Дженни Даунхэм-Пока я жива
Шрифт:
Пожалуй, хватит. В автобусе слишком много пассажиров. Бросая друг на друга взгляды, они перемещаются по салону. «Я в автобусе», -говорят они, отвечая на звонки своих мобильников. Если я их всех убью, мне будет тоскливо.
Я заставляю себя выглянуть в окно. Мы уже на Уиллис-авеню. Когда-то я по ней ходила в школу. А вот мини-маркет! Я совсем забыла о его существовании, хотя именно здесь раньше всех в городе стали продавать «Слаш Паппис». Летом по дороге из школы мы с Зои покупали его каждый день. Здесь продаются и другие продукты- свежие финики, инжир, халва, хлеб с кунжутом, рахат-лукум. Поверить не могу, что я забыла о мини-маркете.
Мы проехали видеосалон; мужчина в белом фартуке в дверях кафе «Барбекю» точит нож. В витрине за его спиной медленно крутится решетка с бараниной. Два года назад на деньги, которые нам выдавали на обеды, мы покупали здесь кебаб с картошкой фри (а Зои-кебаб с картошкой и сигарету из-под прилавка).
Я скучаю по Зои. На рыночной площади я выхожу из автобуса и звоню ей. Голос Зои доносится глухо, словно из-под воды.
– Ты в бассейне?
– В ванной.
– Одна?
– Ну конечно, одна!
– Ты писала, что в колледже. Я так и знала, что это неправда.
– Тесса, чего ты хочешь?
– Нарушить закон.
– Что?
– Это четвертый номер в моем списке.
– И как ты планируешь за это взяться?
Раньше она бы непременно что-нибудь придумала. Но со Скоттом Зои утратила сообразительность, растворилась в нем. Теперь не разберешь, где он, где она.
– Я подумывала об убийстве премьер-министра. А еще мне хотелось бы устроить революцию.
– Смешно.
– Или убить королеву. Мы могли бы добраться до Букингемского дворца на автобусе.
Зои вздыхает, даже не пытаясь это скрыть:
– У меня есть дела. Я не могу все время торчать возле тебя.
– Мы же десять дней не виделись!- Наступает молчание. Мне хочется сказать ей колкость. –Зои, ты же обещала, что поддержишь меня во всем. Пока я выполнила только три пункта из списка. С такой скоростью мне все не успеть.
– Ради бога!
– Я на рынке. Приезжай, будет весело.
– На рынке? А Скотт там?
– Не знаю. Я только что вылезла из автобуса.
– Буду через двадцать минут, -обещает Зои.
В моей чашке отражается солнце. Так приятно сидеть на улице за столиком кафе и смотреть на солнышко.
– Ты вампир, -стонет Зои. –Ты высосала из меня все силы.
Она отодвигает тарелку и кладет голову на стол.
Мне нравится здесь все- и полосатый, как леденцы, навес над нами, и открывающийся отсюда вид на площадь и фонтан. И аромат дождя в воздухе. И птицы, сидящие на стене над мусорными ящиками.
– Что это за птицы?
Приоткрыв один глаз, Зои бросает взгляд на птиц:
– Скворцы.
– Откуда ты знаешь?
– Знаю, и все.
Я сомневаюсь в ее правоте, но тем не менее записываю на салфетке название.
– А облака? Ты знаешь, как они называются?
Зои издает стон и качает лежащей на столе головой.
– Как ты думаешь, Зои, у камней есть названия?
– Нет! И у капель дождя тоже, и у листьев, и у прочей чепухи, о которой ты болтаешь.
Зои кладет голову на руки; теперь мне не видно ее лица. Она ворчит не переставая с той минуты, как приехала сюда, и это начинает меня раздражать. А ведь по идее с Зои мне должно становиться легче.
Зои ерзает на стуле.
– Ты не замерзла?
– Нет.
– Может, просто пойдем и ограбим банк, или что мы там должны сделать?
– Научишь меня водить машину?
– Попроси своего папу.
– Я просила, но он отказался.
– Тесса, это займет уйму времени! К тому же мне, скорее всего, нельзя. Я ведь сама только-только получила права.
– Когда это тебя останавливало?
– Ты собираешься это обсудить прямо сейчас? Ладно, пошли.
Она отодвигает заскрипевший стул, но я еще не готова. Мне хочется наблюдать за черной тучей, наползающей на солнце. Я хочу увидеть, как почернеет серое небо. Поднимается ветер, и с деревьев облетят листья. А я буду их догонять и ловить. Я придумаю сотни желаний.
По площади спешат три женщины с детьми в колясках.
– Скорее! –перекликаются они. –Сюда, быстрее, пока опять дождь не начался.
Протискиваясь мимо нам за свободный столик, они дрожат и смеются.
– Кто что будет? –выкрикивают женщины. –Что возьмем?- Они щебечут, как скворцы.
Зои выпрямляется и, прищурившись, смотрит на женщин, словно недоумевает, откуда они взялись. Они суетливо и шумно снимают куртки, рассаживают малышей на высокие стулья, платочками вытирают детям носы и заказывают фруктовый пирог с соком.
– Мама водила меня в это кафе, когда была беременна Кэлом, -сообщаю я Зои. –Она заказывала только молочные коктейли. Мы заходили сюда каждый день; потом мама так располнела, что за животом стало не видно коленей. Чтобы посмотреть телевизор, я садилась рядом с ней на табуретку.
– О боже! –ворчит Зои. –С тобой как в фильме ужасов!
Я впервые смотрю на нее трезвым взглядом. Она одета кое-как: на ней бесформенные спортивные штаны и футболка. Кажется, я раньше никогда не видела Зои без макияжа. Ее прыщи бросаются в глаза.
– Зои, у тебя ничего не случилось?
– Я замерзла.
– Ты думала, что рынок сегодня открыт? Ты надеялась встретить Скотта?
– Нет!
– Вот и хорошо, потому что выглядишь ты неважно.
Она сверлит меня взглядом.
– Кража в магазине, -произносит она. –Только по-быстрому.
Восемнадцать.
«Моррисон»- самый крупный супермаркет в торговом центре. В школах вот-вот закончатся уроки, и в магазине полно народу.
– Бери корзину, -приказывает Зои. –И посматривай, нет ли где охранников.
– Как они выглядят?
– Так, будто они на работе!
Я брожу по магазину, внимательно разглядывая полки с товарами. Сто лет не была в супермаркете. В гастрономическом отделе на прилавке стоят блюдечки. Я беру два куска сыра и оливку, понимаю, что голодна как волк, прихватываю с фруктового прилавка горсть черешни и отправляю в рот. Я жую ягоды на ходу.
– Как ты можешь столько жрать?- любопытствует Зои. –Меня тошнит от одного взгляда на тебя.
Она объясняет мне: в корзину следует класть то, что мне не надо, -обычные товары вроде томатного супа и сливочных крекеров.