Чтение онлайн

– Как твое горло?- спрашивает появившийся в коридоре Адам и протягивает мне куртку.

– Ты когда-нибудь смотрел сквозь эту дыру?

– У тебя огромные зрачки!-замечает он. –Лучше пойдем-ка на улицу. Надевай куртку.

Это парка с капюшоном, отороченным мехом. Адам застегивает молнию. Я чувствую себя маленьким эскимосом.

– А где твоя подружка?

Я недоумеваю, о ком он спрашивает, потом вспоминаю о Зои, и меня переполняет нежность.

– Зои! Зои!-зову я. –Иди посмотри!

Улыбаясь, Зои приближается ко мне по коридору; взгляд ее глубок и темён, как зима.

– Какие у тебя глаза!-ахаю я.

Зои изумленно вглядывается в меня:

– И у тебя!

Мы таращимся друг на друга, пока не соприкасаемся носами.

– Там на кухне коврик,- шепчет она. –В нем целая вселенная.

– И в двери. Если смотреть сквозь нее, вещи меняют форму.

– Покажи.

– Извините, -перебивает Адам. – Не хочу портить вам удовольствие, но, может, вы хотите прокатиться?

Адам достает из кармана ключи от машины и показывает нам. Чудо, а не ключи!

Он оттирает Зои от двери, и мы выходим из дома. Адам наводит ключ на машину, и та приветственно пищит. Я спускаюсь с крыльца, осторожно ступаю на тропинку, предупредив Зои, чтобы она делала так же, но она меня не слышит. Она танцует на лужайке: похоже, ей хорошо. Наверно, ей все видится иначе.

Я сажусь на переднее сиденье рядом с Адамом, Зои забирается назад.

Минуту мы сидим молча, потом Адам любопытствует:

– Ну, что скажете?

Но я ничего ему не рассказываю.

Я замечаю, как заботливо он касается руля, словно кормит с рук какое-то диковинное животное.

– Люблю эту машину, - признается он.

Я понимаю, что он имеет ввиду. Мы сидим в салоне, словно внутри дорогих часов.

– Раньше она принадлежала моему папе. Мама не любит, когда я на ней езжу.

– Тогда, может, останемся здесь? –выкрикивает с заднего сиденья Зои. –Будет классно!

Адам поворачивается к ней и медленно произносит:

– Я вас куда-нибудь свожу.- Он поясняет:- Я просто хотел сказать, что мама этому не обрадуется.

Зои кладет ноги на сиденье и недоверчиво качает головой.

– Эй, поаккуратней ботинками! –орет Адам.

Зои тут же садится и тычет в него пальцем.

– Посмотри на себя! –говорит она. –Ты похож на собаку, которая собралась нагадить там, где нельзя!

– Заткнись, обрывает ее Адам, и я изумляюсь, потому что не подозревала, что он способен прикрикнуть.

Зои откидывается на спинку сиденья.

– Поехали уже, чувак,-бормочет она.

Я даже не заметила, когда он успел завести машину. Двигатель дорогого автомобиля работает неслышно. Но вот мы выезжаем по дорожке из ворот, скользим мимо домов с палисадниками, и меня охватывает восторг. Эта поездка откроет передо мной новые возможности. Папа говорит, что все свои лучшие песни музыканты пишут под кайфом. Значит, со мной приключится что-то удивительное. Я верю. И возьму это с собой в повседневную жизнь. Как священный Грааль.

Я опускаю стекло и высовываюсь по пояс в окно. Зои тоже. Ветер бьет мне в лицо. Я чувствую прилив сил. Я вижу то, чего раньше не замечала, вычерчиваю контуры чужих жизней. Симпатичная девушка во все глаза смотрит на своего парня и так многого от него хочет. Мужчина на автобусной остановке причесывается; чешуйки перхоти, мерцая, облетают, словно незнакомец оставляет на земле частичку себя. Рядом с ним, осознавая тщету и краткость всего сущего, заходится в крике ребенок.

– Смотри, Зои, -говорю я.

Я указываю на дом с открытой дверью. Мелькает прихожая; мама целует дочку. Девочка медлит на крыльце. Да я же тебя знаю, думаю я. Не бойся.

Зои почти вылезла на крышу машины: забралась ногами на сиденье и снаружи заглянула ко мне в окно. Она похожа на русалку на носу корабля.

– Лезь обратно в машину, черт тебя подери!- орет Адам. –И убери ноги с сиденья.

Оглушительно расхохотавшись, Зои юркает внутрь.

Этот отрезок дороги называется «Разбойничья миля». Папа всегда читает в местной газете о здешних происшествиях. Здесь частенько случаются грабежи; здесь гнездятся нищета и отчаяние. Но вот автомобиль набирает скорость; мы проносимся мимо незнакомых прохожих, и я замечаю, до чего красивы люди. Я знаю, что умру раньше, но все они постепенно последуют за мной.

Мы пробираемся по глухим переулкам. Адам сообщает, что везет нас в лес. Там есть кафе, стоянка для машин и ни одного знакомого.

– Там можно хоть на ушах стоять,-говорит он. –Это недалеко, так что мы успеем вернуться к полднику.

– Ты в своем уме? –выкрикивает Зои с заднего сиденья. –Что за детский сад? Пусть все знают, что я под кайфом. Какой, к черту, полдник?

Она снова высовывается из окна и посылает прохожим воздушные поцелуи. Ее волосы развеваются на ветру; Зои похожа на пустившуюся в бега Рапунцель. Но Адам бьет по тормозам, и Зои стукается головой о крышу.

– О господи! –верещит она.- Ты это специально!

Она плюхается на сиденье, со стоном потирая голову.

– Извини, -говорит Адам. –Нам нужно заправиться.

– Козел, -отвечает Зои.

Адам вылезает из машины и идёт к колонкам. Зои внезапно засыпает, развалившись на сиденье и посасывая большой палец. Наверно, у нее сотрясения мозга.

– Тебе не больно? –спрашиваю я у нее.

– Он в тебя втюрился! –шипит в ответ Зои. –Он пытается избавиться от меня, чтобы никто не мешал ему с тобой общаться. Не сдавайся!

– Не думаю, что это так.

– Откуда тебе знать?

Зои снова засовывает палец в рот и отворачивается. Я решаю оставить ее в покое, выхожу из машины и иду поболтать с человеком в окне. По его лбу от волос до самой переносица серебристым ручейком змеится шрам. Мужчина похож на моего покойного дядю Билла.

Незнакомец подается вперед через столик.

– Номер?-спрашивает он.

– Восемь.

Мужчина сбит с толку.

– Нет, не восемь.

– Ладно, пусть будет три.

– Где ваша машина?

– Вон там.

– «Ягуар?»

– Не знаю.

– Как это не знаете?

– Я не знаю, как она называется.

– Черт подери!

Разделяющее нас стекло выгибается, чтобы вместить его гнев. Трепеща от ужаса и благоговения,я возвращаюсь к машине.

Сзади подходит Адам и кладет мне руку на плечо.

– Наверно, он волшебник, -сообщаю я ему.

– Да,пожалуй, -шепчет он. –Залезай-ка лучше в машину.

Позже я просыпаюсь в лесу. Мы стоим, и Адама в машине нет. Зои спит, растянувшись на заднем сиденье, как ребенок. Просачивающийся сквозь кроны деревьев свет, кажется в окно автомобиля призрачно тусклым. Непонятно, то ли день, то ли ночь. Я открываю дверь и вылезаю из машины; на душе у меня спокойно.