Чтение онлайн

Я вздохнула и все-таки попыталась завязать разговор.

– Джоди пригласила тебя в свой фильм?

Билл смущенно хохотнул.

– Да, так что и я в нем участвую.

– О нет.

Он пожал плечами и с трудом вписался в поворот.

– Не смог ей отказать.

– Ох...

Разговор не ладился. Ну что он им может сказать? Есть только одно объяснение: Джоди и Диди отчаялись найти для своего фильма гетеросексуального белого парня. А тут подвернулся Билл.

Наконец мы подъехали к дому, и я вылезла из машины.

– Спасибо, что подвез.

– Увидимся.

Дома я могла думать только об одном. О том, что начинаю понимать хронических онанистов. Меня грызло чувство вины, и есть отчего. Каждый вечер задергиваю шторы и опускаю жалюзи, лишь бы на улице не заметили предательского мерцания монитора. Я пытаюсь скрыть правду от себя самой.

Угостила Роджера сардинками, немного помыла посуду, проверила автоответчик (ни Лайма, ни Дэна, никому не нужна, никто тебя не любит, ты одна-а-а-а-а, трам-там-та-а-а-а), полистала телепрограмму.

И наконец я дозрела. Две подушки в кресло, чашка чая на стол. Даже в туалет сходила заранее, чтобы не прерываться. Дикость.

Но однажды - вертелась в голове мечтательная мысль, - но однажды мы встретимся лицом к лицу, и вот тогда я порадуюсь, что сбежала из ресторана. Порадуюсь, что выскочила из машины Билла и взлетела по лестнице, лишь бы поскорее включить компьютер.

И обязательно наступит день, когда мне будет наплевать, как я выгляжу со стороны. Да мне уже плевать, как я выгляжу в собственных глазах. Да и что тут такого? Во время войны американские солдаты писали любовные послания англичанкам, которых в глаза не видели. Что плохого в том, что дружба по Интернету, кажется, превращается в нечто большее? Это же девяностые, вы не забыли?

Пинг, пинг, пинг. Я подключилась без проблем - наверное, потому, что в субботу вечером все нормальные люди занимаются тем, чем полагалось заниматься и мне, - едят, пьют и веселятся с друзьями.

Он был на месте. Наш канал, "Всемирное содружество одиноких".

ТБ: Пьер, вы там?

ПД: Да.

Господи, благодарю тебя, благодарю.

ТБ: Меня тут решили поддержать мои друзья.

ПД: Как?

ТБ: Они думают, что я печальная одинокая женщина. Подсунули мне кота и устроили ужин.

ПД: Чтобы снова вернуть вас в ряды человечества.

ТБ: Да. Потому что я все время пропадаю в Интернете.

ПД: Из-за меня?

ТБ: Возможно.

ПД: Что еще вы в последнее время делали в Интернете?

ТБ: Ничего. Сломалась на Говорящей Пуле Курта Кобейна.

ПД: И что же она сказала?

ТБ: Компьютер завис.

ПД: Не переживайте, ТБ, вы же знаете, что найдете свою судьбу с помощью компьютера.

ТБ: Очень смешно. Лучше бы я вам об этом не рассказывала.

Внезапно тишину прорезал вой пожарной сирены. Из спальни пушистым ядром вылетел Роджер. Вот дерьмо. Это надо же - так громко. И зачем сирены делают такими громкими? Простите великодушно Мисс Дурочку, но если вы никогда раньше не слышали сирены в собственном доме, то вряд ли поймете, что это такое.

С лестницы донесся топот. И до меня наконец дошло. ПОЖАР. Это пожар...

SOS!

Несколько минут спустя, стоя в саду вместе со всеми остальными жильцами, я спохватилась, что Пьер Дюбуа так и остался висеть в парижском Клиши, растерянный и ничего не понимающий.

Жилец с первого этажа, сотрудник страховой компании, взял на себя обязанности начальника пожарной бригады. Тут я увидела Билла, босого, в футболке и шортах.

– Что случилось?

– Похоже, это в пятой квартире. Он тоже никак не мог отдышаться.

– В пятой?

– Только там никого нет. Уехали на выходные.

– А пожарная бригада где?

– Выехала.

Тут меня словно громом ударило. Роджер! Я поступила правильно, когда закрыла за собой дверь, верно? Так и положено делать. Но я заперла там бедного Роджера.

У меня вырвалось проклятие, и Билл подпрыгнул.

– Что такое?

– Нужно забрать кота.

Есть одна причина, по которой следует надевать на ночь лифчик: если в экстренном случае выскочишь в просвечивающем сером халате, твои соски не будут светить всем вокруг. Только об этом я могла думать, пока проталкивалась сквозь толпу. Я же никогда не смогу посмотреть им в глаза. Пусть и по именам не всех знаю.

На лестнице ясно чувствовался запах дыма. Только тут я по-настоящему испугалась. Роджер. Бедный маленький Роджер!

Господи, ну куда я гожусь! Настоящая развалина, с трудом по ступенькам карабкаюсь.

Когда я наконец добралась до своей квартиры, то обнаружила, что входная дверь распахнута настежь. Черт. Надо было усвоить еще в дни моих ссор с Дэном: если вы уверены, что захлопнули дверь, значит, вы этого не сделали.

Я озиралась по сторонам, но Роджера нигде не было видно. Под кроватью нет, и на кухне нет, и в ванной... Где же он, у меня такая маленькая квартира. Если только не выбежал на лестницу и не умчался наверх. Но ведь там пожар...

На этот раз я уж позаботилась закрыть дверь. Дым прибавлялся. Чему там нас учили в школе? Намочить платок или еще что-нибудь. Улечься на пол - там остается кислород. У меня начинало щипать глаза.

Все двери были закрыты. Соседняя, седьмая квартира, девятая, десятая. Наконец я взбежала на верхний этаж и увидела. Дверь Билла. Распахнутая настежь. Единственное место, куда мог сбежать кот.

– Роджер, Роджер, Роджер!

Что за кретинское имя для кота!

– Кис-кис-кис!

Может, он и у Билла решил прятаться под кроватью? И пока я металась из комнаты в комнату, призывая Роджера, я невольно отметила, что Билл все-таки развесил кое-какие картинки и фотографии. Наконец-то. О, смотрите-ка, его бывшая. Наверное, она. На зеркале. Беленькая, веснушчатая, типичная деревенская девчонка.

И тут я увидела... Его компьютер. Включен, экран светится. И я прочитала вот что:

ПД: Не переживайте, ТБ, вы же знаете, что найдете свою судьбу с помощью компьютера.