Чтение онлайн

Жаклин не была похожа ни на одну из женщин, которых Джек знал до нее. Почти все они — и те, с кем он проводил одну ночь, и те, с кем имел более длительные отношения, — были для него всего лишь сексуальными партнерами (за исключением Инги Арвад). Вне всяких сомнений, Жаклин была красавицей, а его всегда привлекали только красивые женщины. Но Жаклин поразила его не одной лишь яркой внешностью, но и интересом к искусству, готовностью защищать свое мнение, даже своей отстраненностью от клана Кеннеди. Было в ней что-то такое, что Лем Биллингс назвал «порода». В свою очередь Роза не могла не оценить того факта, что будущая невестка, по крайней мере, была католичкой. Молодые поженились 12 сентября 1953 года в роскошном поместье Очинклосса в Ньюпорте, штат Род-Айленд. Организацией свадебной церемонии занимались почти исключительно родственники жениха, так что Жаклин могла с самого начала семейной жизни почувствовать, как нелегко ей будет войти в ревностно оберегающий свою сплоченность клан Кеннеди [87].

Кеннеди понимал, что статус холостяка будет мешать его политической карьере, но по-прежнему не хотел связывать себя узами брака. Весной 1953 года, когда ему уже исполнилось тридцать шесть, и он был серьезно увлечен Джеки, Кеннеди связался с газетой Saturday Evening Post, и они напечатали очерк о нем под выразительным названием «Молодой веселый холостяк» [88].

Как оказалось в дальнейшем, женитьба не очень изменила стиль его поведения, который Жаклин позже охарактеризовала как «яростную независимость», что подразумевало неистребимое женолюбие [89]. Джеки философски относилась к мужчинам, и, по-видимому, была готова смириться с супружеской неверностью, считая ее неизбежной (к такому печальному заключению она пришла на опыте собственного отца). Но сочетание отчужденности Джека и его невероятного донжуанства стало для нее настоящим шоком. Джеки также не ожидала, что у мужа окажутся столь серьезные проблемы со здоровьем. Сильнейшие боли в спине вынудили его согласиться на несколько тяжелых и опасных операций. В 1954 году во время одной из них он был близок к смерти. (Врачам он сказал, что лучше умереть, чем так страдать, хотя и в предыдущие, и в последующие годы продолжал жить с постоянными болями.) Операции имели лишь частичный успех, и Джек до конца жизни мучился болями в спине. Друг семьи позже вспоминал, что «после первого года замужества Джеки ходила так, словно пережила авиакатастрофу» [90]. Однако их брак не был фиктивным. Джек явно восхищался Джеки, а она была очарована им. В конечном счете, они научились принимать друг друга со всеми недостатками и разногласиями. Хотя Джек порой изменял жене, супружество сделало его более серьезным и целеустремленным [91].

Став сенатором, Кеннеди подобрал себе замечательный штат помощников, среди которых надо, прежде всего, отметить двадцатичетырехлетнего юриста Теодора Соренсена. Именно этот человек способствовал переходу молодого сенатора на более либеральные позиции. (Как-то, защищаясь от обвинений в консерватизме, Кеннеди сказал Соренсену: «Не забывайте, что в Конгресс я попал прямо из дома своего отца» [92].) Наибольшую ценность для Кеннеди представлял литературный дар Соренсена: тот умел взять несколько идей своего босса, добавить парочку своих и превратить все это в безукоризненные по стилю и убедительные по содержанию речи и статьи. Благодаря Соренсену подписанные Кеннеди статьи стали появляться в серьезных журналах, например, в Atlantic Monthly и New Republic. В них Кеннеди представал искушенным политиком, умным и преданным идеям демократии сторонником холодной войны. Но теперь он также понимал, что нужно предпринимать серьезные шаги, чтобы заслужить доверие жителей Массачусетса и, в конечном счете, всего американского народа. Соренсен помог Кеннеди сформулировать идеи относительно внутренней политики, к которой сенатор раньше не проявлял большого интереса [93].

В первые годы пребывания в Сенате Кеннеди страдал от усилившихся болей в спине и часто надолго уезжал из Вашингтона. Он не появлялся на заседаниях Конгресса более трех месяцев, и не принимал участия в голосовании по резолюции, осуждающей действия Джозефа Маккарти. Либеральные демократы, и среди них Элеонора Рузвельт, долгие годы не могли ему этого простить.

