетах.

Для этих людей власть отождествляется с силой - только сильный правитель способен вызвать у них уважение и заставить их работать. Любое ослабление власти они воспринимают как сигнал к ничегонеделанию, к самоуправству, к злоупотреблениям.

Вот почему, стоило президенту заболеть, а слухам о его "неизлечимой болезни" просочиться в средства массовой информации, как весь этот аппарат словно по команде прекратил нормальную работу. Вместо позитивной деятельности началось активное обсуждение вопросов: кто будет следующий, на кого ставить, перед кем вовремя прогнуться?

Коммунисты после поражения на президентских выборах вначале поутихли и подрастеряли свой напор. Но болезнь президента с новой силой оживила их надежды на возвращение к власти, особенно после того, как на региональных выборах (губернаторов и мэров городов) их кандидаты стали одерживать победу то в одном, то в другом месте. И снова возникла ситуация последних двух лет, когда стратегическая инициатива в политических баталиях перешла к коммунистам. Они снова начали диктовать ритм политической жизни, организуя одну акцию за другой. Противопоставить этому можно было только сильную, ясную и целенаправленную политику президентской команды и правительства по осуществлению реформ.

Но как раз этого и не происходит: правительство либо отмалчивается, либо оправдывается по поводу различных обвинений со стороны национал-коммунистической оппозиции, либо без конца перетасовывается. Вследствие этого как дым тает преимущество демократических и реформистских сил, достигнутое победой на президентских выборах. Многие аспекты реформ в области образования, здравоохранения, культуры, реформы армии и земельной реформы не решаются из-за отсутствия сильной власти и целенаправленной, последовательной политики, а не из-за отсутствия денег, как об этом постоянно говорят.

Проблема лидера и сильной дееспособной власти сегодня для России актуальна, как никогда. Эта проблема имеет значение для любой страны, но особенно важно иметь такого лидера во времена испытаний и перемен. Если страна обретает общепризнанного лидера в такие периоды, то доверие к нему помогает объединить нацию и преодолеть стоящие перед ней проблемы. Достаточно вспомнить критические моменты русской истории (Ярослава Мудрого, Дмитрия Донского, Петра Великого) или период Второй мировой войны, когда де Голль во Франции, Черчилль в Великобритании, Рузвельт в Соединенных Штатах, Сталин в Советском Союзе были бесспорными лидерами своих стран, не имеющими соперников. Именно это во многом помогло совместными усилиями победить фашизм.

В нашей стране за 75 лет господства коммунистов сложилась искусственно создаваемая и поддерживаемая традиция, по которой в политической жизни страны действовало только одно лицо - Генеральный секретарь Коммунистической партии. Все остальные были лишь его фоном.

Поэтому, когда начались демократические изменения, вся страна пребывала в полной уверенности, что у нее нет и не может быть другого лидера, кроме Горбачева. И действительно, до 1989 года Горбачев полностью доминировал в нашей политической жизни, как до него Брежнев или Андропов. Когда на первом Съезде народных депутатов СССР в 1989 году возник вопрос о выборах нового Председателя Верховного Совета как высшего должностного лица страны (о президенте тогда еще и речи не было), все были практически единодушны в том, что Горбачев не имеет соперника.

В тот момент фигура скромного рядового инженера Оболенского, который выдвинул себя в качестве соперника Горбачева, хотя и наделала много шума, но все это выглядело лишь забавным эпизодом, который подчеркнул новизну политических нравов и глубину происходящих перемен. Результаты были предопределены. Горбачев стал тогда Председателем Верховного Совета с абсолютным преимуществом.

Однако уже через год, когда возник вопрос об учреждении поста Президента Советского Союза и его выборах, мнения среди членов парламента и в средствах массовой информации разделились. Единодушия уже не было, и кандидатура Горбачева встретила серьезное сопротивление как со стороны демократической оппозиции - Межрегиональной группы - так и со стороны ортодоксальных номенклатурных слоев из высшей партийно-государственной элиты. Горбачев и сам не был уверен в успехе и, вероятнее всего, именно поэтому не пошел на всенародные выборы, а настоял на выборах первого президента страны Съездом народных депутатов.

