Единородное Слово. Опыт постижения древнейшей русской веры и истории на основе языка
Шрифт:
И все эти значения тоже заключены в имени Купала: гора, холм (древнерусское шелом) ведут к древнему названию Иерусалима; купа, купина – память о Неопалимой Купине; купол высится как символ православия; белый, чистый – говорят о чистоте и белых одеждах праведников; мера хлеба – о воздержании в пище, о пище постной, но и духовной тоже (ибо «не хлебом единым…»); видение, образ – о высоте духовной организации, о способности являться в виде образа, свойственной святым.
Наконец, в имени Купала даже человеку, малоопытному в обращении со словом, прежде всего слышится значение купать – погружать в воду, окунать. Праздник Купалы, как и христианский обряд крещения, обязательно сопровождался купанием в воде – в реке, озере.
«Самое имя Купалы от глагола купать – погружать в воду, омывать тело, делать его чистым (отсюда купель) – возбуждает мысль о св. Иоанне Крестителе. В простонародье Гродненской губернии, в Брестском уезде, слово “купально” употребляется в смысле очищения. Потому о самом св. Иоанне Предтече, крестившем Христа в Иордане, попросту нередко говорят в народных песнях, что он “купал Христа”. Вместе с тем к Иоанну Крестителю предки наши приурочивали и крещение другого рода, именно огненное; так, по крайней мере, Нарбут говорит это о славянах – руссах. В этом случае могло иметь немалое значение то обстоятельство, что в церковнобогослужебных книгах наших св. Иоанну Крестителю постоянно придаются названия света, звезды, предшествующей солнцу, т. е. Иисусу Христу. В одной утренней стихире на день Рождества св. Иоанна Крестителя читаем: “Иже пред солнцем текшаго Христом Богом нашим, Иоанна славнаго яко звезду предтечеву” <…> В одной из церковных песен он величается предтечею солнцу правды, светильником света, денницей солнца. Наши благочестивые книжники Древней Руси очень часто называли Иоанна Крестителя пресветлым солнцем» /102/.
Заметим, что Рождество Иоанна Крестителя приходится на день высшего летнего солнцестояния, что несомненно символично: его Рождество – высшая точка дохристианского православия-правоверия [72] ; далее начинается его закат и рождение Нового Солнца – Исуса Христа, Чье Рождество приходится на 25 декабря ст. ст. – т. е. момент поворота солнца на лето, чему предшествуют дни зимнего (низшего) солнцестояния [73] .
Разумеется, это вовсе не означает заката дохристианского правоверия, но лишь преемственность христианства как новой ступени предшествовашей ему веры. (Вспомним, что косой «солнечный» крест стал символом апостола Андрея и поныне сохраняется на андреевском флаге.)
72
В народном календаре месяц июнь назывался кресень и 4 июня праздновался день Ярилы. ЯР – корень и священный (иер), и солнечный.
73
На одной из знаменитых лепесовских «гадальных» чаш (IV в.), где, как установлено Б. А. Рыбаковым, запечатлен древний славянский календарь, месяц июнь отмечен двумя косыми крестами (символ огня или солнца) и волнистой линией (символ воды). Символическим косым крестом отмечены в этом календаре также январь и март. Соответствие этих знаков месяцам установлено Б. А. Рыбаковым следующим образом:
«Священный “живой” огонь (добываемый трением) возжигался славянами три раза в год в связи с тремя солнечными фазами:
а. В конце декабря в связи с зимним солнцестоянием; огонь горел до 6 января, до конца зимних святок. На народных деревянных календарях XVII–XIX вв. знаком солнца обозначался январь, месяц “разгорания солнца”.
б. В связи с весенним равноденствием в конце марта. Позднее христианство отодвинуло праздник масленицы на февраль – март, в зависимости от начала великого поста.
в. У всех славянских и соседних с ними народов отмечается живым огнем праздник Ивана Купалы 23–24 июня, в день летнего солнцестояния, когда явственно выступают два элемента языческого культа – огонь и вода» /103/.
Итак, Иоанн Креститель (Предотеча, Иван Купала) – «денница солнца», исток, «ближний друже Христов», сподобившийся «коснуться верху Царя Христа» /Канон св. Иоанну Предтече/ во имя правды, – был духовным главой народа. Но какого народа?
Возможно, ответ на этот вопрос таится в названии крепости, в которую Ирод заточил Святого Предотечу, – Махерус [74] /БЭ, с. 344/, т. е., в пракорневом озвучании, МОСЕ РУС – мессия Ра Сущего (вспомним МОСУ РА ИЕВОНИЯ Перуджианского камня) или мессия русов.
74
Каждое библейское имя есть шифр, ключ к пониманию Библии. Утрачено ли нашим священством это знание? Но уже из XII в. достигает нас августиновски страстное и напряженное вопроша-ние Климента Смолятича: «Как описали евангелисты чудеса Христовы, хочу я понять правильно и духовно [праведно и духовне]. Что мне видеть под дочерью Иаира? – спрашиваю я справедливо, и отвечает мне: то-то и то-то. Что мне понимать под дочерью ха-нанеянки? – хочу я сердцем понять» /104/.
Тогда понятным становится и значение «халдейского» имени Иоанн – Оаннес (Спаситель), и апокрифическое предание о поисках и попытке иудеев еще младенцем убить Иоанна, и убийство отца его, св. Захарии, и, наконец, казнь иудеями самого Великого Иоанна Предотечи чрез усекновение честной главы его. Также приоткрывается и смысл предания о том, что Дева Мария жила у родственницы своей Елизаветы: таким образом обнаруживается духовнокровная связь Исуса Христа и Иоанна Крестителя.