Он был в курсе событий в Сенате, общаясь с Соренсеном и другими помощниками, но в центре его внимания сейчас было совсем другое: Кеннеди писал серию биографических очерков о людях, которых он считал образцами мужества в политике и чьему примеру хотел следовать. Книга Profiles in Courage («Биографии мужественных людей») была опубликована и стала бестселлером [94]. Без сомнения, в ее написании в какой-то мере участвовал Соренсен, а может быть, и кто-то еще. Конечно же, никого не удивляет тот факт, что политики обычно пишут книги с чьей-то помощью, а потом издают их под своим именем. Но в 1957 году Кеннеди получил Пулитцеровскую премию за лучшую книгу в жанре биографии — хотя жюри, которое отбирало биографии на рассмотрение конкурсной комиссии, не рекомендовало ее. Существует несколько объяснений столь удивительного факта. Во-первых, в официальном обосновании своего решения Пулитцеровская комиссия отмечает ценность книги, которая «учит патриотическому и бескорыстному служению народу» в период, когда в обществе ощущается обеспокоенность недостатком патриотизма и преданности идеалам американской нации. Во-вторых, вездесущий Артур Крок принимал самое активное участие в судьбе книги, разрекламировав ее еще до того, как она была издана. Видимо, сыграли свою роль оба фактора. При жизни Кеннеди особых дебатов вокруг авторства книги не происходило, а успех книги способствовал поднятию престижа тридцатидевятилетнего сенатора, который еще никак не проявил себя в законотворчестве [95].

Статус знаменитости не повлиял на активность Кеннеди в Сенате, но значительно усилил его политические амбиции. Пошли слухи о его возможном выдвижении на пост вице-президента в 1956 году, и Кеннеди начал энергично поддерживать Эдлая Стивенсона, который, по всей видимости, должен был стать кандидатом в президенты от Демократической партии. Он также стремился взять под свой контроль региональное отделение Демократической партии в штате Массачусетс. Для этого надо было потеснить ирландских демократов-консерваторов, давно и прочно занимавших лидирующие позиции в штате и не имевших ни малейшего намерения ими поступиться. Борьба была жестокой, но в результате пострадала репутация старой гвардии, которой пришлось отступить, и Кеннеди стал лидером демократов Массачусетса.

Отец Джека изо всех сил старался отговорить его от выставления своей кандидатуры на пост вице-президента, говоря, что Стивенсон наверняка проиграет выборы, и это поражение может дискредитировать Джека. Но Кеннеди было не удержать. Он сам озвучил документальный фильм о современной истории Демократической партии, который был показан участникам национального съезда демократов, после чего в газете New York Times его окрестили кинозвездой. Через несколько дней он выступил с речью в поддержку выдвижения на пост президента от демократической партии Стивенсона. Хотя автором проекта выступления являлся Артур Шлезингер-младший, участвовавший в избирательной кампании Стивенсона, Соренсен, и сам Кеннеди значительно переработали текст, добавив в него положения, которые станут в дальнейшем постоянными элементами его политической платформы. Он предупреждал о «возрастающей угрозе извне, угрозе нашему выживанию, которая требует от нас быстрого возврата к твердому и решительному руководству страной». Он с болью отмечал «отсутствие новых идей, нехватку новых лидеров, неспособность идти в ногу с новыми событиями». И расточая похвалы в адрес Стивенсона, Кеннеди произнес фразу, которая еще не раз прозвучит в его выступлениях: «Пусть все знают, что мы выполнили свой долг перед страной» [96]. В конце концов, ставка на вице-президентство не сыграла. Стивенсон не очень-то хотел видеть Кеннеди в напарниках в президентской кампании и предпочел бы иметь на его месте южанина, однако боялся обидеть Джо и потерять его финансовую поддержку. Поэтому он решил подстраховаться и попросил съезд определить кандидата в вице-президенты. Так Кеннеди получил почетное второе место в состязании с сенатором от штата Теннеси Эстесом Кефовером. Джек был разочарован неудачей, но напрасно: сам факт рассмотрения его кандидатуры на пост вице-президента способствовал росту его популярности в рядах Демократической партии [97].