В итоге избрание Горбачева первым Президентом Советского Союза было уже не столь триумфальным и, как показало последующее развитие событий, скорее проигрышем, чем выигрышем для него самого.

Если бы в 1990 году Горбачев был избран президентом всем населением страны, как того требовала демократическая оппозиция (а его шансы на победу тогда были достаточно высоки, и, скорее всего, именно он был бы избран президентом и на всенародных выборах), то вероятность сохранения единства страны и сохранения самим Горбачевым президентских полномочий выросла бы во сто крат. Конечно, ретроспективно все выглядит намного очевиднее, чем в момент, когда все это происходило.

При выборах первого Президента России в 1991 году мы столкнулись с еще более резкой поляризацией политических сил. И хотя мощная фигура Ельцина, который после смерти Сахарова становится общепризнанным лидером демократических сил, затмевала других соперников, тем не менее соперников у него на выборах было достаточно, и никто до самого последнего момента не мог предсказать, чем же завершатся эти выборы.

Первые президентские выборы в России в 1991 году принесли немало неожиданностей, однако уверенная победа Ельцина уже в первом туре лишь подтвердила общее стремление народа расстаться с коммунистическим прошлым и поддержать демократические реформы. К моменту новых выборов в 1996 году уже не было и речи о политическом лидировании Ельцина. И сам Ельцин, понимая это, в одном из своих интервью на вопрос о том, какая опасность подстерегает Россию, ответил так: "Самая большая опасность для России может возникнуть из-за того, кто станет ее следующим президентом".

Это абсолютно точная характеристика ситуации, она сохраняет свое значение и сегодня, когда мы знаем, кто победил на президентских выборах 1996 года. Случилось так, что избрание Ельцина на второй срок как бы отсрочило до 2000 года смену политического курса, а главное - смену людей, находящихся во власти.

Для понимания будущего развития политических событий в России необходимо точное осознание того факта, что сегодня на всех уровнях власти в России доминируют выходцы из партийно-государственной номенклатуры коммунистического периода. Они занимают ключевые позиции не только в Госдуме и Совете Федерации, аппараты которых сформированы главным образом из бывших работников партийных органов, но и в других федеральных и региональных структурах. Аппаратчики целыми райкомами пересаживались в кресла новых федеральных структур, таких как налоговая инспекция, налоговая полиция, Госкомимущество и др. Это происходило даже в таких регионах, руководителями которых становились представители демократического движения. Практически в неизменном виде с коммунистических времен сохранили свои структуры и кадры правоохранительные органы России.

Ясно, что Ельцину не по плечу задача освобождения государственного аппарата от заполнившей его номенклатурной рати. Хотя сам он и не очень осознает необходимости этого для продвижения реформ. Ельцинская Россия - это "страна полумер, полудемократии, полурынка, полузаконов, полуневежд и полунищих. Все - полу, и ничего полностью, кроме беспредела чиновничества" (по точному определению известного писателя Бориса Васильева). Тому, кто в 2000 году сменит Ельцина на президентском посту, предстоит архисложная, нечеловечески трудная работа по выведению страны из этого "полусостояния", а если сказать точнее, по выходу из состояния номенклатурной полудемократии к правовому демократическому государству.

Глава 5

ТРУБНЫЙ ГЛАС ТРИДЦАТЬ СЕДЬМОГО, ИЛИ ИСТОРИЯ НЕСОСТОЯВШЕГОСЯ ДОПРОСА

В августе 1991 года петербургский поэт Л. Григорьев написал пророческое стихотворение:

Надменный, в адмиральском кителе,

Шел гордо к роковой черте

Колчак, рожденный в граде Питере,

Чтоб стать правителем в Чите.

Перекликаются события,

И есть, наверно, тайный знак,

Что ныне правит в граде Питере

В Чите родившийся Собчак.

Как все по-нашему, по-русски!