Дженни Даунхэм-Пока я жива
Шрифт:
– А в карман, -уточняет она,-то, что тебе надо.
– Например?
Зои выходит из себя:
– Откуда я знаю, черт возьми? Здесь полно всего. Выбирай сама.
Я беру пузырек вульгарно ярко-красного лака для ногтей. На мне до сих пор Адамова куртка. В ней много карманов. Пузырек незаметно проскальзывает внутрь.
– Класс! –говорит Зои. –Ты благополучно нарушила закон. Теперь мы можем идти?
– И это все?
– В общем, да.
– Полная фигня! Лучше бы мы смылись из кафе, не заплатив.
Зои вздыхает и бросает взгляд на экран мобильного телефона:
– У тебя пять минут.
Совсем как мой папа.
– А ты? Будешь просто смотреть?
– Я на шухере.
Продавщица в фармацевтическом отделе обсуждает с покупателем грудной кашель. Вряд ли она хватится этого тюбика увлажняющего лосьона для тебя или баночки питательного крема. В корзину отправляются хрустящие хлебцы. В карман- крем для лица. В корзину-чай в пакетиках. В карман-косметическое молочко. Все равно что собирать клубнику.
– У меня неплохо получается! –сообщаю я Зои.
– Отлично.
Она даже не слушает. Подельник из нее тот еще. Зои прохаживается вдоль прилавка.
– Идем за шоколадом, -окликаю я.
Но Зои не отвечает, и я отстаю от нее.
В кондитерском отделе не то чтобы Бельгия, но полным-полно перевязанных миленькими ленточками коробок с трюфелями всего по фунту девяносто девять пенсов. Я хватаю две коробочки и прячу в карман. Байкерская куртка словно создана для воров. Интересно, знает ли об этом Адам.
К крайнему ряду с холодильниками мои карманы уже битком набиты. Я прикидываю, сколько пролежит в куртке мороженое «Бен и Джерри», и тут мимо проходят две девушки, с которыми я когда-то училась. Увидев меня, они останавливаются, наклоняются друг к другу, и о чем-то шепчутся. Я собираюсь написать Зои, чтобы она меня выручила, но девушки подходят ко мне.
– Ты Тесса Скотт? –спрашивает блондинка.
– Ага.
– Помнишь нас? Мы Фиона и Бет. –Она произнесла это с таким видом, будто они всегда идут в паре. –Ты ведь ушла в одиннадцатом классе?
– В десятом.
Девушки выжидающе смотрят на меня. Неужели они не понимаю, что живут совсем в другом мире, где время течет гораздо медленнее, чем в моем, и мне абсолютно не о чем с ними говорить?
– Как дела? –наконец интересуется Фиона. Бет кивает, словно полностью согласна с вопросом. –Ты все еще лечишься?
– Уже нет.
– Значит, ты выздоровела?
– Нет.
Я наблюдаю, как до них постепенно доходит смысл моих слов. Сначала округляются глаза, потом краснеют щеки, приоткрываются рты. Предсказуемая реакция. Они меня больше ни о чем не спрашивают, потому что корректных вопросов не осталось. Мне хочется их отпустить, но я не знаю, как это сделать.
– Со мной Зои, -говорю я; молчание слишком затянулось. –Зои Уокер. Они училась на класс старше.
– Правда?- Фиона пихает подругу локтем в бок. –Странно. Я как раз о ней тебе рассказывала.
Бет озаряется улыбкой, обрадовавшись, что возобновился нормальный разговор.
– Она тебе помогает ходить за покупками? –спрашивает она так, будто обращается к четырехлетнему малышу.
– Не совсем.
– Смотри! –восклицает Фиона. –Вот она. Теперь ты понимаешь, о ком я говорила?
Бет кивает.
– Ах, о ней!
Я жалею, что вообще раскрыла рот. Меня гложет нехорошее предчувствие. Но слишком поздно.
Зои, кажется, совсем не рада их видеть.
– Что вы здесь делаете?
– Разговариваем с Тессой.
– О чем?
– О том о сем.
Зои бросает на меня подозрительный взгляд:
– Ты готова?
– Ага.
– Погоди, -Фиона трогает Зои за рукав, - это правда, что ты встречаешься со Скоттом Редмондом?
Зои смущается:
– Тебе то что? Ты его знаешь?
Фиона тихонько фыркает:
– Кто же его не знает? –Она оборачивается к Бет и закатывает глаза. –Его знают абсолютно все.
Бет смеется:
– Ага, он встречался с моей сестрой. Где-то с полчаса.
Глаза Зои сверкают.
– Правда?
– Слушайте, -вмешиваюсь я,- все это, конечно, безумно интересно, но нам пора. Мне еще нужно забрать приглашения на свою панихиду.
Это заставляет их замолчать. Фиона потрясенно смотрит на меня:
– Неужели?
– Угу. –Я беру Зои за руку. –Жаль, что я этого не увижу-обожаю вечеринки! Если вспомните какие-нибудь красивые псалмы –наберите мне эсэмэску!
Мы уходим, окончательно сбив их с толку. Повернув за угол, мы с Зои останавливаемся в отделе кухонной посуды в окружении столовых приборов и нержавеющей стали.
– Зои, они дуры. Ничего они не знают.
Зои с деланным интересом рассматривает щипчики для сахара:
– Не хочу об этом говорить.
– Давай повеселимся, отмочим какую-нибудь штуку. Например, совершим за час как можно больше правонарушений!
Зои вымученно улыбается:
– Можно поджечь дом Скотта.
– Не верь им, Зои.
– Почему?
– Ты его знаешь лучше, чем они.
Я никогда раньше не видела, чтобы Зои плакала. Вообще. Ни когда получила аттестат о среднем образовании, ни даже когда я сообщила ей свой смертельный диагноз. Я была уверена, что она просто не умеет плакать, как Вулкан. Но сейчас она плачет. В магазине. Пытаясь скрыть слезы, Зои встряхивает волосами, и они падают ей на лицо.
– Что с тобой? Что случилось?
– Я ухожу. Мне нужно его найти, -отвечает Зои.
– Сейчас?
– Прости.
При виде Зоиных слез меня пробирает дрожь. Как она могла так влюбиться в Скотта? Они знакомы всего ничего.
– Мы ещё не закончили с правонарушениями.
Зои кивает; по ее лицу струятся слезы.
– Когда будешь готова, бросай корзину и уходи. Извини. Я ничего не могу поделать. Мне надо идти.
Я все это уже видела. Стояла и смотрела в спину Зои, на ее раскачивающиеся в такт шагам золотистые волосы. А она уходила все дальше и дальше.
Пожалуй, я подожгу не Скоттов дом, а ее.