Чтение онлайн

Роберт же, казалось, был на вершине общественной славы и личного счастья и в знак благодарности небесам с готовностью присоединился к проекту сына, основавшего знаменитый монастырь Сан-Мартино, что на середине большой королевской дороги, соединяющей Неаполь с замком Святого Эльмо [5] .

Эта идея возникла у Карла, благочестивого отца Джованны, когда он, совершая поездку по неким делам, проезжал по дороге, ведущей в Неаполь. Перед ним внезапно открылась необыкновенная картина. Было пасмурное утро, небо облепили чёрные облака, которые придавали голубовато-сиреневый цвет таинственным горным вершинам. На небольшой поляне в сказочно красивом лесу среди высокой травы стоял одинокий дуб, всё вокруг окутывала молочно-голубая дымка. Вдруг тяжёлую тучу прорвал розовый луч солнца, осветивший одно лишь дерево, а туман вокруг него взвился, приобретая форму улетающих ангелов. Карл и вся его свита в изумлении остановились.

Спрыгнув с коня, герцог воскликнул:

– О ангелы и Силы Небесные!

Затем, передав поводья слуге и не отводя зачарованного взгляда от необычайной красоты, он упал на колени и стал молиться:

– О Боже, основатель всего, что окружает нас, Отец наш, Иисус из Назарета, прошу тебя всем своим смиренным сердцем, услышь мою молитву. О Иисус Христос, благословенный Отец всех верующих и всех созданий, чтобы так же, как ты взял истинную мирскую плоть от благословенной Марии, так истинно и я мог бы получить то, что ищу от тебя. В руки твои передаю судьбу моей дочери, Джованны. Отец наш, убереги её от врагов, воспитай согласно воле твоей, укрепи и научи управлять нашим королевством по твоим законам и твоему желанию. Отец наш! Молю, убереги мою маленькую принцессу и наши земли от бед и напастей, сохрани род наш, Отец Небесный. Я увидел от тебя знамение и построю в этом Божественном месте монастырь. Слава тебе, Отец мой! Во имя Отца, и Сына, и Святого Духа. Аминь!

В 1328 году был заложен фундамент Сан-Мартино. Он был достроен Робертом, Джованна же впоследствии всегда передавала монастырю богатые дары.

В один из первых дней августа чувство беспокойства преследовало короля Роберта с самого утра. За окном моросил дождь, не приносящий прохлады в душный летний день. Густые тёмные тучи, наслаиваясь друг на друга, не позволяли разглядеть привычный пейзаж на горизонте.

Король Роберт подошёл к окну, то ли всматриваясь вдаль, то ли разглядывая собственное отражение в стекле. Он был сравнительно небольшого роста, на редкость подтянутый и худой, с аристократически бледной кожей. Высокий лоб обрамляли рыжеватые, аккуратно уложенные волосы. Небольшие светло-карие глаза отличались огненным блеском, а сжатый рот, обрамлённый тонкими губами со слегка опущенными уголками, и прямой нос придавали его лицу волевое и мужественное выражение.

Наконец сквозь тучи прорвались солнечные лучи, расчертив показавшиеся вдалеке холмы розовато-золотистыми полосами. Правитель пытливо всматривался в даль. И чаще всего его взор устремлялся к тяжёлым крепостным воротам, у которых стояли королевские стражники. Над небольшой поляной за воротами дворца появились два ястреба, которые высматривали добычу, периодически зависая на небольшой высоте и описывая в небе круги. Стайки мелких птиц в панике взлетали с деревьев, рассыпаясь в разные стороны. Внезапно один из хищников резко развернулся и спланировал в сторону, а второй будто замер на мгновенье, после чего спикировал к потерявшей ориентацию птице. Роберт, внимательно наблюдавший за этим, опустил глаза, когда расчётливый разбойник схватил летящую навстречу ему жертву…

Король прекрасно понимал, что успех любой охоты зависит от правильно выбранной стратегии и вовремя нанесённого смертельного удара. Он унаследовал инстинкт и чутьё своих королевских предков, а с возрастом приобрёл опыт и навыки, называемые мудростью, которые помогали ему выходить победителем в многочисленных сражениях и дворцовых интригах.

Весь день Роберт не находил себе места, да и ночью не сомкнул глаз. Первые лучи восходящего солнца просочились сквозь тяжёлые шторы, коснувшись вспухших от бессонной ночи век короля, – и он уснул. Уже с закрытыми глазами правителю померещилось, что кто-то смотрит на него…

Коленопреклонённый, он стоял на покинутом всеми поле битвы, у ног лежал окровавленный меч. Больше вокруг никого не было – ни живых, ни мёртвых. Посмотрев вверх, Роберт увидел в небе своего отца, короля Карла II, голова которого была скорбно опущена к груди. Тот протянул руку к сыну и откинул накидку – его лицо оказалось более бледным и худым, чем при жизни.

