Чтение онлайн

– Хоть десять! Может, я, увидев место… И Иван Захарович насчет места что-то сможет сказать. Мы с Пашкой заснимем его, ну и… сами понимаете.

– Мысль, – кивнул Сан Саныч. – А вообще, Юлия Владиславовна, вы завтра, когда встретитесь с ним… поспрашивайте там этого… барона. Тогда я еще вам свидание дам.

Понятно: органы желают, чтобы я по возможности делала за них их работу. Сделаю! В особенности, раз я сама заинтересована в ее результатах.

Мы распрощались, и я поехала домой, то есть это я думала, что домой.

Звякнул засов, скрипнул замок, открылась дверь – и Отто Дитриха подтолкнули в спину. Немецкий барон вошел в небольшую камеру «Крестов», где в два ряда стояли трехъярусные нары. Дверь за его спиной с грохотом захлопнулась. На Отто Дитриха уставились пять пар глаз. Он понял: с этими людьми ему в ближайшее время предстоит делить тяготы тюремной жизни. С другой стороны, от них можно получить массу ценной информации, на основании которой фон Винклер-Линзенхофф в дальнейшем напишет книгу. Значит, следует побыстрее установить с ними дружеский контакт. Жаль только, у него нет с собой бутылки. За бутылкой контакт с русскими очень хорошо устанавливается.

– Здравствуйте, товарищи, – сказал Отто Дитрих.

– Здравствуй, – пискнул прыщавый юноша с верхней шконки. Остальные четверо промолчали.

– Ты кто такой? – наконец спросил мужчина с обветренным лицом, лет пятидесяти на вид.

Отто Дитрих представился, так пока и стоя у двери. Краем уха он слышал, что в русских тюрьмах живут по понятиям, теперь он жалел, что не узнал эти понятия в деталях.

– Фашистский оккупант, значит, – сказал сухонький дедок неопределенного возраста, сидевший на нижней шконке. – Вот тебе и погоняло!

– Просто Оккупант, – предложил приличного вида мужчина лет сорока. – Ладно, чего встал? Лезь на третий ярус. Или лучше шмотье свое туда закинь и садись. Подробно о себе расскажешь. Повезло тебе, Оккупант! Блатных в нашей хате нет.

– Сажайте его к рыжей, – велел Вадим, внимательно рассматривая Сергея. Чем он в свое время привлек Юльку? Это была обычная мужская ревность. Перед Вадимом был соперник, пусть и тот, от которого Юлька давно отказалась. Но ради этого мужчины она столько сделала, ради него преодолевала барьеры, прорывалась в «Кресты»…

– Светик, у нас для тебя подарок, – сообщили парни, впихивая Серегу в комнату, где содержалась рыжая.

Светик издала истошный вопль, потом замолчала. Вадим подумал, что неплохо было бы просверлить дырку в двери, чтобы понаблюдать за Светиком. Не в замочную же скважину смотреть! Жаль, дрели тут нет. Но ничего, и одних звуков достаточно. Светик и так уже их порадовала многочисленными концертами. Вадим был готов подарить Светика любому своему врагу.

Не успела я выйти из Управления, как зазвонила трубка. Меня домогался Ковальчук. Сил встречаться с ним уже не было, но – надо. Кажется, я и не отдыхала… Хотя какой тут отдых? Сплошные приключения, да еще и по башке дали.

Александр Евстафьевич пригласил меня к себе в гости. Ехать куда-то у него сил тоже уже не было, а я молодая, выдержу. Обещал даже ужином меня накормить.

Надеясь, что не отравленным, я поехала.

Жил депутат на Васильевском. Дверь была оборудована по последнему слову безопасности. Сколько комнат в хоромах, сосчитать не удалось, но и того, что я увидела, оказалось достаточно, чтобы понять: хорошо сидеть у кормушки, а если первая кормушка, у которой он оказался, была еще комсомольской, позже на смену ей пришла партийная, ну и так далее… М-да. Чтоб наши избиратели жили так, как их избранники!

Когда я позвонила, в коридор вместе с Александром Евстафьевичем вышла молодящаяся женщина, на которую была очень похожа Светка. Женщина подкрашивала волосы, стараясь сохранить изначальный огненно-рыжий цвет, но вот веснушки-конопушки, в отличие от Светкиных, на ее лице сильно поблекли. Или она когда-то пыталась их вывести? Приятная полнота – опять же, как у дочери, пухленькие ручки с ухоженными ногтями. Улыбалась она очень мило и приветливо – с такой улыбкой вполне можно идти в депутатские жены и не испортить карьеру мужу своим внешним видом. А судя по ненавязчивости, которую она продемонстрировала в дальнейшем, депутат вполне мог двигать и дальше на политический Олимп. То-то ему периодически хочется, чтоб бабы его плетками постегали… Наслушался, наверное, сокрушенных вздохов разных подкаблучников, которых и скалками обрабатывают, и сковородками, и отчета требуют за каждый сделанный шаг так, что избирателям и не снилось.

Рядом с женой Ковальчука стоял мальчик лет пяти. «Так у Светки же, кажется, сын есть?» – вспомнила я. Мальчик тоже был рыжим, но не таким ярким, как Светка. Круглое розовощекое личико, яркие глаза, слегка вьющиеся вихры торчали во все стороны, сам пухленький и кругленький.

– А я тебя знаю, – выдал он мне.

– Не тебя, а вас, тетя Юля, – мягко поправила его женщина.

– Вас, тетя Юля, – послушно повторил мальчик и тут же добавил: – А трупы ты настоящие показываешь?

– Настоящие, – я улыбнулась. Меня тем временем провели в кабинет Александра Евстафьевича, где уже на двоих был накрыт небольшой столик на колесиках.

– А ты их сама убиваешь?

– Денис! – в голосе женщины появилась строгость, но одной рукой она в это время ласково приглаживала мальчишеские вихры.

– Нет, я приезжаю на место, когда кого-то уже убили.

– А тогда зачем к нам приехала?

– Если ты постоянно смотришь мои репортажи, то должен был заметить, что я выезжаю не только на трупы. Я разговариваю со свидетелями…

– Деда, а ты кто? – повернулся к Ковальчуку внук. – Ты ведь депутат.

– Одно другому не мешает, – заметил Александр Евстафьевич и посмотрел на супругу. – Жанна, ему спать пора.

Жанна довольно быстро смогла уговорить Дениса, и они отбыли, оставив нас с Александром Евстафьевичем вдвоем.

– Пить, как я понимаю, ты не будешь? – спросил он, отвинчивая пробку с бутылки «Синопской». – А я выпью. Ты сама себе накладывай, что хочешь. Ну, твое здоровье!

Он хлопнул рюмку водки, закусил огурчиком домашней засолки и приступил к делу.

Александр Евстафьевич желал в самое ближайшее время встретиться с Иваном Захаровичем и просил меня эту встречу организовать. Предупреждая мой вопрос, объяснил цели встречи.

– У нас есть общий враг – Ящер. Это раз. За то, что он Светку держал взаперти, я ему лично горло перерезать готов. Во-вторых, я хочу, чтобы Иван Захарович помог мне в поисках. Ты тоже, Юля, не забывай про них. Думаю, что Светку опять Ящер прихватил. Ты ему без надобности, как и соседка твоя, и оператор. А вообще, он вас и убить мог. Но, видимо, и так на нем крови много. Не захотел лишний грех на душу брать. Просто по башке дал.

– Александр Евстафьевич, а почему он все-таки Светку взял? Ведь это все из-за вас, – я опять подняла интересующую меня тему.