Указывая на род, из которого произошел Иоанн Креститель, Исус Христос говорит: «Но кому уподоблю род сей? Он подобен детям, которые сидят на улице и, обращаясь к своим товарищам, говорят: “мы играли вам на свирели, и вы не плясали; мы пели вам печальные песни, и вы не рыдали”» /Мф 11:16–17/, – в противопоставление другому, постоянно обличаемому Им роду, «лукавому и прелюбодейному», «неверному и развращенному», /Мф 16:4; 17:17/.
Принятием таинства св. крещения от руки Иоанна Спаситель ясно указывает на преемственность от веры Иоанновой. Вместе с тем Он неоднократно подчеркивает несостоятельность ветхозаветного учения, в том числе многих установлений Моисея.
Ветхому Завету обряд крещения чужд, неслучайно иерусалимские священники и старейшины затрудняются ответить на вопрос Исуса Христа: «Крещение Иоанново откуда было: с небес, или от человеков?..» /Мф 21:25/. А массовое крещение жителей Палестины вызывало гнев и ожесточение последователей иудаизма: «Фарисеи же говорили между собой: видите ли, что не успеваете ничего? весь мир идет за Ним» /Ин 12:19/. Свидетельства о том, что иудеи «искали убить Его» /Ин 5:16/, находит многократное подтверждение во всех четырех Евангелиях.
Укрываясь от их преследований («Горе вам, книжники и фарисеи, лицемеры, что затворяете Царство Небесное человеком; ибо сами не входите и хотящих войти не допускаете» /Мф 23:13/), Спаситель уходит то в окрестности моря Галилейского, откуда были первые Его ученики, призванные к апостольскому служению, то в Заиорданье, о чем свидетельствует Новый Завет /Ин 10:39–40/. В неканоническом Евангелии от Марка, во фрагменте о воскресении юноши в Вифании, находим: «…учил его Иисус тайне Царства Божиего. Оттуда же пришли на другой берег Иордана…» /105/. Другой, или он пол по-славянски, – это правый берег. Почему именно правый – попытаемся ответить в следующей части этой книги.
И хотя в ответ на доводы о несоответствии христианства иудаизму нередко возражают Его словами: «Не думайте, что Я пришел нарушить закон или пророков; не нарушить пришел Я, но исполнить» /Мф 5:17/, – но, во-первых, «исполнить» по-славянски значит «завершить, сделать полным», т. е. исчерпать, в современном смысле – «закрыть вопрос». А во-вторых, важно определить, о каком именно законе и каких пророках сказал Спаситель [75] . Ибо, пока не уясним твердо, что Христос проповедовал в Палестине среди разных народов и групп людей, придерживавшихся разных вер, тексты Нового Завета всегда будут представать непоследовательными и противоречивыми.
75
«…Не слушатели закона праведны пред Богом, но исполнители закона оправданы будут; ибо, когда язычники, не имеющие закона, по природе законное делают, то, не имея закона, они сами себе закон; они показывают, что дело закона у них написано в сердцах, о чем свидетельствует совесть их и мысли их…» /Рим 2:13–15/; «…закон положен не для праведника, но для беззаконных и непокоривых…» /1 Тим 1:9/; «…много лжепророков появилось в мире…» /1 Ин 4:1/; «Были и лжепророки в народе…» /2 Пет 2:1/.
Первейшее из таких противоречий – это разделение жителей Палестины на иудеев, язычников и эллинов, будто греки не были теми же язычниками.
Возможно, впрочем, здесь также имеет место смешение имен, и под эллинами подразумеваются последователи правой веры пророка Илии, чье имя тесно связано в Новом Завете с именем Иоанна Крестителя: «А посланные были из фарисеев; и они спросили его: что же ты крестишь, если ты не Христос, ни Илия, ни пророк?» /Ин 1:24–25/.
Это замечание показывает, что не поминаемое Ветхим Заветом крещение тем не менее было известно; что таинство крещения, согласно этой проговорке фарисеев, существовало задолго до Иоанна Крестителя: крестили и Илия, и другие пророки, о которых ничего доселе не известно. Можно только предполагать, что они были из тех, о взыскании крови которых с сынов Израиля предрек Исус.
И Исус Христос прямо связывает два эти имени: «…Все пророки и закон прорекли до Иоанна. И если хотите принять, он есть Илия, которому должно прийти. Кто имеет уши слышать, да слышит!» /Мф 11:13–15/. «Библейская энциклопедия», цитируя пророка Малахию /4:5–6/, замечает: «Из Нового Завета мы знаем, что в означенном месте под именем Илии [76] разумеется Иоанн Креститель» /БЭ, с. 296/.
Так четыре тесно связанные между собой имени: Иоанн – Креститель – Предотеча – Купала – самым кратким и исчерпывающим образом не только комментируют библейские предания, но и символически охватывают все известное нам пространство истории.
76
Илий – солнце, греч.; Илия – Бог – моя сила, евр. /ППБЭС, т. I, стб. 934/.
Пророк Илия родился в галаадском селении Фесвы, на правой стороне Иордана. Известно также, что он обитал возле руин Иерихона, уничтоженного во время захвата Палестины иудеями, «как в уединенном пустынном месте» /БЭ, с. 328/. Когда приблизилось время взятия Илии на небо, он ударил плащом по воде – и Иордан расступился перед ним, так что Илия со своим спутником Елисеем перешел на правую сторону посуху. Здесь и состоялось огненное восхождение Илии /БЭ, с. 296/.
Множество храмов ставлено на Руси в честь этого любимого русским народом пророка. В русских местностях чрезвычайно распространены топонимы, по корню восходящие к его имени: Илемна, Илемно, Елемка, Ильмень и т. п. /Фасмер, т. II, с. 126–128/, а также фамилия Ильины.