Как и всегда, испросив взглядом разрешения высказаться, Роберт произнёс:

– Что Вы здесь делаете, господин мой?

– Я пришёл, чтобы просветить тебя и выполнить отцовский долг.

– Но Вы же почили и должны были оказаться на небесах!

– Нет, моей душе, как и душам всех усопших, освободившихся от земных страданий, позволено свободно парить и наблюдать за вами. Иногда мы являемся во снах, иногда появляемся наяву, но не можем ни постичь, ни изменить предначертания Господа нашего. Я познал две непростительные ошибки, которые мы совершаем при жизни, но которых можем легко избежать, потому что природа их известна и постижима. Первая ошибка – мы не задумываясь даём клятвы и обеты, но легко нарушаем их, объясняя это легкомыслием. Мы не задумываемся и над тем, что так совершаем грех. Вторая ошибка – мы не помним о Боге, и тем более не благодарим его, когда всё складывается удачно. Но стоит нам споткнуться на жизненном пути, стоит дереву закачаться от порыва ветра или камню упасть от землетрясения, мы не понимаем, за что были посланы эти беды, и бежим в церковь просить милости у Всевышнего. И ещё: мы всегда просим, будь то здоровье или флорины, но редко благодарим. Совершив же проступок, мы просим прощения только тогда, когда наказаны, до этого же ничто нас не останавливает. Но мы забываем, что терпению Отца тоже есть предел. Так что мы должны видеть суть вещей такой, какая она есть, а не какой она нам представляется. Только в этом случае люди смогут увидеть верный путь и познать через него Божью волю.

– Отец, неужели Вы явились ко мне лишь для того, чтобы напомнить эти прописные истины… Вы пришли за мной?

– Сын, природа твоя не извращена, ты не предаёшься пороку и воздерживается от причинения вреда другим. Нет, я пришёл не за тобой, – грустно ответил Карл. – Ты видишь – рядом с тобой меч. На нём – кровь нашей династии, кровь Анжу. Это знак провидения, символ кончины моего внука – твоего сына Карла. Смерть страшит вас, мирян, но она является всего лишь завершением земной жизни и приходит ни как кара Господня, ни как награда…

Роберт с ужасом проснулся и долго не мог понять, был ли это сон или же отец действительно посетил его. Сердце билось так часто, что, казалось, выскакивало из груди… Он вспомнил, что Карл на соколиной охоте.

Хотя человек, а тем более могущественный монарх, и есть властелин природы, земли и людей, именно королевская кровь делает его уязвимым и смертным. Роберт с тяжёлым чувством встал, подошёл к окну. В первый раз за всю жизнь им овладел панический страх потерять сына.

За окном всё было привычным, как и вчера, как и год назад – по-прежнему сияло солнце, по небу плыли лёгкие облака, дворцовая прислуга занималась привычным делом: камергер давал распоряжения, садовники обрезали кусты роз и подравнивали ветки деревьев, горничные чистили ковры… Так наступило 3 августа 1328 года.

Подобрав край бархатной портьеры, Роберт вытер со лба холодные капельки пота. Ясное утро немного успокоило его, но чувство тревоги не только не покидало его, но перерастало в откровенный страх. Ужасное видение впечаталось в душу и теперь преследовало его.

Присев на край кровати, король позвал привратника и велел привести стюарда Генриха, его друга детства, служившего у Роберта уже более двадцати лет. Это был единственный человек, посвящённый в личные дела короля. Лишь перед ним правитель мог дать волю своему волнению, которое никогда не показывал на людях.

Генрих, как всегда, полный достоинства, явился и слегка кашлянул в дверях, чтобы обратить на себя внимание. Роберт замер и, по-прежнему глядя в окно, спросил:

– Друг мой, есть ли вести от Карло? Ты же помнишь, я предупреждал его, чтобы он не ходил на охоту… Думаю, надо послать кого-нибудь за ним. Пусть немедленно возвращается домой, – сказал король, продолжая мрачно ходить по комнате, избегая взгляда Генриха.

Карл был искренне увлечён охотой. У него были лучшие соколы во всей округе, а свободное время он любил проводить с друзьями в полях и лесах, предпочитая это утехам и пирушкам.