Хотя в 1958 году Кеннеди еще предстояло пройти перевыборы в Сенат, он уже задумывался о президентской кампании 1960 года. Мысль, что такой молодой и относительно неопытный политик может реально претендовать на самую высокую выборную должность в стране, многим казалась абсурдной. Но сам Кеннеди считал, что чуть ли не обязан баллотироваться в президенты — после того, как Джо-младший погиб на войне. В начале политической карьеры был такой период, когда Джек сомневался в том, может ли он — и даже хочет ли он стать президентом. Однако постепенно желания отца совпали с его собственными растущими амбициями и подчинили подготовке к сражению за кресло президента все его действия и достижения. Последних было немало: три срока в Палате представителей и два — в Сенате; известность, которую он приобрел благодаря совместным усилиям его семьи и помощников; успех «Биографий мужественных людей»; вице-президентская кампания; даже женитьба, без которой у него не было бы шансов быть избранным. После съезда Демократической партии 1956 года ни у кого в партии уже не осталось сомнений: на выборах в 1960 году Кеннеди будет весьма грозным соперником для остальных кандидатов [98].

Оставались, конечно, еще некоторые серьезные проблемы, которые предстояло либо разрешить, либо замаскировать. Его брак, с самого начала непрочный, вскоре после съезда затрещал по всем швам. Оставив беременную жену в доме ее матери, Джек отправился в отпуск в Европу — его ждал роскошный круиз вдоль Ривьеры с сенатором от штата Флорида Джорджем Сматерсом, частым компаньоном в развлечениях с прекрасным полом. Когда у Джеки случился выкидыш, с Джеком не могли связаться в течение трех дней, после чего он прилетел в Ньюпорт и попытался восстановить отношения с женой. Происшедшее было таким потрясением для Джеки, что они решили не возвращаться в купленное недавно просторное поместье Хикори-хилл в Маклине, штат Виржиния, и продали его Бобби Кеннеди и его жене Этель. Джек и Жаклин переехали в особняк в Джорджтауне. Супруга также настояла на том, что в Хайеннис-порте они будут жить отдельно от семьи Кеннеди [99].

Но были и другие проблемы. В случае успеха Кеннеди должен был стать не только самым молодым президентом в истории страны, но и первым президентом-католиком. Никто не знал, насколько большим препятствием на пути к цели это может оказаться. Кеннеди удалось создать образ авторитетного ассимилированного политика, свободного от влияния ирландских и католических традиций, но для многих протестантов его католицизм оставался камнем преткновения [100]. В то же время некоторые либеральные демократы продолжали относиться к нему с недоверием, особенно из-за того, что он не участвовал в сенатском осуждении действий Маккарти. Для подготовки к борьбе за Белый дом Джеку нужна была убедительная победа на выборах в Сенат. К тому же, в 1960 году ему предстояло встретиться с сильными соперниками: однопартийцами Хьюбертом Хэмфри, Линдоном Джонсоном и Стюартом Саймингтоном, а также вице-президентом Ричардом Никсоном, как наиболее вероятным кандидатом от Республиканской партии.

Но сам Кеннеди был уверен, что сумеет преодолеть все препятствия. Всего через несколько дней после выборов 1956 года он принял личное решение добиваться президентского поста, с энтузиазмом воспринятое всем семейством Кеннеди. Как и в его предыдущих кампаниях, все сразу же начало само собой улаживаться. Рождение первой дочери Кэролайн в 1957 году, укрепило его брак. Это событие, наконец, принесло Джеки чувство удовлетворения своей семейной жизнью. Под впечатлением его растущей славы, сенатские коллеги направили Кеннеди работать в Комиссию по иностранным делам, что было не только престижным назначением, но и очень подходило человеку, стремящемуся иметь репутацию специалиста по внешней политике. Одновременно Кеннеди оказался любимцем прессы: на страницах популярных журналов Life, Look, Redbook появляются восторженно-хвалебные статьи о его жизни с портретом на первой обложке. Saturday Evening Post напечатала очерк под названием «The Amazing Kennedys» («Эти удивительные Кеннеди»), автор которого пророчески предрекал «расцвет еще одной многочисленной семьи политиков по образцу Адамсов, Лоджей и Лафоллетов. Они не сомневаются, что настанет день, когда Джек окажется в Белом доме, Бобби займет место министра юстиции в его кабинете, а Тедди будет сенатором от штата Массачусетс» [101].

В ноябре 1958 года Кеннеди был переизбран в Сенат наибольшим количеством голосов в истории штата Массачусетс — за него проголосовали 73,6 % избирателей. «Сейчас Джек — главная звезда у нас в стране», — говорил Джо. — «Он может привлечь больше народу на благотворительный обед, чем Кэри Грант или Джимми Стюарт. Почему? Его все обожают. Поэтому Демократическая партия выставит кандидатом именно его» [102]. На протяжении своей жизни Джо Кеннеди часто ошибался. Но здесь он был прав.